Сокровище Хранителя Запада - Ольга Дмитриева

как рядом оказался Симон. Парень улыбнулся и произнес:

– Нам нужно поговорить с глазу на глаз.

Я скептически посмотрела на Симона. Но повода для отказа не было. Кроме того, Эолалия и Тито понятливо кивнули и направились в сторону, оставляя нас вдвоем. Наследник Гольдбергов довольно улыбнулся и предложил мне руку, но я ее не приняла и пошла вдоль стены.

Симон пристроился рядом и миролюбиво начал:

– А ты не так проста. Это была ловушка для тебя, верно? Адриан и Грасси в очередной раз хотели…

– … избавиться от настырной конкурентки? – перебила я. – Допустим. Тебе-то что с того?

Мы остановились и теперь смотрели друг другу в глаза. Товарищи остались за углом замка, за нами могли наблюдать только солдаты со стен и редкие слуги.

Парень улыбнулся и сказал:

– Не думаешь, что я могу быть влюблен в тебя?

Я саркастично переспросила:

– Ты? В меня? Влюблен ты можешь быть только в себя и выгоды для своего рода. Я уже сочувствую твоей будущей жене.

Симон тут же посерьезнел.

– Моей будущей жене сочувствовать не стоит. Она будет очень богата и либо достаточно глупа, чтобы не лезть в политику и выполнять мои приказы. Либо достаточно умна, чтобы делать то же самое. Если помнишь, на уроке Грасси ты уже один раз едва не погибла. И я пытался тебя спасти.

Пришлось напомнить:

– Но спас меня декан Бланко. А на этот раз я справилась сама. Если это все, что ты хотел узнать…

Я развернулась, чтобы уйти, но Симон негромко окликну меня:

– Подожди. Ты знаешь, что скоро бал в честь начала учебы?

– Знаю, – ответила я и смерила его подозрительным взглядом.

Симон улыбнулся.

– Хотел предупредить тебя… Обязательно будут те, кто попытается сделать так, чтобы на этот бал ты не попала. Но в твоих интересах там быть.

– Ты о чем? – нахмурилась я.

– Поймешь, если попадешь туда, – загадочно сказал парень. – Если тебе и правда интересно наследство Лассалей, советую там быть.

После этого он развернулся и ушел.

Как же мне надоели все эти тайны и намеки!

Я вернулась к Эолалии, продолжая внутренне кипеть. Подруга сразу заметила это и прошептала:

– Симон сказал тебе что-то плохое?

– Нет, – дернула плечом я. – Ты не знаешь, что ждет нас на балу?

– На празднике в честь начала учебы? – понятливо переспросила девушка. – Официальное представлению герцогу Скау, танцы, музыка… Сможешь посмотреть на правящую чету. Герцогиня Карина и наследница Амалия тоже любят посещать этот бал.

Я скривилась. Венценосная стерва Карина и ее змеюка Амалия. Об этих дамах я слышала исключительно плохое. Но придется быть вежливой. Только танец с деканом окупает такую компанию на празднике… При мысли об этом сердце забилось чаще.

Но тут к нам подошел один из стражников. Пора было возвращаться в Академию.

Нас отправили домой из замкового холла. Начальник гарнизона и пара его помощников коснулись колец для перемещения, и вихри магии понесли нас прочь.

Я ждала, что мы вернемся на плац. Но мы оказались в помещении. Светлые стены были увешаны портретами людей с суровыми лицами. Большую часть этого кабинета занимал длинный стол для совещаний, во главе которого восседал Правитель Запада. Герцог Скау отставил чашку и задумчиво посмотрел на нас.

А зря! То, что происходило на лице Грасси, было гораздо интереснее.

Старик расположился в кресле по правую руку от герцога. Стоило ему завидеть меня, как благостная улыбка стремительно сползла с его лица и уступила место страху. Старик таращился на меня совершенно круглыми глазами, а мертвенная бледность завершала картину.

Я склонила голову, пряча усмешку. Ректор Барт был на ногах, когда мы появились. Он развернулся к нам всем телом. А затем грузно осел в кресло возле Грасси. Теперь на меня смотрели две пары круглых глаз. Правда, ректор быстро взял себя в руки и елейно улыбнулся. Но, судя по всему, он был в деле и тоже ждал, что «сокровище Севера» не вернется.

Я широко улыбнулась в ответ и повернулась к Бланко. Тот был единственным, кто не обратил на наше появление никакого внимания. Декан сидел напротив Грасси, откинувшись на спинку стула. И смотрел на старика так, будто мысленно примерял к нему самые изощренные способы убийства.

Не хотела бы я оказаться под таким взглядом… Но как приятно быть его причиной!

Грасси наконец перестал таращиться на меня, и теперь сверлил взглядом Адриана. Парень стоял, повесив голову и стиснув кулаки, но в мою сторону не глядел. Да, задание он явно провалил. Я жива, здорова, и они даже не представляют, что я обнаружила.

Тут заговорил Правитель:

– Мне доложили, что вы справились благополучно. Впрочем, от сына Родена Гольдберга я иного и не ждал. Завтра проверим ваши теоретические знания, готовьтесь.

Симон изящно поклонился, и мы пошли прочь. Хотелось снять мокрые сапоги и упасть в постель. А перед этим желательно закинуть в себя всю еду, которая будет в столовой. Но меня ждало еще одно дело. Поэтому на своем этаже я распрощалась с друзьями, а затем начала подниматься по лестнице дальше, на четвертый этаж.

К счастью, почти сразу я наткнулась на одну из старшекурсниц, и она любезно показала мне дорогу.

Нужная комната располагалась в дальнем конце коридора, рядом с умывальными. Я уверенно постучала. Из-за двери тут же донеслось:

– Проваливай, Зет.

Пришлось возвысить голос и пояснить:

– Это я, Марта Лунд.

На этот раз дверь приоткрылась буквально на два пальца. Паола недоверчиво посмотрела на меня и буркнула:

– Отстрелялась? Чего тебе?

Я подалась вперед и прошептала:

– Хочу тебе помочь. Пусти.

Девушка заколебалась. Я видела, что больше всего ей хочется захлопнуть дверь перед моим носом, и морально приготовилась к этому. Но после минутного раздумья Паола прошипела:

– Ладно. Заходи. Только ничему не удивляйся.

Глава 22. Помощь

Росио Бланко

Дверь закрылась за очередной партией адептов, и Росио поднялся. Барт и Грасси уже смогли взять себя в руки. Но стиснутые зубы старика показывали, что смириться с провалом такого продуманного плана ему тяжело. Декан надеялся, что Адриану влетит от покровителя, и при случае собирался добавить. Никто из тех, кто посмел тронуть Марту, не уйдет безнаказанным.

Но пока приходилось держать себя в руках. Он сухо распрощался со всеми и вышел из зала совещаний.

Коридоры были пусты: в столовой шел обед. Но, вместо того чтобы отправиться в общежитие для преподавателей, декан направился в свой кабинет. По пути он продолжил размышлять о том, что произошло на испытании. Он снова поцеловал Марту. Нужно было держаться