"Фантастика 2023-110". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

Мы выгрузились. Я с хрустом распрямил спину.

— Так-с, я смотрю еще даже не рассвело. Время у нас есть. Пойдемте отдохнем.

Кая встретила нас со слезами на глазах, бросилась мне на шею.

— Тра-а-а-айл, я так переживала. Предочки мои, что же у вас там происходило. Даже отсюда было слышно. Все получилось?

— А ты во мне сомневалась? — приобнял я ее. Блин, и вот она меня предала? Что за говно.

— Нет, что ты, конечно, нет. Разве можно… Просто очень за вас переживала.

Аша посверлила Каю глазами, но ничего не сказала. Элиза была в себе. Понять что-то по ее лицу было невозможно.

Эхзолл вышел из-за горы мусора.

— А, явился, вампир. Я уж тебя похоронил. Слушай, мне плевать на твои подвиги, но с этим миром что-то не то. Мои конечности перестают меня слушаться. Такими темпами я скоро развалюсь по кускам. Во имя Бордула, нам нужно отсюда убираться. Куда угодно, но только с нормальной магией. Слышишь меня, вампир?

— Скоро свалим. Надеюсь.

До самого рассвета бурные философские споры не угасали. Возбужденные сопартийцы не могли прийти в себя от произошедшего. Они обсирали гоблинов, спорили, строили планы на будущее и прошлое. Как-то даже сплотились. Я лежал подальше от всех — на драном матрасе в подозрительных белых пятнах. Но мне было пофиг. Стоять на ногах было тяжело. Ко мне подошел Пуки:

— Слушай, вождь, привет.

— Да, здоров. Давно не виделись, — зевнул я, закидывая руки за голову.

— А ты сильный. Йолопуки нравится.

— Ты тоже не слабак.

— Йолопуки не о том. Ты совсем сильный. Устроить такое одной силой не смог бы даже Йолопуки.

— Ну… спасибо.

— Йолопуки решил принести клятву соплями.

— Чо-о? — прихерел я.

— Клятву соплями. Тролли суют друг другу в носы свои сопли. Это делает их братьями.

— Какими, млять, соплями? Ты имеешь в виду клятва крови?

— Не, кровь плохо течет. Раны заживают. Соплями.

Я не верил своим длинным ушам. Меня когда-нибудь перестанут пугать местными обычаями на грани фола? Какими нахер соплями!

— Да ты гонишь! Ни за что…

Йолопуки посерьезнел.

— Йолопуки пока прощает. Йолопуки обязан тебе служить, но это страшное оскорбление. Отказываться от моих соплей…

Я сглотнул.

— Слушай, Пука, я тебя уважаю. Ты сильный и… красивый. Но я не могу пихаться с тобой чертовыми соплями! Это пипец как тупо и негигиенично.

— Отказываешься?..

Твою маму за рога. Вот это я попал.

— Не то, чтобы отказываюсь… Для меня это честь, все дела, но это… Может на крови?

Мышцы тролля вздулись.

— Йолопуки оскорбляется.

Ох ты же… Давно я не плакал, а сейчас прямо хочется.

Статный красавец Гурон подошел, довольно улыбаясь:

— Не дело отказываться, хозяин. Долг и честь — важная вещь, молотом мне по голове.

— Гурон?

— А?

— Свали, подобру-поздорову.

— Э-э-э, ладно.

И ушел, сука, довольный.

— Гурон! — окликнул я его. — Скажешь кому — укушу. Буквально.

— Да понял я, понял, хозяин. Кто ж в таком признается. Клятва соплей священ…

— Гу-у-урон.

— Молчу, молчу. Клянусь камнем.

— Молодец. А еще раз подслушаешь — оторву уши. Понял?

— Понял-понял.

Ушел. Говнюк чертов.

— Слушай, Пука, я принимаю твое щедрое предложение. Братья на век, все дела. Хотя ты и так уже на мне повязан… но… понимаешь ли, у меня нет соплей. Я, как бы тебе сказать, несопливый. У вампиров их просто нет. Я даже периодически не дышу. Дыхание задержу, а в конце дня только соображаю, что не дышал. Понимаешь? Сопли откуда-то берутся. Ну там, анатомия какая-то. В общем, у меня их нет.

Йолопуки насупился, переваривая новый факт.

— Но когда они появятся, я обязательно тебе скажу и мы с тобой скрестим узы… соплей. Понимаешь, друг?

— Йолопуки понимает. Йолопуки подождет. Но Йолопуки это не нравится. Ты же не обманываешь Йолопуки?

Я шмыгнул носом:

— Конечно нет, ты что? Как можно? Я своим никогда не вру.

Тролль продавил меня взглядом, рыкнул, вздулся как рыба фугу, развернулся и ушел…

Я с облегчение выдохнул. Сопли тут я еще не жрал. Мд-а… Про такой менталитет троллей я никогда не слышал.

Тик…

Так…

Солнышко появилось из-за горизонта вместе с лысеющим клерком в брюках. Доган совершенно не вписывался в местное атмосферу. Он казался здесь чужим. И появился, словно из воздуха, прямо за моей спиной:

— Отдыхаешь?

Я не дрогнул и даже не развернулся. Только зевнул.

— Ага. Приветствую, уважаемый хранитель. Время, да?

— Да. Время и только оно. Всегда.

Прибытие Хранителя заметила только Асти. Она хмуро сидела со всеми и косилась в нашу сторону.

— Могу я звать тебя просто Доган?

— Думаешь, дорос? — хмыкнул клерк. — Разворошил гоблинское гнездо и считаешь себя ровней?

— Не-а.

Не успел Доган ответить, как я дополнил:

— Круче вас.

Хранитель хмыкнул:

— Неужели?

— Конечно, — сел я на матрас и посмотрел в глаза Догану. — Я — меняю. А вы сидите и ничего не делаете.

— Я смотрю ты в курсе наших дел.

— Нет, не в курсе. И в этом-то и проблема. Никто не в курсе, кроме вашего маленького клуба извращенцев. Сидите у себя в норах, плетете интриги. Никто вас не знает и просто не хочет связываться. Зачем вы Варгарону, а?

Тишина. Доган опустил глаза, оттряхнул краешек грязного матраса и сел, не парясь об идеально чистых штанах.

— Ты помнишь, что я говорил тебе о времени? О том, что, изменив прошлое, ты лишь создашь новую реальность?

— Помню.

— Есть один мир. Или даже не мир, а состояние… материи. Там мой дом. Дом хранителей. Единственное место, где мы можем спрятаться от времени. Мы называем его межреальем.

Наверное, я перестал дышать. Не дай бог Доган очнется от сентиментального желания потрещать с таким, как я.

Он продолжил:

— Там можно делать что угодно. Все. Что. Угодно. Представляешь мир, где можно делать все что угодно? Просто представь. Как быстро тебе он надоест? Как быстро ты начнешь сомневаться в реальности происходящего, когда можешь делать, что угодно? Год? Десять лет? Может тысяча?

Тишина. К чему эти прелюдии? Ох, как же не люблю эти загадки. Неужели нельзя просто сказать без больших предысторий? Хотя… есть ощущение, что я сейчас узнал нечто важное.

— Знаешь, какова цена пребывания в этом мире?

— Душа?

— Если бы, — усмехнулся Доган. — Отчаяние и… одно правило.

«Правило?»

— Да. И это правило: не шутить со временем. Ты стал игрушкой… самого себя. Но твои игры затронули слишком многих. Меня. Третью. Весь мир и само время. Ты стоишь перед временем и дергаешь из его головы по волоску, выжидая, когда оно выйдет из себя. Прощупываешь предел его терпения. И не первый раз. И не первый цикл.

— В каком смысле, я играю с самим собой? Мне вообще плевать на время. Оно как-то само лезет.

— Именно в таком смысле, в каком я и сказал.

И замолчал, педераст гнойный. Загадочник херов.

— К чему ты ведешь?

— Я объясняю тебе, чем мы занимаемся и почему нас не интересуют другие… реальности. Ты пока глуп, и понимаешь с трудом.

Доган подцепил какую-то крошку с матраса и выкинул ее в сторону.

— Мы ничего не делаем только в одном времени и месте, потому что там все и так хорошо. Нашего вмешательства просто не требуется. Или ты думаешь, мы должны слушать молитвы, спасать эльфийских детей и насылать дождь в засуху? Ты хоть представляешь себе объемы нашего труда? Да, мы не прячемся, не строим из себя божков, хотя это самое подходящее слово. И то, только потому, что не видим в этом смысла. Создавать новые религии нам неинтересно. Преклоняться можете перед всякими Ашхаями, но не перед нами.

Доган говорил спокойно. Слишком спокойно:

— Мы ходим по мирам и времени, как ты по этой свалке. Туда-сюда. Туда-сюда. И не всегда понимаем сколько прошло времени в межреалье. Час или тысяча лет. Варгарон для нас очень удобен, но слишком тесен. Поэтому мы разделили его на территории влияния, чтобы не мешать друг другу. Мы бережем его больше, чем какой-либо другой мир.