Жена на один год - Марья Коваленко

Никита

В моей жизни уже была свадьба. Не слишком пышная. Без сотни гостей и первых полос во всех модных изданиях. Тогда мне не хотелось чужого внимания, и важна была лишь женщина, которая скажет «Согласна».

Наивный, я считал, что повторения точно не случится.

Но жизнь на наглядном примере уже показала, что значат все мои планы. Пшик!

Сегодня в полдень во Дворце бракосочетаний мне предстояло снова повторить свое «Согласен» и надеть на женский палец обручальное кольцо.

Эта идея мне не нравилась с самого начала. Стоило Пашке лишь заикнуться ещё в самолёте, когда летели в Питер, я сразу ответил «нет».

Не нравилась она мне и тогда, когда сам преподнес ее Лере в качестве «единственного выхода».

Это был скорее тупик. И не столько для меня, сколько для самой Леры. Двадцать два года бывает лишь раз в жизни. Мало какая девушка с радостью согласилась бы разменять год своей молодости на фиктивный брак. Без встреч, расставаний, шумных вечеринок и безумных поисков себя.

Неправильно было воровать у Леры этот год. После её ворованного детства и юности под тотальным надзором приемных родителей такой брак казался продолжением пытки.

Я чувствовал себя не спасителем, а таким же преступником, как и те гады, которые пытались ее отравить.

Сегодня идея с браком не нравилась мне ещё сильнее.

Никакие объяснения, что это всего лишь сделка, не помогали. Как машина, лишенная эмоций и чувств, я заставлял себя надевать костюм. Цеплял дурацкую, душащую бабочку. Проверял кольца. И делал еще дюжину разных дел.

Даже в день собственной свадьбы удалённо разбирался с текучкой на работе и отдавал приказы.

Голова работала четко. Как часы. За грудиной ничего не ёкало. Да момента, когда за мной заехал Паша, в целом было нормально. Как перед важным процессом, за исход которого еще предстояло побороться.

Но счастливый, цветущий вид партнера и миниатюрный букет живых цветов, который он мастерски закрепил в петлице моего пиджака, снова заставили почувствовать себя моральным уродом.

- Я смотрю, ты цветешь и пахнешь! – Закончив с букетом, Паша присвистнул. – Настоящий жених!

От такого комплимента у меня даже кулак зачесался – так хотелось дать в челюсть этому умнику.

- А ты, видимо, считаешь себя бессмертным? - Для большей доходчивости я похрустел пальцами.

- Я тебе с самого начала предлагал свою кандидатуру, - рассмеялся Паша. – Да, без твоих связей в нужных кругах держать в страхе ту свору шакалов было бы сложно. Но ты бы сам раскидал для нас всех. Я бы только целовал невесту и катался с ней в путешествия. Из одного медового месяца в другой. Из третьего - в четвёртый. Весь год.

- А каталку в узел завязать я не предлагал?

Радуясь, что кольца заранее передал организаторам свадьбы и не нужно сейчас вверять футляр Пашке, я закрыл дверь временного офиса.

- Нет, эта процедура мне, пожалуй, не нужна. Это ты у нас без женского внимания можешь долго обходиться. Живешь себе как кактус в пустыне. Даже не чахнешь. А я и неделю не протяну. Характер испортится.

- Убедил. Перед следующим сложным процессом организую тебе неделю целибата. Чтобы деловой настрой был правильным.

- Добрый ты, - Бояринов, как борец за звание «Лучший таксист Северной столицы» распахнул для меня дверь свой машины. – Вот только мне интересно, как ты сегодняшний свой свадебный «процесс» переживешь.

Даже не пытаясь понять его намек, я устроился на сиденье и перекинул через грудь ремень.

- Я ж только от невесты, - Паша решил сам пояснить свою мысль. - Проверял, все ли там в порядке.

- И как? По плану? - Я сверился с часами. К фотосессии перед росписью мы успевали идеально.

- Да какой там план?! Хана тебе, Лаевский. Там такая красота, что можно забыть и о работе, и о брачном контракте, и вообще... - Пашка отмахнулся. - Твоя будущая жена может одним своим видом мужское бессилие лечить. Даже прикасаться не понадобится.

- Так ты мужскую силу проверять ездил или подготовку?

Желание вмазать Пашке оказалось настолько сильным, что пришлось достать из бардачка минеральную воду и осушить бутылку до донышка.

- Я свидетель! Мне по долгу положено волноваться о молодых.

Этот гад оскалился от уха до уха.

- Лучше бы ты так волновался о сохранности своего фейса.

- Эх, не ценишь ты моей заботы! Совсем не ценишь!

- Я оценил твой брачный контракт. Отличная работа. Придраться не к чему.

- Нет, ты точно непрошибаемый...

Светофор перед нами загорелся «красным» и, остановившись, Паша повернулся в мою сторону. Холеное лицо разгладилось. Исчезла улыбка. А в глазах появилось что-то новое. Серьезное.

Таким Паша был, когда в ходе судебного разбирательства у прокурора появлялись новые свидетели или доказательства.

Я никогда не любил это его выражение лица. Сегодня оно не нравилось мне особенно.

- Ладно, - словно догадался, о чем я думаю, Паша потер лоб. Тоже достал себе воду. И опустошив свою бутылку, добавил: - Это так не объяснишь. Тем более такому барану, как ты. Это нужно видеть.

Больше ничего не рассказывая, он ударил по газам. Машина тут же сорвалась с места. А уже через десять минут, стоило нам подъехать к зданию Дворца бракосочетаний, я сам отчетливо осознал, на что намекал друг.