Скользящий странник (сборник) - Олег Рой

– Правда? – с надеждой улыбнулась Марина.

– Ну, конечно же! Иди домой, Маришка, и ни о чем не беспокойся. А я, как только разберусь со всем, сразу к тебе приеду. В крайнем случае позвоню.

Проводив ее и садясь в автомобиль, Архипов недовольным взглядом окинул двор, где она жила, – обшарпанные типовые панельные дома-муравейники с малогабаритными квартирами, чахлая московская зелень, облупившийся остов качелей на детской площадке, двор под завязку забит машинами, все больше старенькими «жигулятами» да дешевенькими бэушными иномарками… Нет, не в таких условиях должна жить его любимая женщина! Нужно как можно быстрее покончить с формальностями и забирать ее к себе.

– Домой! – скомандовал он водителю и откинулся на удобную, пахнущую хорошей кожей спинку сиденья.

Подъезжая к своему коттеджу, Александр рисовал в мечтах идиллические картинки, как однажды они с Мариной уютно расположатся в его гостиной, будут сидеть перед камином и болтать о всякой милой чепухе, на ковре будет возиться с игрушками внук (их внук! его внук!), а Аннушка будет готовить для них горячий чай и кормить своей потрясающей стряпней.

Но реальность быстро вернула юбиляра на землю. Едва переступив порог дома, Архипов чуть не споткнулся о брошенные в холле чемоданы. Значит, Алла все же решила заехать домой, а не отправляться в отель, догадался он.

И тут же, точно кто-то воткнул ему в мозг раскаленную иголку, в сознании появилось и крепко засело неприятнейшее подозрение. А что, если инициатором этого злобного, хоть и нелепого розыгрыша стала именно его супруга? Ведь, если задуматься, подлянка-то как раз очень в женском духе. Помнится, когда Алка первый раз узнала о его связи на стороне, то в лоскуты изрезала маникюрными ножницами новый шелковый галстук от Армани, который ему, что греха таить, действительно помогла выбрать любовница во время совместной поездки в Париж. Обиженные бабы очень любят подобным образом подгадить по мелочам… Что, если и сейчас, получив предложение развестись, она какими-то окольными путями узнала о существовании Марины и решила вот так подленько отомстить?

«Ну да, конечно, – подумал Александр Валерьевич, – небось сама-то с утра до вечера только и мечтает, чтобы я коньки отбросил. Сколько тогда ей всего может отойти после моей смерти… Ну уж нет, как говорится в старом анекдоте, не дождетесь!»

Он двинулся вперед по коридору, но вдруг услышал доносящиеся из-за неплотно прикрытой двери всхлипывания. Тихонько ступая по мягкому ковру, скрадывавшему звук его шагов, Архипов подошел поближе, заглянул в гостиную и увидел, что Алла сидит прямо на ковре и рыдает, уткнувшись лицом в сиденье обитого гобеленом дивана. На ней был изящный сиреневый костюм, узкая юбка задралась, высоко открывая длинные стройные ноги, и Александр невольно отметил, что фигура у его жены до сих пор великолепная. Вот что значит женщина постоянно следит за собой! Марина тоже пока еще в хорошей форме, но у нее нет ни времени, ни возможностей уделять внимание своей внешности, и это, увы, с каждым днем все виднее…

Алла плакала так горько, что даже не заметила его появления в гостиной. Лишь когда Александр подошел вплотную и осторожно дотронулся до ее плеча, она испуганно вздрогнула и подняла голову. Взглянула на него, и на ее лице сменился целый спектр бурных эмоций – испуг, изумление, недоумение, радость… Впрочем, вся эта игра чувств заняла лишь пару мгновений, после чего Алла мгновенно вскочила и кинулась Архипову на шею.

– Алекс, милый! Ты жив, здоров, с тобой все в порядке! – восклицала она, крепко обнимая мужа. – О Господи! Я знала… Я чувствовала, что это ошибка!

Наблюдая за женой, он как-то сразу поверил, что ее переживания искренни. Неужели и правда до сих пор любит его? Она словно оттаяла и стала той, прежней Аллой, в которую он когда-то был влюблен. Не зря же говорят, что часто в критических ситуациях человек, отчего-то запутавшийся по жизни в своих приоритетах и привязанностях, склонен возвращаться к истинным ценностям и научается отделять зерна от плевел. Так что, пожалуй, зря он ее подозревал… Похоже, организатором этого мерзкого розыгрыша была не Алка.

А она тем временем начала тормошить его:

– Алекс, ради Бога, расскажи мне, что случилось! Я ничего не понимаю! Что за авария была? Ты действительно совсем не пострадал?

– Успокойся, не было никакой аварии, – его руки как будто сами потянулись обнять ее, и это движение показалось на удивление привычным, каким-то домашним, даже несмотря на то, что они уже долго не жили вместе.

– Но откуда же тогда… – Она не договорила, снова захлебнулась слезами, на этот раз уже слезами счастья.

– Ну-ну, будет, не плачь, – он гладил ее по голове, ласково прикасаясь к волосам, таким родным и знакомым, даже несмотря на то, что они изменили свою длину и цвет. – Я и сам очень хотел бы узнать, откуда пошел этот абсурдный слух. Тебе вот кто сказал?

– Мне позвонила Элька, – отвечала она в перерывах между всхлипами. – А она узнала от мужа.

Элька, то есть Эльвира Таировна, была лучшей подругой Аллы и женой Рустама Сейфуллина, золотодобытчика, одного из крупнейших партнеров Архипова, считавшегося также и его другом. Они, разумеется, тоже должны были присутствовать на званом обеде.

«Да, – подумалось Александру Валерьевичу, – похоже, Сергей прав. Установить источник распространения слуха и впрямь не так уж легко…»

– Я как раз только из самолета вышла, – продолжала тем временем жена, – и тут Элька звонит. У меня аж ноги подкосились… Едва пришла в себя – сразу же примчалась сюда. И, что самое ужасное, никто ничего толком не знает. Все говорят «в больнице», но никто не может сказать, в какой! До Дмитрия не дозвониться, у него все время занято, телефон Кристины, твоей помощницы, вообще недоступен… Я не выдержала, сама кинулась больницы обзванивать – так тебя нигде нет! Я чуть с ума не сошла, честное слово! До сих пор не могу поверить, что все обошлось!.. Хорошо, что детям не стала звонить, решила сама сначала разузнать, что да как. Не хватало еще и их на уши поставить!

– Ну что ж ты мне-то самому не позвонила? – мягко упрекнул Александр.

– Знаешь, Алекс, мне такое и в голову не пришло, – призналась, вытирая слезы, Алла. – Я ж Эльке сразу поверила, что ты в критическом состоянии – а какие могут быть звонки в реанимацию?

– По-моему, нам с тобой надо выпить, чтобы успокоиться, – предложил было Архипов, но тут же спохватился, что ляпнул глупость. Давно прошли те времена, когда Алка с удовольствием хлестала мартини и столь модный в девяностые итальянский ликер амаретто и выкуривала по полпачки ментоловых сигарет в день. Перебравшись в Англию, она давно уже вела «европейский» здоровый образ жизни, раз и навсегда отказавшись от всех вредных привычек. Однако сейчас, к его удивлению, она легко согласилась, охотно приняла из его рук пузатый бокал, куда Александр щедро плеснул коньяка, и только что не залпом выпила вязкую коричневую жидкость.

Коньяк подействовал очень быстро. Алка успокоилась, перестала плакать, но вместо слез на Архипова обрушился настоящий поток признаний, какой дурой она, Алла, была все эти годы, как наивно полагала, что муж не так уж и нужен ей рядом, особенно когда есть возможность шикарно жить в Лондоне и не знать никаких проблем, но только сейчас она поняла, как много он для нее значит. Как говорится, что имеем – не храним… Да, быть может, прежней страсти, которая связала их больше двадцати лет назад, она к нему уже не испытывает, но он безумно дорог ей как близкий сердцу человек, как друг, в конце концов… Слушая ее, Александр чувствовал, как внутри его разливается приятное тепло, и понимал, что совсем не коньяк тому причиной. У него потеплело не в желудке, а в душе, он даже удивлялся тому, как хорошо ему сейчас рядом с этой женщиной. Женщиной, которую он уже привык считать совершенно чужой и далекой, но на самом деле она, оказывается, оставалась ему самой близкой и родной… Ближе, чем кто-либо еще в этом мире. Быть может, не будь сейчас в его жизни Марины, он бы, наверное… Впрочем, зачем сейчас думать об этом, ведь Марину он все равно любит всей душой, а пытаться вернуть прошлое – бесполезно и глупо.

Из кармана пиджака послышалась трель личного мобильного, номер которого был известен только близкому окружению. Сбивчивый эмоциональный монолог Аллы тотчас прервался. Александр кинул взгляд на дисплей, ласково потрепал жену по плечу и поднялся с дивана.

– Извини, дорогая моя, но мне придется покинуть тебя на минутку.

Ему почему-то не хотелось, чтобы Алла слышала его переговоры с начальником службы безопасности.

– Ну и что? – проговорил в трубку вместо приветствия или «алло» Архипов, едва выйдя из гостиной.

– Все путем, Александр Валерьевич, – доложился Сергей. – Разобрались, откуда взялся слух.