'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

рассказ Захара особо не слушал. Проверил амулет, накладывающий морок — тот работал исправно. Не хотелось бы оказаться на виду у всей нечисти, которая слетится сюда сегодня на шабаш.

Сорвав травинку, я сунул её в рот и переключил канал восприятия обратно на диалог.

— Вот уж правда чудо чудное, диво дивное, — басил Харисим. — Что русалок крестьяне в услужение так заманивают — то дело известное, конечно. Да только русалки эти всегда как мёртвые. По хозяйству помогают, да. А всё остальное время — сидит и в стену смотрит. Даже не ест.

— Как не ест? — удивился Захар.

— Ну вот так, — подтвердил Егор. — Людскую пищу они не едят. Но им готовят горячее, чтоб пар шёл. И вот они этот пар вдыхают — тем и живы.

Захар пригрузился. Я решил вмешаться:

— Фигня новомодная этот ваш вейпинг. Марфа таким не баловалась. Она нормально ела. И… не только ела.

Я не стал уточнять, что ещё Марфа исполняла со мной. И при этом по всем ощущениям была — живее всех живых. Думаю, Марфа согласится, что для всех лучше сохранить эту маленькую тайну между нами.

— А сколько ей лет-то, ты спрашивал? — доковырялась до Захара Земляна.

— В смысле? Да ты ж видела её! Не старше меня.

— То на вид. А в русалках она сколько была? Да ей, может, лет сто уже!

— Не помнит она, — опять пришёл я на помощь. — Как человеком стала — так прошлое почти целиком из головы стёрлось. Про то, как русалкой была — ещё худо-бедно вспоминает, но там у неё всё как будто одним днём записано. Землян, тебе не всё равно? Да хоть бы и сто лет она в русалках отпахала. Выкарабкалась же. И на сто лет совсем не выглядит. Да и по умственному развитию — вполне себе молодая девка.

Земляна насупилась, но замолчала. А Захар посмотрел на меня, кажется, с благодарностью. Хотя уверенности у меня не было, вокруг уже стемнело.

— Братья, начинается, кажись, — вдруг произнёс Иван. Вроде негромко, но таким тоном, что все разговоры тут же смолкли.

Я повернул голову, проследив за взглядом Ивана, и понял, что действительно началось. Что именно — хрен бы знал, но факт начинания был налицо.

Посреди озера что-то всплывало. Что-то большое и тёмное, шарообразного типа.

— Мать-перемать, это ещё что за батискаф? — Я широко раскрыл глаза, пытаясь осознать масштабы трагедии.

Масштабы ширились. Мы все поднялись на ноги и, спешно перестраивая зрение под лунный свет, силились разобрать хоть какие-то привычные черты. Но посреди озера тупо рос какой-то холм.

Который вдруг начал трансформироваться.

— Ё-ё-ё… — протянул Ерёма, и мы все с ним мысленно согласились.

Теперь сделалось ясно, что сие — не холм, а долгожданный водяной. Холмом казалась его спина. А сейчас он разгибался. Вода потоками стекала с волос и бороды.

Размерами водяник был сейчас с лешака после проявления, не меньше. Не зря, ох, не зря я тогда, с Марусей, не стал на него давить! Чую, многие охотники на таких скоропалительных решениях погорели. Разошлись миром — и слава Ктулху, не к ночи будь помянут. Зато сейчас, по ходу, будет жарко.

Но для начала не нам.

— Кто тут на мои озёра покушается? — загрохотал голос водяного. — Выходи! Покажись, бесовское отродье!

— Уж кто бы говорил, — усмехнулся Ерёма, но на него зашикали.

Ещё не хватало раньше времени спалиться. У нас даже десятка полноценного не собралось.

Ждать пришлось недолго. Моё внимание привлёк отчаянный писк. Я повернул голову и увидел, что идиллия на заливном лугу закончилась. Луна вошла в силу, и теперь было хорошо видно, что русалки бросились врассыпную, а одна угодила в плен. Её держала… одетая женщина.

Русалка брыкалась, как живая, но вдруг обмякла и повисла. Сверкнула молния.

— Не понял, — пробормотал я. — Она что — пожирает силу тварей⁈

Отвечать мне никто не спешил. И оно было понятно. Ещё из справочника я усвоил, что вила — это нечто крайне редкое и малоизученное. Действительно способна убить одним взглядом — факт. Но это относится только к простым людям, у охотников вроде как есть иммунитет. Во всяком случае, факты убийства вил охотниками были зафиксированы.

Несмотря на то, что опасность вилы представляли высокую, похлеще колдуна.

Русалки, вереща, бросились к своему хозяину и заступнику. Который, увидев сцену хладнокровной расправы, зарычал так, что земля затряслась у нас под ногами.

А женщина, облачённая в белые одежды, взмахнула крыльями и взлетела. Крылья у неё были офигенные, как у орла, чёрно-белые. Взмыв выше маковки водяного, вила как будто на мгновение исчезла, однако тут же появилась. Увеличенная в четыре раза.

— Не твоё это озеро, клоп раздутый! — громыхнул её голос. — Убирайся отсюда подобру-поздорову! Так и быть, пощажу и тебя, и выводок твой. Но ещё раз сунетесь — всех истреблю!

— Ишь, какая! — не испугался водяной. — Истреблялку-то отрастила, соплюха? Да я тут над озёрами властвовал, когда ты ещё из яйца не вылупилась!

— Вот и хватит с тебя, хрен старый. Отцарствовал своё. А теперь я буду.

Переговоры зашли в тупик, и обе стороны это почувствовали. Водяной с криком воздел руку, и в вилу ударила струя воды. Такая струя, что звездануться можно. Ну, сообразно размеру вилы. Как из брандспойта с полуметровым диаметром наконечника. Вилу сбило с траектории и отшвырнуло в сторону.

— Вот это бы могущество да в мирных целях! — восхитился я.

— Это в каких? — спросил Яков.

— Воду бы мне в дом подавал. Никаких насосов не надо!

Вила оклемалась быстро — сразу же, как только иссякла струя. Она взмахнула мокрыми крыльями — до нас долетели холодные брызги — и в мгновение ока вновь долетела до водяника. Там, не вступая больше в неконструктивные диалоги, махнула рукой.

Из озера вылетели многочисленные водяные щупальца и опутали водяного, притянув руки к бокам. Тот вскрикнул от неожиданности и ощутимо напрягся, но щупальца, судя по блеску, мгновенно заледенели.

— Вот как меня-то вода слушается, — усмехнулась вила. — А я тебе предлагала уйти! Не согласился, дурак старый. Пеняй теперь на себя.

Вила щёлкнула пальцами, и водяной заорал.

Почему заорал — стало понятно тут же. Щупальца ощетинились шипами, которые, видимо, впились и в тело водяного.

— Помирать тебе пора, — скучным голосом сказала вила. —