«Предательство» - Джейн Рэйб

- Удивительно, что он еще с нами, - пробормотал Мэлдред, зевнув, и поискал глазами подходящее место для ночлега.

- Ему, наверное, просто некуда податься, - предположил Грозный Волк. - Давай спать, Мэл. Тебе тоже нужно отдохнуть.

- А тебе? Я что-то не помню, чтобы ты ложился последние два дня.

- Я не устал. Видишь то маленькое грузовое судно? Вроде мы там еще не были? Отдохну после того, как проверю его. Позади него есть еще туннель. Надо узнать, куда он ведет.

«Может, там-то и спрятаны главные ценности», - с надеждой подумал Дамон.

Силач собрался было поспорить, но передумал, улегся на спину и уснул раньше, чем Дамон прошел половину пути до корабля.

Грозный Волк действительно не только не чувствовал усталости, но даже наоборот, ощущал прилив сил, хотя понимал, что это вызвано переживаниями и ожиданиями от поисков.

Название судна наполовину стерлось. «Б я Абр а» - единственное, что удалось разобрать. Дамон взобрался на борт и направился в кают-компанию.

В отблесках фонаря, плясавших на стенах, рисовалась жуткая и неправдоподобная картина: помещение заполняли скелеты, истлевшие остатки закуски усеивали стол. Казалось, все силы зла обрушились на собравшихся в разгар трапезы, когда кара Богов настигла Короля-Жреца. Повсюду были разбросаны тарелки, бокалы и перевернутые скамейки, в центре стола тускло поблескивало большое серебряное блюдо. На шеях многих покойников сверкали золотые цепи, но Дамон не решился беспокоить прах, хотя был уверен, что не позднее завтрашнего дня Рикали приберет все эти украшения.

Трюм наполовину заполняли штуки шелка, которые больше не представляли никакого интереса, поскольку были сильно подточены насекомыми. В свое время такой товар ушел бы за хорошую цену почти в любом порту Ансалона, но сейчас трухлявая ткань расползалась от малейшего прикосновения, как паутина. Грозный Волк возвратился в кают-компанию, порылся в разбитых сундуках с одеждой, посудой, личными вещами, записями и музыкальными инструментами, но все оставил нетронутым и поднялся в каюту капитана.

Взгляд поразила богатая обстановка. Слева возвышалась кровать из полированного красного дерева, рядом стоял стул с высокой спинкой, искусно украшенной резьбой, и подлокотниками, покрытыми бронзой. Направо от входа находилось привинченное к полу бюро, на котором лежал перевернутый вверх ножками табурет. По сравнению с состоянием всего судна и других кораблей, похороненных в подземелье, складывалось впечатление, что комната была на какое-то время полностью запечатана - на мебели ни пылинки, чисто выметенный пол не скрипит под ногами.

Дамон зажег фонарь над бюро, снял табурет сел и начал разбирать документы. Он опасался, что листы тут же рассыплются от тления, но пергамент шуршал, словно новый. В небольшом углублении лежал журнал, который почему-то сразу обратил на себя внимание. Грозный Волк осторожно вытащил тяжелый том, забыв об остальных записях и картах, взвесил находку в руке и заметил название на позолоченной обложке «Судовой журнал „Бури Абрэйма"».

Дамон развернул том на странице, заложенной ляссе цвета красного вина, и принялся читать, водя пальцем по строчкам. Через несколько мгновений раздался крик морской птицы. Он повернулся и взглянул в окаймленный латунью открытый иллюминатор. В голубом небе парили чайки, слух радовала восхитительная музыка шелестящих волн.

Дамон сплюнул, поднялся и приблизился вплотную к иллюминатору. Видение рассеялось. Снаружи царило безмолвие, корабли мертвецов окутывал лишь застоявшийся пещерный воздух.

«Что это было? Мираж? Или так на менядействует усталость?» - забеспокоился Грозный Волк, но все же вернулся на место, взял книгу и снова посмотрел на страницу. Корабль тут же будто бы качнулся, словно бежал по волнам, гонимый ветром.

- Не может быть… - прошептал Дамон.

Снасти скрипели. Лампа, висевшая под потолком, неожиданно загорелась и теперь болталась в такт движениям судна. Дамон захлопнул журнал - комнату опять затопили темнота и уныние.

«„Буря Абрэйма", - догадался он. Заглавие тома повторяло буквы, написанные на носу корабля. - Кто же этот загадочный Абрэйм? Капитан корабля или чародей? А может, просто владелец зачарованного журнала?»

На этот раз Дамон открыл том на первой странице. С палубы тут же донеслось хлопанье парусов.

- Невероятно, книга воочию показывает историю корабля! - Грозный Волк в недоумении попятился и рухнул на койку.

За окном раскинулась небесная синева, соленый запах моря щекотал ноздри, судно наполнилось звуками.

Дамон расположился удобнее и погрузился в чтение.

По палубе бежали люди, звучали отрывистые команды:

- Поднять грот! Набираем скорость, парни! Лево на борт! Выровнять корабль по ветру!

Грозный Волк с головой ушел в рассказы о похождениях команды «Бури». Он уже ощущал себя матросом, который нападает на торговые караваны, забитые сокровищами, таскает награбленное в пиратские трюмы, испытывает животную радость от общения с портовыми женщинами, стоит на вахте, подставляет лицо соленым брызгам, дерется и пьет дешевый ром.

Прошло несколько часов, а бывший рыцарь читал без перерыва, пробегая страницу за страницей.

«Бесценная зачарованная книга, - ликовал он. - Ее-то я и подарю целительнице! Вот только прочитаю еще одну, самую последнюю страничку».

Но остановиться было невозможно. Более того, Грозный Волк собирался вновь открыть журнал с начала, чтобы перечитать все подробно и насладиться вкусом настоящей романтики и приключений.

В какой-то момент он почувствовал, будто попал прямо в Бездну.

На мостике командовал капитан Абрэйм - высокий человек с массивным носом, сломанным в драке, и смуглой кожей, задубевшей от соли и солнца. Корабль шел вниз по реке в направлении пиратского порта, и тут неожиданно поднялся ураган. Абрэйм, отчаянно ругаясь, размахивал руками, призывая матросов спустить паруса и перенести в трюм бочонки с водой.

- Значит, ты все-таки был пиратом, Абрэйм, - задумчиво произнес Дамон,- и этот журнал - твоё главное богатство.

Команда волновалась, что корабль вот-вот сядет на мель. Но капитан-чародей встал у штурвала и бросил все силы на то, чтобы удержать судно в фарватере. Потрескавшиеся губы шептали заклинание, способное успокоить разыгравшуюся стихию, и шторм начал стихать. Матросы, скопившиеся на палубе, облегченно вздохнули. Однако налетел новый, еще более мощный шквал.

- Меняем курс, капитан?

Абрэйм тряхнул седой гривой и продолжал колдовать, одной рукой удерживая штурвал, а другой указывая на небо. Все стихло, но ненадолго.

Буря швыряла судно как щепку. Слишком поздно стало ясно, что все-таки следовало поменять курс и выйти в открытое море. Страх, охвативший моряков, сжимал горло Грозного Волка, кровь стучала в висках, а пальцы до посинения цеплялись за фальшборт.