Мир синих глубин - Оксана Усенко

— Может ему намекнуть?

— Не стоит… Любовь либо есть, либо нет… У вас с принцем она есть…

— Ты ошибаешься… — отвернулась от нее Ольга. — Там просто долг, ответственность и богатый опыт…

— Ольга… Неужели ты и правда так думаешь?

— Да…Он замечательный, красивый, смелый…Но у него есть один недостаток — он меня не любит…

— Ты не права! — Нита аж подскочила.

— Давай сменим тему, — Ольга, слабо но упрямо мотнула головой. Что интересного нашел Ивран?

— Как скажешь, — немного сникла Нита, и тут же ответила — Ты уникум!

— Спасибо, это я и так уже знаю, а подробней можно?

— Подробней он сам расскажет, наверное… Когда его выпустят из под домашнего ареста… Он изрядно провинился…

Как ни выспрашивала Ольга подругу, та удивительно ловко увиливала от ответов. А Ольга то думала, что при мыслеобщении нельзя ничего скрыть! Да даже Нита, при большом желании могла скрыть ответ на прямо поставленный вопрос! Она просто не думала о ответе!

Тянулись долгие дни ожидания. Собственный организм Ольги приходил в норму медленно. Мурад, по словам Ниты, пришел в себя, но еще долго будет восстанавливается, Тамаз вообще в специальной камере жил. У него был видимо тот случай, когда азраи почти разрезали на мелкие части. Правда, Нита сказала — чудо, что он вообще жив.

Ольга металась по ночам от кошмаров с участием Мурада, а днем ловила себя на том, что беззвучно плачет. Ее не пускали к нему, аргументируя тем, что она еще слишком слаба… Но она подозревала, что он просто не хочет ее видеть. Неудивительно, после всего…

Андрей и Елена находились под тщательным наблюдением уже около года. По дому регулярно обновлялись жучки, контакты отслеживались, почта проверялась, даже мусор изучался. Нет, все делалось аккуратно, неназойливо и корректно. Их «вежливо попросили» никуда не уезжать, и только их определенная репутация в мире науки, да масса действительно научных материалов на борту яхты, спасла от более серьезных последствий. Обсудить толком что-то из произошедшего в океане, у них так и не было возможности. Сначала они активно готовились к визиту военных (которые естественно их отследили и нашли) Все материалы, которые были на яхте, изъяли, и Елена долго страдала от невозможности продолжить свою работу, хотя, на фоне длительных и очень дотошных вопросов эти страдания меркли. Андрей ничего ей не говорил, но она и так поняла, что «никаких русалок не было». Тут семи пядей во лбу не нужно, чтоб догадаться.

Общение с представителями государственных служб было довольно однообразным … «Зачем они возвращались, а потом мчались по морю как сумасшедшие? Так… сначала муж согласился уплыть, потом обиделся, потом испугался… Да, вот такой неуравновешенный муж… Ну бывает… Как с ним живу? Как-то так… Недавно замужем, странностей раньше не замечала… Как не замечала? Да я просто занята была… Да, наукой. Нет, не на морскую тему. Нет, исследованием ультразвука не занималась. А зачем? Нет, к военным отношусь спокойно… На военном корабле, что видела? Я на нем не была. Издалека? Разбитые стекла… Тишину… Да, было страшно… За кем гнались? Да просто убегали, а вдруг там какой-то вирус. Мало ли что там вы испытывали? А вдруг это заразно…»

Какой то коллега-ученый очень дотошно выспрашивал о том, что плавало вокруг корабля в момент их возврата, кого видели, что странное было… «Что может быть странней тишины пол часа назад на вполне действующем военном корабле?!»… «Больших рыб? Вроде бы были дельфины… Точно не помню, не до морской фауны было…Да, было страшно. А вам бы не было?…

Елена давно так долго и аргументированно не прикидывалась ученым. Она всю жизнь считала своим проклятием штамп о том, что ученный занят только своей наукой и мир вокруг не замечает… Теперь же она его полностью и вполне осознанно оправдывала, доказывая другим. Ирония…

Общающиеся с ними лица сменялись как в калейдоскопе, сначала их задержали, потом отпустили, но посетители из самых невероятных ведомств ходили к ним домой как на работу.

Елена уже и не помнила, когда столько неискренне улыбалась, приветствуя очередных визитеров. Иногда она, для достоверности роли «незаслуженно обиженных» закатывала истерики и скандалы очередным «уточняющим какие-то факты» визитерам. Андрей, рассыпаясь в извинениях, отвечал на все их вопросы, так как считал нужным, и их оставляли в покое… На пару дней.

Звонок в дверь оторвал Елену от изучения новинок в ее отрасли. Начинать новую работу в существующих условиях она не могла, но быть в курсе основных тенденций нужно. Как можно на чем-то сосредоточиться, если тебе изводят однотипными вопросами практически лишив возможности вести привычный образ жизни? Официально Елене и Андрею ничего не запрещали, но при попытке забронировать билеты на самолет, вежливо намекнули, что покидать страну на данный момент нежелательно.

— Андрей, откроешь?

— Естественно. Сегодня моя очередь изображать бабушку красной шапочки… А так хочется прикинуться волком…

— Начинай, я даже не против посмотреть, как хоть кого-то из этих «милых» людей съедят…

— Не боишься, что отравлюсь?

— Опасаюсь. Но, чем не рискнёшь ради морального удовлетворения — улыбнулась Елена, не отрываясь от увесистой монографии.

— Здрас… — подозрительная тишина заставила Елену прислушаться. Обычно, если Андрей шел в подобном настроении открывать дверь, то следующие полчаса можно было не отвлекаться. Он, как заезженная пластинка, планомерно выносил мозг визитерам на тему всемирного заговора против очень перспективной отрасли науки по изучению голожаберных моллюсков. У него выходило восхитительно, и спустя пару часов, даже самые стойкие и подозрительные, путались в собственных вопросах и с тоской посматривали на дверь. Но сейчас была тишина. Странно. Отложив увесистый «труд», стоящий меньше чем потраченная на него бумага, Елена тихо прошла к двери и приоткрыв дверь выглянула в гостиную. Андрей стоял к ней спиной перед двумя высокими мужчинами в светлых костюмах. Его спина была напряжена как струна, а визитеры смотрели на него так словно вместо головы у Андрея телевизор с очень увлекательной передачей. Они просто стояли, но внезапно Елене стало отчего-то жутко, страшно и не за себя… за него. Распахивая дверь и приклеив к лицу стандартную улыбку, она вошла в помещение.

— Добрый день. Вы из ФБР, ЦРУ или какой-то другой не менее любопытной организации? Что-то вы сегодня припозднились, обычно визитеры нас пораньше радуют, — произнесла она, старательно отвлекая внимание странных мужчин от Андрея. Ей почему-то показалось очень важным именно отвлечь их. Зачем, она б и сама не сформулировала.