Жатва - Андрей Андреевич Красников

class="p1">Меч нашел первую цель, разрубив плечо менее расторопному бойцу. Второй тут же сделал широкий замах, я с трудом уклонился от мелькнувшего перед лицом клинка, после чего коротко и точно ударил врага в шею, стараясь перебить трахею, но не задеть крупные сосуды. Убийство этих противников пока что не входило в мои планы.

Где-то неподалеку залаяла собака. До моих ушей донесся громкий стук захлопнувшейся двери.

– А…

– Тревога! Нападение!

– К оружию!

Темнота снова сделала меня королем ситуации – пока спавшие под навесом бойцы сонно копошились, ругались и пытались разобраться в том, что происходит, я оказался среди них. Последовала серия коротких ударов, раздались новые крики, кто-то сослепу вцепился в товарища – и бой закончился. Остались только истекающие кровью, матерящиеся и абсолютно беспомощные люди, готовые отправиться на встречу с Лакарсис.

– Привет из королевства, козлы, – устало произнес я, опускаясь на колени рядом с ближайшим подранком. – Думали, вы можете творить все что угодно, а вам за это ничего не будет?

– Я ничего не делал… нет! А-а!

– Пожалуйста, – выдохнул второй раненый. – Мы просто солдаты!

– Мертвякам своим это расскажите. И жнецам.

– Бейте его, – отчаянно крикнул кто-то еще. – Бейте!

Оранжевая дымка вырвалась из моей ладони, раздался первый вопль ужаса и меня слегка передернуло – несмотря на все попытки доказать собственной совести, что я занимаюсь правильным и благородным делом, подобные сцены каждый раз оставляли после себя тягостное послевкусие. Хотя убийство солдат императорской армии действительно являлось самым адекватным способом сбора душ в этом чертовом мире.

– Нет! Не надо!

– Да заткнитесь вы уже…

Из гостиницы на шум так никто и не вышел – хозяин с охранниками явно решили, что дела солдат их не касаются. Я без помех закончил начатое дело, ощутил приятную волну тепла, после чего забрал рюкзак, внимательно прислушался к сгустившейся над округой тишине и вышел на тракт. Присутствие собаки меня серьезно встревожило, но искать ее среди подсобок и заборов было откровенно неблагодарным делом, заниматься которым меня абсолютно не тянуло. Да и вообще, сейчас требовалось четко реализовывать принятый на вооружение план, а не дергаться из стороны в сторону, пытаясь заранее справиться с каждой из возможных угроз.

Пройдя около километра в южном направлении, я свернул на бездорожье, пробрался через длинную полосу леса и оказался на берегу реки. Поток неспешно двигался в сторону Алдо, это обстоятельство меня полностью устраивало, но вот лезть в холодную мерзкую жидкость… к такой мысли еще следовало привыкнуть.

– Блин… блин, твою мать… блин!

Черт его знает, откуда брал исток эта речка, однако вода в ней по своей температуре напоминала жидкий гелий. Шепча отчаянные ругательства, я прошел несколько шагов, затем принял горизонтальное положение и начал загребать руками, стараясь не утонуть под тяжестью экипировки. Это потребовало серьезных усилий, на краткий миг ко мне даже вернулось тепло, но затем беспощадный холод снова добрался до тела и начал уверенно проникать внутрь, пытаясь заморозить мышцы, лишить меня воли к сопротивлению, а потом отправить на корм рыбам.

– Твою мать…

Хуже всего было то, что я не мог вернуться на берег – все мои расчеты основывались на том, что вода скроет запахи, отсечет меня от погони и без помех вернет в окрестности Алдо. То есть, оставлять новый след в непосредственной близости от предыдущего было категорически нельзя. Приходилось терпеть.

Несколько раз погрузившись с головой, я добрался до мелководья и принялся энергично отталкиваться от дна, двигаясь в стиле баттерфляй, но стараясь не производить при этом никакого лишнего шума. Эти упражнения снова отодвинули от меня призрак надвигающегося переохлаждения и позволили немного увеличить скорость – теперь я двигался вниз по течению лишь чуть медленнее обычного пешехода. К сожалению, главная угроза здоровью при этом никуда не делась.

– Пл-ланир-ров-вщик, т-твою м-мат-ть…

Спустя какое-то время впереди показался мост и я осознал, что вернулся к перекрестку. Где-то рядом находился постоялый двор с убитыми солдатами и оставшейся в живых шавкой. Именно оттуда должна была начаться погоня. Оставался лишь один вопрос – когда именно она начнется.

Стараясь двигаться как можно тише, я проплыл под хлипким деревянным настилом, одолел еще метров двести, после чего услышал отголоски заливистого собачьего лая. Этот звук подстегнул меня пуще любого холода, заставив перебраться на стремнину и следующие четверть часа интенсивно грести в попытках убраться как можно дальше от опасного места. Затем неподалеку раздался топот копыт. Всадники пронеслись по направлению к уничтоженному блокпосту, вокруг снова повисла гнетущая тишина, а я ощутил, что нахожусь на пределе возможного – холодная вода продолжала свою разрушительную деятельность, высасывая из организма последние крохи тепла. Чтобы не загнуться от переохлаждения, требовалось вылезти на твердую землю и как-то согреться, но делать этого по-прежнему было нельзя.

– Д-дерьмо…

Следующие тридцать минут прошли в борьбе со стихией – я усиленно греб, тоскливо смотрел на желанный берег, пытался верно рассчитать оставшееся за спиной расстояние и проклинал мешавший двигаться рюкзак. В иных обстоятельствах чертов мешок давно отправился бы на дно, но речка была мелкой, держаться на поверхности не составляло особого труда и этот факт удерживал меня от поспешных решений.

Затем впереди показался маленький каменистый остров. Чувствуя, что другой такой возможности может и не предоставиться, я кое-как выбрался на него, стащил мокрую одежду и начал интенсивную разминку, чередуя приседания, подпрыгивания и бег на месте. Кровь неохотно расходилась по застывшим конечностям, тепло столь же неохотно возвращалось, но гулявший над рекой ветерок портил всю малину, лишая смысла большую часть моих усилий. Прямо сейчас мне бы очень пригодилась сухая одежда, но вовремя достать ее из рюкзака и примотать к голове я не удосужился, а в данную секунду мечтать об этом было уже поздно.

– З-замечат-тельный план… идеал-льный, твою м-мать…

Такие эмоции были вполне объяснимыми, но при более трезвом взгляде на ситуацию получалось, что я сумел-таки воплотить в жизнь все свои задумки – зачистка кордона прошла вполне успешно, погони рядом не наблюдалось, а единственной реальной проблемой оставался холод. То есть, операция прошла вполне успешно.

Хотя попытка утешить себя этой мыслью ожидаемо провалилась, остановка пошла мне на пользу – для начала я все же справился с подкравшейся гипотермией и окончательно разогрелся, а затем восполнил сожженные калории, съев почти весь запас размокшего от воды хлеба. Жить стало гораздо легче, однако рассвет неумолимо приближался и мне пришлось вернуться в холодную и чуждую стихию.

Второй заплыв прошел ничуть не лучше первого – теперь к холоду добавились вполне резонные опасения из-за оставшихся на камнях следов. Я не