И всё-таки я люблю тебя! Том 1 - Елена Харькова

– Тебе этого хватит? – спросил мужчина Риту.

– Хватит, хватит! – радостно закивала девочка.

Он помог Рите уложить все бутылки в авоську и насыпал ещё в салфетку креветок.

– Возьми-возьми. Я уже наелся. Не выбрасывать же! – улыбнулся он.

– Что вы, еду выбрасывать нельзя! – погрозила ему пальчиком Рита. – Знаете, сколько народу трудилось, чтобы ваши креветки сделать? Их и сажали, и растили, и трактором собирали. А вы выбрасывать! Мне мамочка всегда говорит, что нужно уважать труд людей, надо всё-всё до крошки доедать. А то вы сейчас, хренак, выбросите креветки в ведро, а потом захочется покушать, ан нет, – Рита развела руками, – ваши креветочки уже мусорка далеко-о-о увезла, в Хреново-Поленово. Пешкодралом и не доковыляешь. Это мне мамочка так рассказывала.

Мужчина хрипло рассмеялся.

– И ничего тут смешного нет, – обиделась Рита.

Она взяла пакет с креветками, подняла авоську и направилась к выходу. У самой двери она обернулась.

– Ой, совсем забыла вам сказать. Спасибочки вам, добрый молодец. Живите-поживайте да добра наживайте! – она подумала немного, все ли хорошие слова сказала, какие положено говорить, и вспомнила: – Да, и чтоб по усам у вас текло, да в рот не попало!

Рита спешила домой, чтобы скорее обрадовать мамочку.

«Ох и похвалит она меня! Да и как такую умницу-разумницу не похвалить? Я не только бутылочки принесла, но ещё и угощение сказочное. Креветки! Ах креветки, вы креветки да креветушки мои! Кре-ве-ту-шеч-ки! Рас-пам-пу-шеч-ки! Эх!»

Рита хлопнула дверью барака и, громко топая, добежала до своей комнаты. Она остановилась перед дверью, чтобы отдышаться.

«Мамочка меня сейчас спросит: «Принесла бутылки?» А я отвечу: «Принесла! И не только бутылочки, но и ещё кое-что. А что – догадайся!» Она будет гадать-гадать, но нипочём не догадается! Вот мы с ней посмеёмся!»

Рита засмеялась, но зажала рот рукой. Надо быть посерьёзнее, тогда потом смешнее будет. Она распахнула дверь и со счастливой улыбкой на лице зашла в комнату.

Верка в одежде лежала на кровати и спала. Тулуп валялся возле двери. Один валенок Верка так и не сняла, спала в нём. А второй валенок лежал около кровати.

Всё весёлое настроение у Риты пропало.

«Мамочка опять пьяная!!! Эх, опять она в мусорке нашла пустые бутылки, вот и купила себе проклятого самогону. Ну что за люди, мля, бестолковые! Ну кто их просит бутылки в мусорку выкидывать?! Побросали бы их лучше в парке, всем бы от этого польза была. Я бы их нашла и принесла домой. А мамочка на мои бутылочки никогда самогон не покупает, а только еду».

Рита тяжело вздохнула. Она положила авоську на стул, разделась сама, потом аккуратно сняла с матери валенок, поставила на место возле двери. Тяжёлый тулуп она поднять не смогла, поэтому оттащила его волоком в угол, а потом села на свою кроватку ждать, когда же Верка проснётся.

Ждать пришлось долго. Мать во сне ворочалась, что-то говорила. Один раз, свесив ноги с кровати и медленно сползая, она чуть не упала на пол. Рита вовремя подбежала и с трудом закинула ноги обратно на кровать.

Всё это время Рита боролась с огромным, всепоглощающим чувством голода. Это было очень трудно, потому что она знала, что рядом, под столом в авоське, спрятан целый пакет креветок. Розовеньких, вкусненьких, сытненьких!

«Ох креветки-креветушечки, креветушечки-пампушечки»!

Но есть их нельзя! Ведь так хочется мамочке показать всё богатство, а уж потом поделить поровну. У Риты постоянно во рту собирались слюни. Она замучилась их сглатывать!

«Надо не думать о еде. Так, о чём бы подумать? Надо думать не о еде, не о вкусных розовых креветочках, а о…. О чём? О чём думать, если о креветках нельзя? Тьфу ты! Всё креветки да креветки! Задолбали уже!»

Наконец-то Верка проснулась. Она открыла глаза, повернулась к дочке и, подперев голову рукой, улыбнулась.

– Лягушо-о-нок! – пьяненько пролепетала она. – А сколько сейчас времени?

– Уже шесть часов вечера.

– Ох, тудыть, сколько же я проспала! – хмыкнула Верка, а потом, как бы оправдываясь, добавила: – Работа эта долбаная! В такую рань приходится вставать! Совсем не высыпаюсь.

Верка опять завалилась на постель. Но Рите не терпелось рассказать матери потрясающую новость.

– Ой, мамочка, а что у меня есть! – хитро прищурилась она. – А ну-ка, отгадай!

Верка захлопала недоумённо глазами, но хмельная голова не хотела напрягаться.

– Ну что у тебя там, показывай.

Рита подбежала к матери, села рядом с ней на кровать и, поправляя Веркины растрепавшиеся волосы, начала рассказывать:

– Нет, мамуля, сначала послушай волшебную историю! Пошла я, значит, в парк. Долго ли, коротко ли, но шла я, шла, да ничегошеньки не нашла!

– А чем же ты тогда хвастаешься?

– Подожди, мамуся, не перебивай. Долго сказка сказывается, да недолго дело делается. Так вот. Закручинилась я, запечалилась. Видно, думаю, придётся мне подобру-поздорову не солоно хлебавши домой шкандыбалить. Вдруг, чу! Передо мной избушка на курьих ножках стоит. Ба-тюш-ки! Свят-свят-свят! Ё-моё! Это ж ведьмино царство! Испугалась я, затряслась как лист перед травой, как глист перед метлой. Но потом думаю: «Не бэ! Где наша не пропадала!» Я перекрестилась, волшебной водой умылась, три раза перекрутилась, через плечо поплевала, на страх свой наблевала. Толкнула я дверь и вошла. А там! Ой, мамочка! Ё-пэ-рэ-сэ-тэ! Стоит злая ведьма и ухмыляется. А на голове у неё хрустальная корона напялена, а во рту у неё хрустальная туфелька торчит! Стоит эта ведьма, икает от обжорства и говорит: «Ага! Ещё одна принцесса пожаловала! Я тут давеча Золушкой позавтракала, а тебя на обед …СЪЕМ!»

Последнее слово Рита неожиданно прокричала, скорчив страшную рожицу. Верка испуганно открыла слипающиеся в пьяной дрёме глаза.

Рита звонко рассмеялась.

– Ты, мамуль, не бойся. Видишь, я живая и целёхонькая сижу. И ничегошеньки мне эта ведьма не откусила. А знаешь почему? Да потому что тут появился добрый молодец Иван-дурак! На нашего последнего папку Кольку он похож. Такой же небритый. Так вот. Он, мля, ка-а-ак возьмёт да ка-а-ак даст булатным мечом злой ведьме в харю, она так Золушкой и выблевала. А потом он говорит ей: «А ну-ка, ты, легушовское отродье, отдавай нам свои сокровища! Подавай сюда, тудыть тебя, растудыть, пустые бутылки!» Ведьма от страха вся затряслась, кондрашка её схватила за задницу, она и окочурилась. И тут начался пир на весь мир! Добрый молодец Иван-дурак одарил меня сокровищами несметными – десять бутылочек вон под столом стоят. А ещё он дал мне угощение царское. Кре-вет-ки! Вот и сказке конец, а кто слушал – молодец! Как солёный огурец!!! Вот!