Темный дар - Наталья Савицкая

Некоторое время все молчали, а потом расхохотались. Я утирал слезы, поражаясь мстительности друида. На будущее надо будет запомнить, что лучше не злить этого почтенного старца. Себе дороже.

Пришлось ждать гнома, старательно делая вид, что не слышим все его мысли о нас любимых.

— Гварт, — крикнул Солен. — Мы тоже тебя любим, но не мог бы ты побыстрее.

Кирр тихо прыснул, но тут же придал лицу скорбное выражение, из-за чего рассмеялся уже Алин.

— Тихо, — цыкнула на них Тара. — Наш бедный гном и так мучается…

— Сама помолчала бы, — огрызнулся из кустов гном, прекрасно слыша все, что происходит.

— Я же хотела как лучше, — с наигранной обидой надула губки девушка.

— Ага. И для этого влила в меня эту гадость. Так, по доброте душевной.

— А как же.

Я уже сполз на землю, опираясь на ствол дерева. Сил смеяться не было, так что я только ехидно улыбался. Правда улыбка быстро сползла с лица, когда я вспомнил, что нас ожидает дальше. Уже завтра мы окажемся в так называемых «ничейных» землях. Там не могут жить ни светлые, ни темные. Никто не знает, как именно образовались эти места, но факт остается фактом — хозяина у них нет, да и желающих занять этот статус, тоже. Мало кто проходил через эти земли и оставался в живых. Хотя светлым это не особо грозит. Сами очевидцы утверждали, что опасность подстерегает именно темных, но причину никто не знал. Эх! Везет мне…

— Что загрустил? — спросил Алин, изящным движением садясь рядом.

— Опасаюсь нашего дальнейшего маршрута, — признал я.

— Ну и правильно. Отсутствие страха показывает, что существо либо дурак, либо самоубийца. Его малая доля способна спасать жизнь.

— Угу. Но от этого не легче.

— Расскажи, что нас дальше ждет, — попросил брат, задумчиво глядя на спутников, что меланхолично бродили по поляне.

— А дальше нас ждет полная за…

— Я понял. Можешь не продолжать, — поспешно произнес Алин. — Но хотелось бы поконкретнее. — Я ехидно взглянул на брата. — Не в этом смысле. Давай без шуток.

— Почему и нет, — пожал плечами я. — Ничейные земли никем не изучены. Представляют собой скопище самых «приятных» сюрпризов для путников. Пройти все земли можно за день. Происхождение неизвестно. Наличие живых существ, проживающих там — неизвестно. Качество подстерегающих опасностей…

— Неизвестно, — подхватил брат.

— Только ясно, что их крайне не мало, — уточнил я. — И каждый раз они новые. Правда, говаривали, что несколько человек прошли совершенно спокойно, не подвергаясь никаким угрозам, но через несколько дней они умерли от неизвестной болезни, что не вызывает оптимизма.

— М-да. Ситуация, — потер подбородок брат.

— И еще какая, — уныло подтвердил я.

— Кончай хандрить, — бодро хлопнул меня по плечу Алин. — Ничего не попишешь. Идти надо.

— Вот и я о том, — вздохнул я, но невольно улыбнулся, заражаясь хорошим настроением светлого близнеца. — Расскажи о себе.

— А что я могу рассказать, — задумался Алин. — Я сын богатого и влиятельного валара. Детство провел один. Все родственники поражали своей лицемерностью и показным величием. Единственным интересным собеседником был мой дед, но с ним я виделся столь редко, что практически ничего о нем не знаю. В шестнадцать я отправился в Академию воинских искусств. Помимо военной премудрости, там преподавали историю, дипломатию, политику и прочую «нужную» для жизни вещь. Затем я попутешествовал по миру. Бывал у гномов, эльфов. Друиды к себе никого не пускают. К темным тоже не совался. Разве что в твоем лесу побывал, — усмехнулся брат. — Вот теперь и у вампиров отметился.

— А как с личной жизнью? — лукаво спросил я. Но Алин неожиданно помрачнел.

— Уже никак, — отрезал он. И замолчал. Я тоже задумался. Что же произошло, что Алин так реагирует.

— Что случилось? — мне даже стало больно оттого, что брат держит в себе что-то, что постоянно омрачает ему жизнь. Алин резко повернулся ко мне и хотел что-то сказать, но вдруг замолчал и просто смотрел мне в глаза. Потом опустил взгляд и тихо сказал:

— Я любил одну девушку. Уже решил создать семью, но отец решил, что мы не пара — горько усмехнулся брат. — Тогда я не мог противиться, хоть и пытался. Лира узнала о наших разногласиях, но не стала давить на меня, ожидая, что я сам все решу. А я… — тут брат надолго замолчал. Я уже решил, что больше ничего не добьюсь, но Алин внезапно продолжил. — Я на какое-то время забыл о ней. Я не знаю, как это произошло, ведь я так любил ее, но месяца два в моей голове даже не появлялся ее образ. Мы как-то виделись на улице, но я не узнал ее — я вздрогнул, представив реакцию девушки. Алин это заметил и чуть кивнул. — Да. Она решила, что я отказался от нее, поэтому уехала к родителям. Через месяц после встречи, я словно проснулся, и с ужасом осознал, что именно произошло. Естественно, я бросил все и поехал в лес…

— Лес? — удивленно переспросил я.

— Да, — грустно улыбнулся Алин. — Лира была эльфийкой. Когда я приехал, ее родители сообщили мне, что их дочь умерла. Когда она прогуливалась по лесу, пытаясь справиться с горем, кто-то напал на нее и убил — Алин тяжело вздохнул, а я положил руку ему на плечо. Брат наклонил голову и чуть потерся лицом о мою руку. Такой простой и обычный жест доверия у валаров, но я же сжался, почувствовав легкую боль. Узы родства в очередной раз сумели прорваться, пусть и на короткое время, но это чувствительно отдалось по всему телу. И судя по тому, как вздрогнул Алин, он тоже почувствовал. Хотя, стоп. Он должен чувствовать, а я то нет! Ведь память заблокирована у него. Так почему его боль передалась мне? Вот она — легендарная связь близнецов!

— Что это было?… — начал он, но тут Гварт выполз из-за кустов и проворчал:

— Надеюсь, больше такого не будет? А теперь я бы перекусил.

Тара не стала спорить и быстро подала гному требуемое, решив, что после такого, жест щедрости просто необходим. Гварт быстро умял все предложенное, но благоразумно воздержался от просьбы добавки. Ну, хоть чему-нибудь научился.

— Потом поговорим, — посмотрел на меня Алин.

— Угу. Когда будет время, — легко согласился я, прекрасно понимая, что свободное время у нас будет еще не скоро. Брат нахмурился, словно разгадал мои мысли, но все же улыбнулся.

— Спасибо, что выслушал, — вдруг сказал он. Я только сощурился.

— Да не за что… хотя нет, есть — и я увернулся от шутливого подзатыльника развеселившегося Алина.

Успокоившись, я задумался. Эта странная потеря воспоминаний о Лире очень похожа на выборочное забвение меня, как такового. Неужели Варг решился на это, хотя о чем я говорю. Так бесцеремонно вмешиваться в жизнь своих сыновей — это его отличительная черта. И чем ему девушка не угодила? Скорее всего, ее положение в обществе не так высоко, как задумывал отец для своего старшего сына. Или же у него были другие планы насчет женитьбы брата. Убийство Лиры наверняка его работа. Насколько я знаю, после первичного воздействия на память, все последующие разы будут более ослаблены, так что надолго изгнать из памяти Алина эльфийку было невозможно. Поэтому преграду надо было убрать. Это довольно легко, раз она приучилась гулять в одиночестве. Вот и получаем в результате жестокости и расчетливости отца: невинную жертву и разбитое сердце.