Схватка гигантов - Александр Больных

Победители и побежденные направились в бухту Абеледи, внутри острова Мэй, где германские корабли стали на якорь. Наконец напряжение спало, и тишину разорвали приветственные крики. Когда корабли союзников, направляясь на свои якорные стоянки в Ферт оф Форте, проходили мимо флагманского линкора, экипажи приветствовали своего главнокомандующего. "Германский флаг надлежит спустить сегодня с закатом и более не поднимать без разрешения", – просигналил Битти. Прежде чем исполнительный пошел вниз по фалам "Куин Элизабет" и дудки сыграли вечернюю зорю, адмирал поднял новый сигнал: "Я намерен сегодня в 18.00 отслужить благодарственный молебен в честь победы, которую Всемогущий Бог даровал нашему оружию". И уже обращаясь к экипажу своего флагманского корабля, Битти произнес ставшую знаменитой фразу: "Я всегда говорил, что им придется сдаться".

В 15.57 германский флаг был спущен на бывших кораблях бывшего Императорского Флота. На следующий день германские корабли подверглись осмотру, чтобы удостовериться, что в погребах нет боеприпасов, а с орудий сняты замки. В период с 22 по 26 ноября мелкими группами эти корабли были переведены в Скапа Флоу. Последний из кораблей прибыл туда 27 ноября. На той же неделе делегация союзников прибыла в Киль с задачей отправить линкоры "Кёниг" и "Баден", новый легкий крейсер "Дрезден" и еще один эсминец в Англию, чтобы довести количество сданных кораблей до предусмотренного договором, а также чтобы проследить за разоружением и списанием на слом остающихся в Германии ранних дредноутов, броненосцев и прочих военных кораблей. Произошло одно из самых замечательных событий в морской истории – флот, претендовавший на громкий титул "великого", позорно сдал более полусотни лучших своих кораблей и все подводные лодки победителю.

Много хороших кораблей спустили флаг после жаркого боя, еще больше предпочли гибель сдаче, но в анналах морской войны нет параллели происшедшему 21 ноября 1918 года.

"Сдача Германского флота, не сопровождавшаяся громом битвы, останется навсегда примером потрясающей молчаливой уверенности, с которой морская сила достигает своих целей. Мир признал, что это результат непоколебимости, с которой флот поддерживал давление на противника в течение более чем четырех лет войны, давление, требующее постоянного напряжения сил в течение долгих месяцев ожидания, напряжения, более серьезного, чем в редких атаках", – говорило коммюнике Адмиралтейства. Британская пресса была менее снисходительна. "Ни одна действительно великая нация не потерпит такого унижения своего флага", – "Нэйвал энд милитари рекорд". "Деградация и унижение некогда великой нации", – "Дэйли телеграф".

"Германский флот не только разгромлен, он опозорен навсегда. Он оказался одинаково глуп в дни сражений и труслив в дни испытаний", – "Глоб".

С конца ноября 1918 года до середины лета 1919 года гордость германского флота ржавела, стоя на якорях в продуваемых штормами водах вблизи Оркнейских островов: 11 дредноутов, 5 линейных крейсеров, 8 легких крейсеров и 50 миноносцев. Эскадрой номинально командовал контр-адмирал фон Рейтер, он же отвечал за соблюдение условий перемирия и выполнение приказов Битти. А вот теперь в стане союзников вспыхнули споры. Битти и Уэмисс требовали сдачи Флота Открытого Моря. Остальные члены Высшего Военного Совета утверждали, что для этого следует дождаться подписания мирного договора. До этого момента германские военные корабли могут считаться только интернированными в портах союзников. Никто не мог предсказать, сколько времени протянется выработка условий мирного договора. Все это время англичанам приходилось держать в Скапа Флоу эскадру линкоров, флотилию эсминцев и множество патрульных траулеров, готовых помешать попытке немцев прорваться в нейтральную Норвегию. Они также должны были помешать экипажам покинуть корабли.

Однако они не могли обеспечить выполнение статьи XXXI условий перемирия: "Не разрешается уничтожение кораблей", потому что англичане могли посещать германские корабли только с разрешения фон Рейтера. Англичане пошли на это, чтобы сохранить авторитет адмирала. Поэтому британские караулы могли подняться на борт германских кораблей только в случае нарушения условий перемирия.

Шел месяц за месяцем, и возможность предательства казалась все менее вероятной. Фон Рейтер, здоровье которого оказалось подорванным, охотно шел на сотрудничество со своими тюремщиками. Более того, гораздо. больше хлопот ему доставляли собственные мятежные экипажи. Адмиралу даже пришлось перенести флаг с "Фридриха дер Гроссе" на крейсер "Эмден". Не считая этого события, до конца марта 1919 года не произошло ничего, достойного упоминания. В марте Битти спустил свой флаг, Гранд Флит прекратил существование, ответственность за интернированные германские корабли перешла к вновь сформированному Атлантическому флоту под командованием Мэддена. Все оставалось спокойным после прибытия в середине мая 1-й эскадры линкоров, состоящей из 5 "Ривенджей". Однако в последний день месяца германские корабли нарушили приказ Битти, подняв Имперские военно-морские флаги, чтобы отметить годовщину Ютландского боя.

Однако ничто не могло послужить причиной подозрений, будто это было сделано по распоряжению фон Рейтера, так как многие корабли одновременно подняли красные флаги. Фон Рейтер сумел обратить акт неповиновения себе на пользу. На кораблях германской эскадры в момент прибытия в Скапа Флоу находилось около 20000 человек экипажа, но к середине декабря это количество было значительно сокращено. На линейных крейсерах осталось по 200 человек, на линкорах – по 175, на легких крейсерах – по 80 и на эсминцах – по 10. То есть, в общей сложности на кораблях фон Рейтера должны были находиться 4565 матросов, а также 250 офицеров и старшин. Но действительное количество, вероятно, было все-таки больше.

Революционная зараза докатилась даже до отдаленных рейдов Скапа Флоу, и у германского адмирала возникли проблемы с поддержанием дисциплины, поэтому экипажи были сокращены еще больше. К июня 1919 года они соответствовали британским стандартам для кораблей, находящихся в резерве, то есть: 75 человек на линейном крейсере, 60 на линкоре, 30 на легком крейсере и необходимый минимум на эсминцах, всего около 1700 человек.

Никто не смог догадаться, почему фон Рейтер охотно идет на сокращение экипажей и даже сам поднимает вопрос об этом. На переговорах союзники добились сдачи германских кораблей, и у фон Рейтера больше не оставалось причин содержать их в исправном состоянии. Более того, его офицеры и матросы завершили подготовку к затоплению кораблей, для чего большие экипажи были нежелательны.

На борту "Ривенджа" контр-адмирал Сидней Фримантл получил сообщение, что мирный договор будет подписан в Версале 21 июня. Фон Рейтер был совершенно прав, когда опасался захвата своих кораблей англичанами. Младший флагман 1-й эскадры линкоров контр-адмирал Виктор Стэнли уже подготовил соответствующие приказы и даже провел учения абордажных партий. 13 июня во время визита в Адмиралтейство он попросил сообщать ему ежедневно информацию о политической ситуации, чтобы провести операцию немедленно, как только возникнет необходимость. Однако Адмиралтейство само оставалось в полном неведении относительно происходящего на мирных переговорах и ничем не могло помочь командованию Гранд Флита. Позднее адмирал Мэдцен выражал сожаление, что не довел до сведения Фримантла телеграмму Адмиралтейства от 17 июня, в которой говорилось, что подписание мира перенесено с 21 на 23 июня.

Фримантл решил захватить германские корабли в момент завершения перемирия, подавив возможное сопротивление. Раньше он не мог взять их на абордаж. Так как Фримантл предвидел возможность нарушения германцами статьи XXXI условий перемирия, он решил, что его эскадра весь этот день будет находиться в порту. Фримантл предложил Мэддену отложить торпедные учения, которые его флотилия эсминцев должна была проводить в тот день совместно с 1-й эскадрой линкоров. Однако, несмотря на приведенные обоснования, главнокомандующий не согласился. 20 июня Совет Четырех в Париже утвердил захват германских кораблей, как только 23 июня в 19.00 истечет срок перемирия.

Фримантл узнал – и немедленно сообщил фон Рейтеру, что перемирие продлено еще на 48 часов. Так как теперь критическим днем становилось 23 июня, британский адмирал больше не колебался и 21 июня увел 1-ю эскадру линкоров в Портланд-Фёрт. Первая торпедная атака завершилась к полудню. В это время его 5 линкоров Находились в 8 милях от Оркнейских островов, ожидая, пока 9 эсминцев примут свои торпеды и подготовятся к новой атаке. Однако провести ее не удалось. Сразу после 12.00 Фримантл получил срочную радиограмму из Скапа, которая требовала его немедленного возвращения со всем флотом: "Германские корабли тонут. Некоторые уже затонули".