Конец белого Приморья. Последний поход белоповстанческой армии - Борис Борисович Филимонов

В 21 час 10 октября, после упорного боя в деревне Дмитровка, части отряда полковника Аргунова сосредоточились в д. Черниговка, очистив д. Меркушевка, Дмитровка и Алтыновка.

В настоящее время я занимаю позицию в 2 верстах к югу от д. Черниговка, имея свои передовые части на северной окраине д. Черниговка, так как оборонять деревню в силу условий местности не выгодно. Противник пока особой активности не проявлял.

Следующий рубеж, на котором я предполагаю задержать движение противника на юг, на линии д. Халкидон.

Мне приказано упорно задерживать противника на всех рубежах между д. Черниговка и дер. Монастырище, дабы дать возможность нашим главным силам сосредоточиться на линии Ивановка— Ображеевка – Ляличи – Вознесенское, что предполагается закончить 13 октября. От Монастырища на Вознесенское я пойду через Ляличи. Когда я буду проходить линию Лунза – Халкидон, мне приказано выделить конный отряд в 150 сабель для прочного занятия д. Лучки в целях обеспечения этим направления на Вознесенку и для установления связи с Вами, что я и исполню. С этим отрядом (в Лучках) приказываю Вам установить теснейшую связь. Вадимовку приказано прочно удерживать.

Ваше следующее донесение пришлите мне завтра через Халкидон.

№ 3379/оп.

Генерал-майор Смолин

Начштаба Генштаба полковник Бодров».

Тем временем на фронте Сибирской группы, под натиском противника, заслон полковника Смирнова отошел с Крестовой горы в Черниговку и тут, будучи пропущенным генералом Хрущевым, не задержался, но отошел на главную позицию. Одновременно с сим в 12 часов 11 октября штаб группы с Сибирской инженерной дружиной и ротой Красноярской пешей дружины перешел на железнодорожную будку, что в углу от ст. Мучная (с этой-то будки и была отправлена генералом Смолиным ориентировка полковнику Мельникову, о которой мы уже говорили выше). Генерал Хрущев после этого уничтожил оба оставшиеся моста через реку Черниговку, а затем, выведя свои дружины из села, расположил две конные дружины за правым флангом позиции главных сил группы, а две другие отвел в резерв, к штабу группы. Иркутская пешая дружина с одним орудием присоединилась к Томской дружине с двумя орудиями, уже находившейся на главной позиции. Штаб полковника Аргунова (Западно-Сибирского отряда) расположился в районе высоты 144. Красные следовали за частями полковника Смирнова. Скоро они оказались перед самой Черниговкой, а затем, по занятии ее, перенесли свою деятельность на оба фланга белых.

В 17 часов 30 минут 11 октября разъезд белых обнаружил движение колонны красной конницы по долине, что идет от Черниговки на Монастырище мимо высоты 286. Одновременно с этим белый бронепоезд заметил движение второй колонны красной конницы с артиллерией от ст. Мучная на Халкидон. Колонна эта двигалась между железной дорогой и рекой Лефу. В дополнение и развитие этих строк приводим ниже содержание двух сохранившихся документов:

«11 октября 1922 г.

Штаб-ротмистр Жилюков, начальник разъезда

Волжской конной дружины.

Генералу Смолину.

Доношу, что, пройдя по дороге 6–7 верст, я обнаружил кавалерию красных силою до 20–30 коней, которые двигались без дороги по сопкам к железной дороге. Я с разъездом, отскочив версты полторы-две, заметил в другом месте наблюдателей на сопке, которые вскоре спустились так же по направлению к железной дороге.

Штаб-ротмистр Жилюков».

«11 октября 1922 г. 21 час 15 минут.

Железнодорожная будка, что восточнее Халкидона.

Воеводе Земской рати.

Сегодня до 19 часов сдерживал противника в двух верстах южнее села Черниговки.

К 18 часам было обнаружено движение колонны конницы по сопкам в падь реки Люзанка. Офицерский разъезд донес, что восточнее этой долины от прииска Монастырского на Монастырище по сопкам наблюдалось им движение конницы невыясненной силы. К тому же времени бронепоездом было замечено движение конной колонны с артиллерией от ст. Мучная на Халкидон между железной дорогой и рекой Лефу. Указанная обстановка в связи с занятием противником Монастырища и возможностью усиления его конницей из Черниговки вызвала у меня серьезное опасение за свой тыл.

Посему мною приказано частям группы, выставив сторожевое охранение с бронепоездом по левому берегу реки Люзанки, главными силами занять позиции по высотам, что северо-восточнее окраины деревни Халкидон. Кроме того, у перекрестка железной дороги с трактом Халкидон – Монастырище мною выдвинута одна конная дружина, которая ведет разведку на Монастырище и в направлении на д. Лунза. Главная переправа через реку Лефу находится западнее Халкидона примерно в 8 верстах.

За истекший день противник не проявлял особой активности на фронте расположения группы. Перенес свою деятельность главным образом на фланги.

Я со штабом нахожусь на железнодорожной будке, что восточнее Халкидона.

№ 3880/оп.

Генерал-майор Смолин».

В своем докладе воеводе генерал Смолин приводит, кроме уже упомянутых данных, еще и такие (цитирую дословно): «До 19 часов противник под прикрытием сильного артиллерийского и пулеметного огня вел наступление на нашу позицию, но был с большими потерями отбит и залег в полуверсте от нашей позиции. На участке команды пеших разведчиков и полуроты 1-й Томской пешей дружины красные оставили более 30 трупов и раненых (смотри № 01088/оп)» (это донесение в бумагах генерала Смолина, к сожалению, не сохранилось).

Перечисляя основания для отвода частей группы с «главной позиции, что в двух верстах к югу от села Черниговки», генерал Смолин ссылается также и на полную измотанность конницы генерала Хрущева. Он пишет: «…конница Генерала Хрущева была настолько измотана, что к боевым действиям была мало пригодна и крайне нуждалась в отдыхе. Поэтому с наступлением темноты частям группы, не вводя их в ночной бой на горной местности, я приказал несколько отойти и занять позицию по высотам к северо-востоку от Халкидона, выставив сторожевое охранение с бронепоездом по левому берегу реки Люзанка, что и было выполнено к 1 часу 12 октября. У перекрестка железной дороги с трактом Халкидон – Монастырище была расположена конная дружина с задачей вести разведку на Монастырище и Лунза».

Потери Сибирской группы за день 11 октября были в общем незначительны. За отсутствием документальных данных генерал Смолин отказывается в своем докладе воеводе их точно определить, ограничивается лишь указанием, что «зато чувствительным оказался вызванный этим боем расход патронов». Потери красных белыми также не были установлены.

Всю ночь с 11 на 12 октября красные вели, опять цитируем Смолина, «энергичное наступление и к рассвету оттеснили наши части к Халкидону». Донесение полковника Аргунова (из штаба Западно-Сибирского отряда наштагруппы Сибирской) от 7 часов 12 октября гласит: «В бою под Черниговкой 11 октября цепь красных, пехота и конница, всего 300–400 человек, нашей заставой командой пеших разведчиков и полуротой первой роты Томской дружины была подпущена шагов на 200 и внезапно обстреляна пулеметным и ружейным огнем. Красные в