Нарский Шакал (Нарский Шакал - 1) - Джон Марко

Сейчас император уже наверняка оповещен о гибели отца. Несомненно, он не оплакивает его так, как это делаем мы здесь, в Арамуре. Только Аркус хотел вести войну с Люсел-Лором. Теперь, наверное, я уже никогда не узнаю, какие грандиозные планы он строил в отношении трийцев и почему нам понадобилось вести эту чертову войну. Что бы Аркус ни замышлял от них получить, мы его этого лишили, так что он, скорее всего, нас за это накажет. Возможно, его легионы уже движутся к нам. Или, может быть, дролы хотят мщения и собираются напасть на нас через горы. Я говорю - пусть нападают. Все изменилось, и я не рассчитываю стать хотя бы тенью того короля, каким был отец. Мира я не нахожу даже здесь. Ночами я слышу вой волков и вижу во сне белые лица. Дом по-прежнему кажется мне далеким.

13

Уже близился полдень, когда Ричиус проснулся и увидел, что выпал первый снег. В этой части империи снег был таким же привычным явлением, как смена времен года, но осень еще не кончилась и до наступления зимы оставалось несколько недель.

Ричиус быстро ополоснул лицо прохладной водой из тазика для умывания и широко распахнул окно. Старая металлическая рама заверещала, вниз посыпались хлопья ржавчины, сразу же подхваченные свежим северным ветром. Ричиус сделал долгий сладкий вдох. Он ощутил вкус природы и сощурился от дневного света. Снега выпало немного - получилась скорее простыня, чем одеяло, но внутренний двор замка и холмы за ним стали ослепительно белыми. На горизонте гигантские ели Арамура были одеты в иней и увенчаны шапками льда. Внизу на территории замка виднелся сад с замерзшими и заснувшими кустами роз. В конце внутреннего двора конюхи протаптывали в снегу дорожки, суетливо чистя боевых коней. Ричиус вздохнул. Он не видел снега почти два года, и идиллическая картина, представшая из окна, всколыхнула дремавшее в нем нежное чувство родины, и слово "дом" зазвучало у него в голове наподобие церковного колокола.

Арамур поздней осенью. Дом. Улыбка тронула губы, и он отвернулся от окна. В эту секунду ему в затылок попал снежок. От внезапного прикосновения холода к волосам Ричиус подскочил и снова глянул в окно.

- Петвин!

Далеко внизу его друг корчился от смеха. Взрывы хохота гулко разносились по двору, привлекая внимание конюхов и рабочих.

- Извини! - с трудом выговорил он. - Просто ты повернулся!

Ричиус поежился - ручейки ледяной воды затекли под ночную сорочку.

- Идиот! - крикнул он, скорее удивленный, чем разгневанный.

Хорошо хоть снежок был не очень крепкий!

Петвин, извиваясь, встал на ноги. По щекам его струились слезы.

- Извини. Мне просто хотелось немного тебя напугать, правда! Я даже не думал, что смогу добросить так далеко!

- Значит, можешь. И вообще, что ты здесь делаешь? Я думал, ты собираешься ехать верхом с Джоджастином.

- Уже полдень, Ричиус. Мы только что вернулись. А ты все это время спал?

Ричиус кивнул и посмотрел на небо. Где-то в вышине сквозь облака просвечивало солнце - он правильно угадал время.

- Ну так спускайся завтракать. Дженна готовит нам с Джоджастином яичницу и медовые хлебцы, - подмигнул другу Петвин. - Я уверен, если ты ее хорошенько попросишь, она накормит и тебя!

- Прекрати. - Ричиус понизил голос, чтобы их никто не услышал. - Я уже говорил тебе, она меня не интересует. Вы проверили изгороди на восточной гряде?

- Они в порядке, если не считать нескольких дыр, сквозь которые пробрались волки. Но для лошадей они недостаточно велики, не беспокойся. Джоджастин велел замковым рабочим заняться изгородями, а Террил пообещал, что будет наготове на случай волков. Так ты спускаешься?

- Волки? Наверное, Террилу стоит захватить с собой мастиффов.

Петвин с сочувствием посмотрел на него.

- Не беспокойся, Ричиус. Они далеко, на северных участках. Наверное, ищут поживы. Ты же знаешь, от первого снега они сходят с ума. Если хочешь, я попозже отведу к Террилу собак. Но тревожиться не стоит. Так как насчет завтрака? Я умираю от голода!

- Дай мне время одеться, и встретимся внизу. Если хочешь, можешь начать без меня.

- Мы тебя дождемся. Джоджастин хочет с тобой поговорить, а Дженна не подаст нам завтрак, так как твоя порция может остыть. Просто не задерживайся.

- Хорошо, - пообещал Ричиус и закрыл окно.

Он и не подумал о завтраке, пока Петвин не позвал его есть, но теперь чувствовал в желудке недовольное ворчание. Последние дни он едва притрагивался к ужину, наводя Джоджастина на мысль, что он подхватил лихорадку. Однако сам Ричиус знал: аппетита его лишила не лихорадка, а какая-то апатия. После возвращения еда потеряла ту значимость, какую имела в долине: никто больше о ней не грезил, не вел о ней долгих разговоров... Однако этим днем, возможно, благодаря неуловимой магии снега к нему вернулся аппетит - и это было приятно.

Он быстро покончил с умыванием и надел отменно пошитые брюки и рубашку. Над рубашкой трудилась Дженна. Она сказала, что ему будет в ней тепло именно в такую погоду, и не ошиблась. Однако, надев ее, Ричиус подумал, как Дженна радостно улыбнется, увидев на нем свое творение. Все знали, как к нему относится Дженна, и это начало его раздражать. Что еще неприятнее, ему больше ничего не оставалось, как только молча терпеть. Дженна была слишком мила, дабы объяснять ей, что бы то ни было, и если бы Ричиус вдруг сделал такую попытку, она пришла бы в ужас. Так что он просто будет носить теплую красивую рубашку, и на этом дело кончится. Если Петвин не начнет его поддразнивать.

Расправив морщинки на брюках, он обул пару крепких ботфортов и вышел из спальни, не забыв в последний раз критически себя осмотреть. Последнее время Джоджастин без конца кудахтал насчет его внешнего вида, и Ричиус не хотел лишний раз дать ему повод для беспокойства. Сейчас он намерен плотно позавтракать, казаться жизнерадостным и тем самым навсегда покончить с разговорами о лихорадках и депрессиях. Сегодня его ждут важные дела.

Он шел по витой гранитной лестнице на запах меда и яичницы, затем миновал кухню и оказался в маленькой столовой, где всегда трапезничал. Ему очень хотелось, чтобы Дженна его не увидела и не услышала. Девушка, занятая кастрюльками и плитами, не заметила его. А в столовой его ждали Петвин и Джоджастин. Оба еще были в костюмах для верховой езды и пили ячменное пиво.

- Доброе утро! - весело сказал Джоджастин, наливая Ричиусу кружку пива.

Тот с благодарностью принял ее и сел за стол, сервированный хорошей посудой; в центре его стоял маленький букет зимних лилий. Ричиус с подозрением посмотрел на цветы.

- Дженна?

Джоджастин улыбнулся.

- Она просто хочет, чтобы тебе было уютно, парень. Можешь, конечно, не обращать на это внимания, только не надо ничего говорить. Зачем ее обижать?