Моя хранимая Химари - Роман Димитров

- Почему ушли Ками-божества из этого мира? Почему присутствует божество Смерти и её избранница?

Многоликий смотрит в сторону и не спешит отвечать. Такое ощущение, что он знает, что я якобы в праве задать этот вопрос и получить на него ответ, однако по какой-то причине отвечать не хочет. Вместо него это делает Кузуноха Кицунэ:

- Юто, даже обычные люди - высшие клирики из твоей старой родины могли в определённой степени манипулировать инертными Ками, давая им "вкус к жизни" и вполне человеческие мотивы для того или иного действия, которое обычным смертным не по зубам. Всё лишь зависело от того, насколько подходящим было духовное тело клирика или другого разумного и искренности его… молитв. Лизандра любила жизнь, но и смерть ей была не чужда: умирая у тебя на руках, она молила Смерть о смерти твоих врагов, чтобы жил ты. Иногда такие молитвы пересекают даже временные реальности… мне следует продолжать? Ты действительно хочешь узнать, является ли Лизлет Эл Челси реинкарнацией Лизандры фон Финстерхоф? Вижу, что нет.

Создатель Демиург, ну за что? За что её так? А как же обещанный клириками Смерти на моей родине отдых её сущности? Разве она не достаточно настрадалась за мою Семью ещё в прошлой… временной реальности? Я же не… ведь я… а она… Чёрт бы вас всех побрал!

- Юто… не раскисай. Ты сам задал этот вопрос, хотя и подозревал ответ на него. И знай, что быть реинкарнированным и избранным божеством Смерти - отнюдь не худшая участь… Оставь прошлое в прошлом. Самое важное тебе ещё только предстоит от нас услышать. - Лис.

Взять себя в руки. Не хватало ещё перед этими… этими… этими! Начать нюни распускать.

- Почему Зенджу сказал, что мне следует увидеть тебя, Лис, чтобы ты направил меня на путь к божеству? Он имел ввиду, что ты отправишь меня к Смерти?

Кузуноха вздохнул и грациозно отпил чая… странно, чай уже давно должен был остыть, а он всё ещё слегка дымился. Хотя нет, эта меньшая из странностей.

- Говорящее дерево ошибалось, нахватавшись слухов то тут, то там. Он принял Свет за какое-то там единственное оставшееся божество, а также был не в курсе, что в эту временную реальность вернулась Смерть - вот и всё объяснение. И да, я бы отправил тебя к Многоликому, если бы я не был в этом добровольном заточении, и если бы знал, что от меня этого не требуется. - Кузуноха Кицунэ.

Анализ… Успешно.

- Так почему ушли Ками?

Многоликий включился в беседу, перебив хотевшего что-то сказать Лиса:

- Тьма может прервать существование божества, Юто. Она вообще любое существование чего угодно может прервать так же, как это делает уход волны времени со всем сущим. А божества тоже хотят существовать, хоть и мыслят не так, как смертные. Они ушли из этой временной реальности потому, что отчасти видят больше смертных, пусть и меньше меня. Я надеюсь, такого объяснения тебе достаточно.

- Более чем.

- … - Многозначительно промолчал Многоликий, снова спрятав взгляд в сторону.

- Как… как там поживает моя старая Семья?

Кузуноха улыбнулся и иронично посмотрел на Многоликого, который, всё так же находясь в моём обличье, горестно вздохнул и прикрыл ладонью глаза.

- Ты меня поражаешь… ну хорошо, давай я сейчас начну подробно перечислять, как поживают твои Семьи во всех временных вероятностях, отличающихся друг с другом различными мелкими и большими событиями. Сколько на это времени уйдёт? Неделя? Год? Пятьдесят лет, если делать это вслух?.. Только не говори мне, что тебе важна лишь какая-то определённая старая Семья из одной единственной временной реальности. Чем остальные хуже? Члены подобных Семей, даже могут не отличаться на генном уровне и по строению всех своих тел, кроме духовных, несущих на себе информацию о временной реальности - как единственную разницу. Скажи мне, кто ты - лицемер, или мазохист, которому не жалко собственных ушей и собственного времени с чужим в придачу? В общем, без ответа. И перестань сжимать чашку в руках - всё равно не попадёшь. - Многоликий.

Успокоиться! Эта… эта мразь у меня ещё получит, как только я найду соответствующий способ. Сейчас я действительно не могу ему ничего сделать, раз уж Кузуноха контролирует с помощью магии это "пространство" так, как ему заблагорассудится, а заблагорассудится ему именно так, как пожелает аватар светлой сущности. Вдох-выдох…

Многоликий тем временем допил свой чай в два больших глотка, аккуратно положил чашку с блюдечком на стол, встал и прошёлся по комнате, задумчиво посматривая то на предметы окружения, то на меня.

- У него больше нет посторонних вопросов, Многоликий. Пора сделать то, после чего он бы их не задал за… кажущейся неважностью. - Кузуноха.

Почему-то мне это совершенно не нравится. А именно его изменившийся тон, могущий означать только одно: сейчас, скорее всего, произойдёт то, зачем меня искусно подвели различными событиями к этой точке. Быть может, частично то, ради чего эта двоица выдернула меня в этот мир из старого. Почему мне это не нравится? И почему моё тело аж трясёт от ненависти к… Многоликому? Это уже явно не обычное раздражение от того, что твоей судьбой играют, словно в детские кубики. Он же, по сути, не сделал мне ничего настолько плохого, кроме как… сменил место моей жизни. Ну да, это повод немалый, но всё же… хотел бы я вернуться, после всего пережитого тут? Да, хотел бы… наверное. Или нет? Что меня ждёт на старой родине? Старая Семья вполне сможет обойтись и без меня со временем. Бросать ли из-за ностальгии всех местных, кто мне доверился? Все эти молодые девочки, девушки и уже более зрелые аякаши, включая ту, что могла бы мне годиться в прародители, но без меня будет бесцельно подчиняться этому УРОДУ! Многоликий, КАК ЖЕ Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ!!!

- Пожалуй… пора. - Говорит аватар светлой сущности в никуда…

…

Абсолютно тёмное помещение. Театр? Неразличимые взглядом сиденья со зрителями слева… или справа. Что-то неправильное тут творится с пространством. Что на сцене? Смена декораций? Внезапно загоревшийся свет… или даже не так: загоревшийся Свет прожектора освещает небольшой круг на сцене, в котором стоит передо мной мейстер Семьи фон Финстерхоф. Атлетичное телосложение, высокий рост. Мужчина, уже достигший расцвета своих сил - в возрасте, в котором его соплеменники уверенно используют "kernstück". Правая рука указующим перстом обвинительно указывает на меня. Уложенные назад короткие, чёрные как смоль волосы, сжатые в тонкую линию губы, правильной формы нос и пронзительно-голубого цвета глаза под бровями вразлёт. Немного несимметричное из-за шрама на правом виске лицо, не выказывающее никаких эмоций, кроме разве что полной решимости закончить начатое дело. Лицо… не моё лицо. Он - не я. Он…