Недоброе солнце (СИ) - Питкевич Александра "Samum"

— Как?

Слушая короткое объяснения, Нарин потихоньку успокаивался, задумчиво глядя куда-то чуть выше моей головы в полумрак комнаты. Стоило признаться, что я нанесли татуировки ради его спокойствия, как суровое лицо валора посветлело и меня крепко прижали к твердому телу. Кажется, все прошло вполне приемлемо. Напрасно себя так накручивала и переживала. Все же, муж у меня волшебный.

Однако следующая фраза Нарина разбила все очарование и спокойствие момента.

Он обещал меня отшлепать! Как школьницу! Нет, в чем-то он конечно прав, такие дела лучше сперва обсудить, но отшлепать!..

В порыве возмущения попыталась вывернуться из этих стальных объятий, но валор держал крепко, одной рукой за талию, вторую запустив в волосы, а хвостом поглаживая ногу под платьем. Ну уж нет, меня так просто не проймешь! Угрожать он мне будет.

Попытки вывернуться, против ожидания, привели только к более тесным объятиям. Нарин обнимал, целовал, прижимая к себе, не давая ускользнуть, отстраниться. Тело, против воли наполнялось теплом, быстрее разгоняя кровь. Глубокие, страстные поцелуи кружили голову, вытесняя всякое сопротивление, оставляя только удовольствие и желание получить больше.

Когда ладонь Нарина потянула подол платья вверх, в голове мелькнула немаловажная мысль, заставив отстраниться и чуть оттолкнуть валора. Нарин смотрел на меня своими сияющими глазами, расширенной радужкой. Губы валора против обыкновения потемнели и припухли от поцелуев, придавая супругу порочный и сладострастный вид. Все это ужасно отвлекало, мешая сосредоточиться. И все же, немного отдышавшись и прояснив голову, решила напомнить.

— Мне сегодня тебя…

— Нельзя. Я помню. Но это не значит, что я не могу целовать и обнимать свою дарье. Тем более, если это помогает ей справиться с неприятными ощущениями и переживаниями сложного дня, — спокойно произнес Нарин, притягивая к себе для очередного поцелуя. Да, они и правда помогают справиться с зудом в следах.

Глава 28

Лени

Следующие несколько дней прошли спокойно. Нарин львиную часть времени проводил со своими офицерами, возвращаясь задумчивым и сосредоточенный. Я же практически закончила черновой вариант по описанию различия рас. Получилось вполне неплохо. Конечно, правки и работы было еще много, но в целом, видимый результат радовал.

Кроме того, появилась возможность немного просмотреть проект валорских девочек. Одна из предложенных планет мне понравилась очень. Настолько, что я решила попросить Нарина как-нибудь туда наведаться, для проведения проверки на местах, так сказать.

Парадокс сделал еще три прыжка через гипер, остальное время продвигаясь с помощью обычных двигателей. Оставалось еще два прыжка и около трех дней пути.

Мы с Сумудином работали в кабинете, когда медик сердито выругался, и в жесте какого-то бессилия запустил руки в волосы. Прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, валор выглядел так, будь-то потерял кого-то очень близкого.

— Сумудин, — тихо позвала его, желая помочь, если это возможно. Доктор открыл глаза, которые немного светились золотым цветом, — что произошло?

— Валлине Тораде. Беременности не наступило.

— Это, конечно, очень плохо, но она еще молода. Сколько у валлине еще осталось фертильных лет?

— Лет 18 еще есть, только ты не понимаешь. Дело не в годах. Дело в результате. За последние годы нас рождается так мало, что это стало катастрофически опасно. И все, все без исключения зачатия происходили за пределами Валоры, за прошедшие лет двадцать. Именно по этому она на Парадоксе. Последние надежды, для которых нет основания. Мы не знаем, что помогает, а что препятствует процессу. Никакой разницы. Понимаешь?!

— Понимаю. — Я и правда понимала. Когда в прошлом веке начались внезапные эпидемии у жителей колонии Ганимед, люди тоже не смогли найти причину и источник. Только несколько лет назад группа ученых решилась возобновить исследование. Благодаря прорыву в медицине только теперь удалось выделить микроорганизмы, резко пошедшие в рост в атмосфере колоний и послужившие гибели такого количества людей. Получалось, что сейчас у Валоры не хватало знаний для решения этой проблемы. Возможно, земные технологии могли бы помочь им в этом вопросе, вот только я настолько далека от медицины, что даже предложить ничего не могу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Под впечатлением от печальной новости и от страшных перспектив, маячивших перед целой расой, весь оставшийся день ходила как в воду опущенная. Из рук все валилось в буквальном смысле, а все расчеты по научному проекту выходили кривыми и неправдоподобными. В конце концов, после седьмой попытке рассчитать климатические зоны и выделить сезоны годы для новой планеты, плюнула на все и отправилась бессовестно пользоваться своим положением.

Сумудин, который, оказывается, всегда отслеживая местоположение Нарина, сказал, что мой супруг на очередном совещании, снабдив меня точными координатами. Несколько минут проведя в лифте, вышла перед двойными мутно-стеклянными дверями, возле которых за небольшим пультом сидел совсем молодой валор. При моем появлении, солдат в красной форме поднялся, с некоторым смущением и сомнением поглядывая то на меня, то на двери. В помещении через матовую поверхность были видны фигуры, двигающиеся туда-сюда, и сидящие в креслах. Так же смутно различались цвета, мелькавшие на мониторах.

— Терри Селена, я не уверен… там совещание офицерского состава, — не очень внятно забормотал охранник, пытаясь заступить дорогу. Только у меня и так настроение было паршивое, и ни малейшего желания пререкаться не возникало.

— Дотронешься до меня, Нарин руки вырвет. Я тоже офицер, если ты забыл. А еще дарьё твоего капитана, так что будь добр… — я сделал плавное движение рукой, как бы отодвигая молодого валора в сторону. Тот все же так и стоял в нерешительности, разрываясь между приказом и нежеланием противоречить моей высокой персоне. Стало его немного жаль. — Отойди. Обещаю всю вину взять на себя.

Солдат кивнул и вернулся к своему пульту. На двери был очередной замок с импульсной жидкостью, так что было вполне возможно, что меня и не пропустит, но Нарин как-то обмолвился, что в целом, я могу его беспокоить всегда и везде, в адекватных пределах. Точнее, мне было сказано, что он с большим удовольствием обсудит со мной мои идеи заранее, чем потом будет разбираться с последствиями. Чувствуя внутри повышенную нервозность в смеси со странной тоской, я четко понимала что мне срочно необходимо увидеть мужа. Погрузив руку в голубое «желе», уже вполне готовилась к отказу доступа, когда двери разошлись в стороны. Из помещения сразу донесся смех и вполне довольные голоса. Это хорошо, может хоть у Нарина сегодня удачный день.

На звук открывшейся двери все сразу обернулись. Сегодня офицеров было не много, всего шестеро, включая моего мужа. Нарин сидел во главе стола, откинувшись на спинку кресла и что-то вычерчивая в планшете. Как-только я шагнула в помещение, изображение на трех экранах тут же подернулось рябью помех. Хорошая программа. Даже ели кто-то захочет, не сможет узнать о чем здесь шел разговор.

— Терри? Чем обязаны? — с некоторым удивлением спросил Ериар, один из офицеров технического блока. Он был одним из самых старших валор на Парадоксе. Вокруг Салатовых глаз паутинками лежали линии морщинок, а волосы казались не просто стальными а седыми.

— Я очень прошу прощения за вторжение, уважаемые акеры. Надеюсь, я не слишком помешала?

Нарин отложил свой планшет на стол и, слегка хмурясь, встал, направляясь ко мне. Это был первый раз, когда я не отправила ему сообщение, а просто пришла во время работы. Конечно, у него был повод для удивления. Тем более, что объяснить природу собственного беспокойства и сомнений я не могла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что случилось, дарьё? — супруг протянул ко мне ладонь, коснувшись скулы в одном из своих любимых жестов.

— Вам еще долго работать? Ты мне нужен. В целом, ничего не произошло, но все же.