Логика и практика единого. Интеллектуальная авантюра I-II - Игорь Калинаускас

В личном плане по линии для себя может быть только задача индивидуального бессмертия.

По линии для людей – задача использования силы для совершенствования сделанного, а также делающегося, то есть использование возможностей явленного для совершенствования сделанного. В данном случае – это специфическая форма эффективности. В сделанном у нас два противоположных понятия – либо эффективно, либо неэффективно. Либо победил, либо проиграл.

По линии для себя мы можем использовать это описание для попыток трансформации себя как воплощенности, то есть постепенного уменьшения вещества в существе. По линии для людей – эффективность действий в социальной согласованной реальности за счет использования возможностей явленного. По линии для Храма – объективизация своей веры, то есть названное превратить в явленное. Таким образом, трансформация в общем виде – это превращение названного в явленное.

Это, конечно, только подход к тому, чтобы понять и создать инструмент, соответствующий такому описанию. На пути формирования интеллектуальных инструментов мы встречаемся с таким типичным проявлением: инструмент был сделан не нами, нас научили им пользоваться. Большинство людей практически не осознает набор интеллектуальных инструментов, которыми пользуется. Тем более не осознает, как, каким образом эти инструменты попали в их распоряжение. За исключением людей, чья профессиональная деятельность зависит от специфической интеллектуальной вооруженности.

Наш инструмент с неизбежностью должен включить в себя такие вещи, как Дух, воплощающийся в бесконечности, и все это вместе называется вечность.

Первый этап создания того интеллектуального инструмента – это внедрение в себя, в свою субъективную реальность такого переживания, как переживание явленного. Явленное невозможно сделать, оно не нуждается в понимании, как ни называй. Это названное можно превратить в явленное и таким образом получить знаменитую рациональную веру как трансформацию названного в явленное. Сколько бы я ни говорил о пространстве сознания, мне еще не приходилось видеть, чтобы кто-либо обрел его в переживании. Единственно, у кого я это обнаружил, – это у М. Мамардашвили, хоть и называет он это сферой. Дело в том, что пространство – это то, во что реальность помещена у субъекта.

Самопознание – сам себе кто?

Мы должны как-то этот совершенно магический объект под названием «сам себе» поместить в ту картину мира, которую создаем в качестве контекста. Еще раз напоминаю: это не рассказ о том, как оно есть на самом деле, это технология умственного труда, это умение корректно мыслить в рамках заданной аксиомы. Заданной аксиомой любого корректного и некорректного мышления являются описание мира – раз – и описание человека – два. Все остальное – это не мышление, а использование готовых интеллектуальных орудий, технологий, форм для решения так называемых практических и теоретических задач. Интеллектуальный процесс – процесс творческий, если мыслить, а решить задачку – это совсем другой процесс, мы можем для него взять чужие инструменты, не задумываясь об их корректности или некорректности.

То, что мы называем сознанием в бытовом смысле слова, оно множественное, дробное, противоречивое, не согласованное между собой, то есть имеет все признаки нецелостности. Поэтому подсознание, бессознательное – это такая бездна, к которой только-только прикоснулось рациональное знание.

Мы должны понимать то, что мы называем актуальным сознанием, как бы владеем этим, на самом деле это нечто между сверхсознательным, принципиально не поддающимся рефлексии и бессознательным, о нем на сегодняшний день больше всего известно одно: границы его не достижимы рациональным знанием. В более доступной форме это сформулировано следующим образом: память не имеет границ, достижимых рациональным знанием, ибо человек помнит все, в буквальном смысле слова все, все полученное через любые органы восприятия. Экспериментальные данные, полученные в глубоком гипнозе в сомнамбулическом состоянии, показывают, что человек ничего в строгом смысле слова забыть не может, даже если захочет, только в случае прямой травмы мозга, физической или биохимической травмы.

И вот это наше Я, зажатое между двумя бесконечностями – бесконечностью внешнего мира и бесконечностью внутреннего мира, – сумело выстоять и построить ту реальность, которая состоит в основном из сделанного. Так возникло человечество, человеческая цивилизация, социальная реальность, библиотеки, хранилище знаний и т. д. и т. п.

Вот это и есть величие человека. Тут версий много: homo sapiens делающий, играющий, сознающий, разумный. Итак, продолжая называть в нашем контексте, мы можем сказать, что homo sapiens есть некоторая смесь явленного, сделанного и названного. Отсюда возникает магическое сознание так называемое, потому что этот объект – единственный из известных нам в реальности, сочетающий все это в нераздельной смеси.

Невозможно изъять из homo sapiens явленное, оставить только сделанное. Человек в этом смысле существо синтетическое. Пока он не начинает мыслить самостоятельно, он усваивает социальные конвенции, усваивает интеллектуальные инструменты, имеющиеся в его социально-психологическом мире, обучается, то есть дрессируется. И поскольку он соединяет в себе так много, он дрессируется гораздо лучше, чем дельфины. Но, имея развитую вторую сигнальную систему, он первый и единственный пока из существ, сумевший задействовать в объективизации, то есть превращении неявленного в явленное, максимально возможный из наличного, по сравнению с животными, коэффициент полезного действия использования памяти. Это позволило постепенно, в течение всего существования вида человек создать коллективный, так называемый коллективный разум, который состоит из коллективной памяти на разных носителях, из коллективного набора интеллектуальных орудий, в разной степени передаваемого в различных системах обучения, научения и из коллективного набора технологий, превращения явленного в сделанное, что философы некоторые, пессимистически настроенные, называют умерщвлением.

Для того чтобы явленное превратить в сделанное, надо прекратить процесс, убить как бы явленное, для того чтобы из него можно было сделать чучело, сделанное. Но это все эмоции, оценочные эмоции. Явленное, как известно, оценивать бессмысленно, поскольку бессмысленно предъявлять к нему требования, оно явлено, оно дано.

Итак, homo sapiens у нас оказался предметом магическим. В силу того что вокруг мы не видим ничего похожего. Если мы дифференцируем, воспринимая реальность, то видим, явленное, сделанное, неявленное. Все это мы можем назвать. Вот тебе и магия. Назывательная магия, как известно, самая распространенная в быту. Но из этого есть более печальные последствия, состоят они в том, что человек создал несколько магических объектов, существование которых постулируется априори. Это объекты, связанные с Я.

Кто такой я?

Самый магический объект – это Я. Это кто-то, кто может покинуть реальность и рассуждать о ней. А кто может покинуть реальность? Только автор, создавший реальность, отсюда идея творца. Так кто же прав? Людвиг Фейербах или противоположные ему товарищи? Фейербах говорил, что человек создал бога по образу и подобию своему. А другие товарищи сказали, что бог создал человека по образу и подобию своему. В рамках рационального знания, рационального размышления мы не можем ничего сказать, кроме одного, того, что мы уже сказали о Духе и о субъекте. Я это не есть субъект как часть воплощающегося духа, не есть нечто неявленное. Я– это часть согласованной реальности. Я – это сделанное. Потому что Я существует в оппозиции к Мы и Они. Мы – это то, где находится Я. Часть Мы – это целое, частью которого является Я. Они – это исключенное целое. Это то целое, которое Я не является, поэтому весь мир для Я делится на Мы и Они. Все – больше никого нет.

В ожидании третьего партнера для беседы Я ищет, или Мы ищет, Они ищут кого-нибудь, например инопланетян, но они только в художественной литературе и киноискусстве, а так что-то никак не улавливаются. Улавливаются с помощью специально созданных инструментов так называемые бестелесные сущности. Они улавливаются… Это уже не дискуссионный вопрос. Но они такие же, то же искусственно сделанное Я. Они либо из Мы, либо из Они. Пока они все в Они, в основном только для некоторых это Мы.

Итак, для управления воплощенностью, структурирования субъективной реальности прежде всего мы выстраиваем в пространстве сознания нулевое Я. Оно там уже есть, но невключенное, невключенный наблюдатель, рефлексия. На базе рефлексии мы осознанно создаем такую позицию нашего Я, которая является точкой координатора по отношению сначала к пространству субъективного, потом к воплощенности в целом.