Логово заядлых неудачников - Анна Нимная

Недаром боги нас свели! Сей союз заключили всевышние небожители под светом лун и звёзд, что отразились в зелёных водах.

Впрочем, по наигранному тону Зархеля было трудно понять, шутит он или полностью серьёзен.

— Кстати, коли речь зашла об охоте, — королева-мать отодвинула занавески и возбуждённым взором окинула залив Зелёного моря, потонувший во тьме. На палубах некоторых кораблей, самых массивных и роскошных, до сих пор горели огни, и отражения светильников расшивали шёлковые воды сотнями пламенных цветов, — скоро настанет сезон промысла у северных харков, а я хочу обновить запасы рогов морских лошадей.

— Не в этот раз, моя любезная кузина. Вы не слышали, что я только что говорил? У нас нынче много непредвиденных расходов, а Воины Вереска…

— Зархель! Корабли продолжают непрерывно пребывать в порты Элисир-Расара и Исар-Динн, мы получаем с них таможенные сборы и налоги за товары…

Речи королевы-регента всё-таки вынудили Зархеля покинуть свой насест. Он неохотно поднялся на ноги, подошёл к союзнице и принял её холодные руки в свои морщинистые пальцы.

— В чём поистине суть Вашего внезапного визита? Что Вас гложет?

— Мируна ещё не объявилась. Она будто бесследно исчезла, как такое может быть?

— Как? Позвольте ответить Вам прямо, дражайшая кузина. После того, как мы впустили в дом этого отвратительного демона-бессмертного, у нас возникло гораздо больше проблем. Сперва стали происходить странные вещи. По коридорам разносились отзвуки заклятий, хоть колдовать в Янтарном дворце строжайше запрещено, затем охрана наблюдала непонятные явления и видела неопознанных личностей, а теперь люди пропадают без вести!

— Зархель, — надменно усмехнулась Зармалессия, — не думаете же Вы, что к этим событиям причастен наш слуга, Эр Данаарн? Мне подсказывает сердце, что Вы затаили обиду на него с тех самых пор, как он отказал Вам в заключении дог…

— Кузина, я начинаю думать, что у Вас весьма смутные представления о том, кто такие эти твари — демоны-оборотни, — злобно отчеканил Зархель, притягивая за локоть собеседницу в зону собственного влияния. — Тем более, разве бессмертный маг не отказал и Вам? Что Вы замыслили, Ваша Милость?

Мужчина прищурился, заостряя взор на королеве. Главный советник словно пытался выяснить, достоверны ли сведения, которыми с ним делилась любезная кузина. Он более не полагался на добросовестность союзников и слуг, и предпочитал лично проверять свежесть тех блюд, что подавались к столу. С другой стороны, пробовать стряпню кухарки на наличие ядов должны иные люди, ибо так намного безопасней.

— Ваш непокорный сын, этот глупый, дерзкий мальчишка, совсем от рук отбился! Он более не слушает ни моих мудрых наставлений, ни ищет ласки в Ваших заботливых объятьях. Что… мы будем делать, когда он взбунтуется, и об этом прознают наши враги?

Прикрыв левый глаз, Зархель пристально уставился на Зармалессию правым.

— Что Вы предлагаете? — шёпотом спросила женщина.

Главный советник тут же воспрянул духом и помчался к своему обширному письменному столу. Он открыл запертый на ключ ящик и извлёк из тайника свёрток с порошком.

— Это новое средство из наших родных краёв, из земель дома Тёмных Ручьёв, оно очень хорошее и очень сильное… думаю, следует им воспользоваться, и подносить Его Высочеству раз в три-четыре дня. Оно ослабит его волю и укротит нрав.

Зархель Великолепный принадлежал той же семейной ветке, что и Зармалессия, они носили общую фамилию, и, разумеется, в их роду испокон веков не было ни купцов, ни ростовщиков, что считалось занятиями неблагородными. Тем не менее, на службе государства Зархель ни единожды прибегал к уловкам и трюкам, которые изобрели торговцы. Например, он прекрасно знал, что зачастую люди хотят того, что им вовсе не нужно в то время, как хотеть то, что им действительно надо, они в упор не желают. И лучшее оружие борьбы с подобным досадным недомоганием — самому создать необходимую нужду, а затем облечь её в желание. Под такими чарами и грозный воин, и ловкий плут, и ревнитель веры превратятся в робких слуг или зависимых данников, готовых на любые меры без оглядки на последствия.

— Нет, он — мой единственный отпрыск, моё драгоценное орудие мести, незачем травить его! — Зармалессия в ужасе отвергла предложение кузена.

Однако вместо того, чтобы скрыться из его покоев, она помчалась в глубь, забуриваясь в самые отдалённые комнаты, где стояла громадная кровать под балдахином, которая помнила слишком много непозволительного и бесстыдного.

Зархель быстро догнал кузину. Он поймал беглянку возле ложа и заключил её изящное тело в свои объятья, примыкая широкой грудью к хрупкой, женственной спине. Положив голову на плечо подруги, Главный советник прошептал ей на ухо:

— Как мы с Вами можем ошибаться, когда боги нас ведут? Мы внимаем гласу Моранны-Фахарис, и кем мы с Вами прослывём, если отмахнёмся от зова всевышней, словно от назойливого шума? Моя милая, любезная кузина, что богиня Вам говорит?

— То… что мы с Вами должны взойти на престол, рука об руку, как Нин-дар-дин и Нин-дар-нана…

— Вот видите. Мне она твердит то же самое. Мы не можем отступиться, это страшный грех. Нас избрали небожители, а на войне сгодятся любые средства. Разве нет? Вашему сыну ничто не повредит, я же клялся, что его не трону. Вскоре я уеду в родные земли, а вернусь уже с реальной, божественной поддержкой. Вы останетесь одна во дворце… как Вы собираетесь управлять этим неблагодарным мальчишкой? Он не приучен выказывать сыновью почтительность, и никому…

— …никому в Исар-Диннах не нужна вдова с непокорным ребёнком на руках, — тоскливо промолвила Зармалессия.

Остатки драгоценных пилюль — чёрных жемчужин — ещё не полностью выветрились, они до сих пор продолжали отравлять разум и туманить взор королевы, и Её Милость положилась на Зархеля в очередной раз, в буквальном смысле. Она просто расслабилась и откинулась назад, вручая собственный вес кузену, который уже принялся ласкать её холодное и продрогшее тело.

— Ваша Милость, я знаю то, что избавит Вас от печалей и излечит Вашу больную голову.

В конечном итоге, королева никогда не могла понять, чей неуёмный и ненасытный голод надлежало унимать первым — её, или Зархеля. Если от неё отвернётся последний союзник, то… что будет тогда? А что, если для удержания расположения Зархеля, ему всё-таки придётся преподнести на блюде собственного сына? Как не крути, Зармалессия любила Сэля и не желала мальчику подобной участи.

— Кому нужна вдова с ребёнком на руках?.. — в бреду шептала Зармалессия, и её опустошённые глаза светились во мраке спален, пока Зархель с удовольствием целовал тонкую женскую шею и расшнуровывал корсет.

Королева-регент под предлогом дурного самочувствия не захотела покидать покои Зархеля ни утром, ни