Гарри Поттер (сборник 7 книг) (ЛП) - Джоан Кэтлин Роулинг

- Разумеется, вы совершенно правы, профессор Амбридж. Как генеральный инспектор, вы имеете полное право увольнять моих преподавателей. Однако у вас нет права выгонять их из замка. Боюсь, - продолжал он с коротким вежливым поклоном, - что подобные решения по-прежнему находятся во власти директора, и мне угодно, чтобы профессор Трелони осталась жить в Хогвартсе.

При этих словах профессор Трелони не то икнула, не то истерически хихикнула:

- Н-нет, я п… пойду, Дамблдор! Я ос… оставлю Хогвартс и п… поищу счастья ещ… еще где-нибудь…

- Нет, - отрезал Дамблдор. - Мне угодно, чтобы вы остались, Сивилла. - Он повернулся к МакГонагалл. - Могу я попросить вас проводить Сивиллу обратно наверх, профессор МакГонагалл?

- Конечно, - ответила та. - Поднимайся, Сивилла… Из толпы поспешно вышла профессор Стебль и взяла Трелони под другой локоть. Вместе они провели ее мимо Амбридж и двинулись вверх по мраморной лестнице. За ними суетливо побежал профессор Флитвик; вынув по дороге палочку, он скомандовал:

«Локомотор, Чемоданы!»- и багаж профессора Трелони, всплыв в воздух, тронулся вслед за ней. Сам Флитвик замыкал процессию.

Профессор Амбридж застыла на месте, не сводя глаз с Дамблдора, который по-прежнему благожелательно улыбался.

- И что, - сказала она шепотом, разнесшимся по всему вестибюлю, - что вы будете с ней делать, когда я назначу нового учителя прорицаний и ему понадобится ее комната?

- Это не проблема, - вежливо ответил Дамблдор. - Видите ли, я уже нашел нового учителя прорицаний, а он предпочитает жить на первом этаже.

- Вы нашли?.. - пронзительно воскликнула Амбридж. - Вы? Позвольте напомнить вам, Дамблдор, что, согласно Декрету номер двадцать два…

- Министерство имеет право утвердить подходящего кандидата в том - и только в том - случае, если директор не сумеет найти такового, - сказал Дамблдор. - Но я рад сообщить вам, что в данном случае мне это удалось. Позвольте представить…

Он повернулся к раскрытым входным дверям, в которые затекала легкая ночная дымка. Гарри услышал стук копыт. В толпе учеников раздалось встревоженное шушуканье, и те, кто был ближе всех к дверям, торопливо попятились. Некоторые даже споткнулись, стремясь как можно скорее очистить дорогу новому преподавателю.

В туманной дымке появилось лицо, которое Гарри уже видел однажды глухой, страшной ночью в Запретном лесу, - снежно-белые волосы и поразительной синевы глаза, голова и торс человека на теле пегой лошади.

- Это Флоренц, - с беспечной улыбкой сказал Дамблдор остолбенелой Амбридж. - Надеюсь, он вас устроит.

Глава 27. Кентавр и ябеда

- Небось жалеешь теперь, что отказалась от прорицаний, а, Гермиона? - с ухмылочкой спросила Парвати.

Было время завтрака - после увольнения профессора Трелони прошло уже два дня, - и Парвати завивала себе ресницы волшебной палочкой, любуясь своим отражением на выпуклой стороне ложки. Нынче утром им предстоял первый урок с Флоренцем.

- Да не особенно, - равнодушно сказала Гермиона. В руках у нее был свежий номер «Ежедневного пророка». - Никогда не любила лошадей.

Она перевернула страницу и принялась бегло проглядывать рубрики.

- Это не лошадь, а кентавр! - возмущенно воскликнула Лаванда.

- И какой кентавр… - вздохнула Парвати.

- Все равно, ноги у него четыре, - холодно сказала Гермиона. - И вообще - мне казалось, что уход Трелони вас огорчил!

- Конечно, огорчил! - заверила ее Лаванда. - Мы ее навестили, принесли ей нарциссов - не тех гуделок, которые выращивает Стебль, а нормальных.

- И как она? - спросил Гарри.

- Горюет, бедняжка, - сочувственно сказала Лаванда. - Плачет и говорит, что скорее навсегда уедет из замка, чем останется здесь вместе с Амбридж, и я ее не виню - ведь Амбридж обошлась с ней просто ужасно, правда?

- Сдается мне, это еще только цветочки, - мрачно заметила Гермиона.

- Трудно поверить, - сказал Рон, наваливший себе полную тарелку яичницы с беконом. - По-моему, у Амбридж вряд ли получится вести себя хуже, чем теперь.

- Попомните мои слова, она захочет отомстить Дамблдору за то, что он назначил нового преподавателя, не посоветовавшись с ней, - сказала Гермиона, складывая газету. - Да еще получеловека. Видели, какое у нее было лицо, когда вошел Флоренц?

После завтрака Гермиона отправилась на свою нумерологию, а Гарри с Роном вышли в вестибюль следом за Парвати и Лавандой.

- Разве нам не в Северную башню? - удивился Рон, когда Парвати обогнула мраморную лестницу.

Парвати презрительно оглянулась на него через плечо.

- Как, по-твоему, Флоренц поднялся бы на эту лестницу? Нам теперь в одиннадцатый кабинет - вчера на доске было объявление.

Кабинет номер одиннадцать находился на первом этаже - туда вел коридор, начинающийся в вестибюле напротив дверей в Большой зал. Гарри знал, что это одна из комнат, где занятия проводятся нерегулярно, и потому она выглядит слегка запущенной, как чулан или кладовая. Однако, войдя туда вслед за Роном, он с изумлением обнаружил, что очутился на настоящей лесной лужайке.

- Ну и ну!

Под его ногами пружинил мох, вокруг росли деревья; их густая листва затеняла окна и потолок, и сквозь нее лишь кое-где пробивались косые лучи света, так что в комнате царил мягкий зеленоватый полумрак. Опередившие их ученики расселись на земляном полу, опершись спиной о валуны и стволы деревьев, сложив руки на груди или крепко обхватив ими колени; видно было, что всем им немножко не по себе. Посреди лужайки, на самом открытом месте, стоял Флоренц.

- Гарри Поттер! - сказал он, увидев Гарри, и протянул ему руку.

- Э… здрасьте, - сказал тот и обменялся рукопожатием с кентавром, который пристально, но без улыбки глядел на него своими ярко-синими глазами. - Э… очень рад вас видеть.

- Я тоже, - ответил кентавр, склонив белокурую голову. - Было предсказано, что мы встретимся вновь.

Гарри заметил на груди у Флоренца уже почти сошедший синяк в форме следа от копыта. Повернувшись, чтобы сесть вместе с остальными, он увидел, что однокашники смотрят на него с благоговейным трепетом: их поразил факт его знакомства с Флоренцем, которого они явно опасались.

Когда дверь закрылась и последний ученик уселся на пенек рядом с мусорной корзиной, Флоренц повел рукой, приглашая всех еще раз оглядеть комнату.

- Профессор Дамблдор, - сказал Флоренц, когда все утихли, - любезно оборудовал этот класс в духе моей привычной среды обитания. Я предпочел бы учить вас в Запретном лесу, который до понедельника был моим домом… однако теперь это уже невозможно.