Студент поневоле - Елена Товбаз

— А там вообще ничего сложного. Волшебный пергамент скручивается в трубочку, такого диаметра, чтобы внутрь поместился туго свёрнутый свиток. Затем обычный пергамент помещают в волшебный и через некоторое время вытаскивают с противоположной стороны. Иными словами, протаскивают сквозь волшебный свиток. Так обычные пергаменты приобретают волшебные свойства на некоторое время…

Юнги-студенты возвращались с первыми ракушками, когда на палубе вдруг появился Линк и попросил у меня Зеркало. Я удивился.

— Скоро остров Адонисов, надо кое-что обсудить, — пояснил Линк в ответ на мой недоумённый взгляд. Я отдал ему Норда, и он отправился обратно. Какое счастье! Неужели на этот раз они решили обойтись без меня? Линк обернулся:

— Да! И ты приходи в каюту, минут через десять.

Опять размечтался!

— Ладно, — буркнул я.

Магистр удалился, а я так и не досмотрел посвящение до конца и оставил поющих студентов вместе с ракушками в самый разгар церемонии, всё же простояв на палубе лишние пять минут.

Когда я вошёл в каюту, то сразу увидел выросшее до человеческих размеров Зеркало. Оно стояло в углу и икало.

— Так ему легче справляться с тошнотой, — разъяснил Линк.

Странно…

Магистр сидел за столом и разглядывал карты. А я, ничего не подозревая, приблизился к Зеркалу и заглянул в него. Моё отражение показалось мне слегка расплывчатым, а поверхность Зеркала — мутной.

— Ты чего такой?

— Меня тошнит, — промычало Зеркало и снова икнуло.

Я подошёл поближе, отразился во весь рост и, затянувшая зеркало тусклая пелена немого разошлась. Я повернулся к Линку:

— С этим надо что-то делать. Плохо ему, бедняге.

— Ничего, — равнодушно ответил магистр. — Высадимся на сушу, и всё придёт в норму. Да ему уже и полегче. И махнул рукой в сторону Зеркала.

— Смотри.

Я мельком глянул на своё отражение и застыл, вперившись в него так, что покачнулся и едва не упал. Из Зеркала на меня…

Глава 10 — самая фривольная, в которой мне и растолковывают, и показывают разницу между дикими и культурными адонисами

ОСТРОВ АДОНИСОВ

Из Зеркала на меня… раскрыв рот смотрела симпатичная девушка…. Далеко не сразу до меня дошло. А вот когда дошло-о!

— Не-ет! Нет! Нет! Верни меня обратно, гадкая стекляшка! Или…

Но Линк ловко предотвратил мой щелчок, подхватив предусмотрительно уменьшившееся Зеркало и спрятав его в карман.

— Что это вы задумали?!

Блин! Какой у меня писклявый голос. Это не мой голос! ААААА!

— Это подло!

— Ничуть. Ты у нас «превращатель». Вот и превратился.

— Это беспредел! Не понимаю, зачем вам это понадобилось. Что за гнусный сговор?

— Ты же в курсе, и сам в нём участвуешь.

— Да вижу теперь… И… Так мы не договаривались!

— Мы отправляемся за Флаконом, а для этого нам нужна девушка.

— Что-то я не пойму.

— А чего тут непонятного? Волшебный флакон находится в КИСДе…

— Где-е?! Я ещё не привык к местным аббревиатурам.

— КИСД — Куртуазный Институт Соблазнительных Девиц. Там учатся только девушки и учат там только женщины…

При этом физиономия Линка стала до отвращения слащавой, а на лице заиграла дурацкая улыбочка.

— Одни женщины…, — он напоминал кота, почуявшего сметану.

— Малинник, — мурлыкнуло Зеркало.

— Тоже мне, м-медведи, — хихикнул я. — Медведей, знаете ли, отстреливают охотники, а шкуры расстилают перед каминами или растягивают на стенах в качестве трофея. Но вы всё равно до медведей не дотягиваете. Коты, как есть коты. Кис-кис… А! Молчал бы, а то разбить тебя легче лёгкого, хоть ты и без сердца, — последние слова я адресовал Зеркалу.

— В следующий раз смотрись в меня осторожно, — нагло парировало оно, а магистр серьёзно заметил:

— Короче, у меня есть план. А для этого ты должен быть девушкой. Тебе предстоит поучиться в КИСДе.

Я поперхнулся, а когда прокашлялся, то заявил, не обращая внимания на мечтательно игривое настроение Линка:

— А что, настоящей девушки у вас не нашлось? Почему я? Вон возьмите Верению.

— У тебя уже есть опыт в похищении волшебных предметов.

— У неё тоже.

— Она ещё дитя, да и потом…

— Тысяча морских чертей! — на пороге стоял Командор.

Мы и не заметили, как он вошёл. Он не сводил с меня глаз, а из-за его плеча выглядывала оторопевшая Верения.

— Тысяча морских чертей! — трубка выпала у него изо рта, и он едва успел подхватить её.

— Это Кеес, — объяснил Линк. — Он превратился, с помощью Норда, чтобы проникнуть в институт под видом студентки. Садись, Командор, расскажу тебе наш коварный план.

Командор и Верения сели, всё ещё погладывая на меня. А я был готов провалиться сквозь палубу в трюм и ещё ниже — в море, чтоб они не видели моего позора.

— А ты — милашка, — высказался командор. — И платье красивое.

А Верения задумчиво прищурилась и отвела взгляд, словно что-то прикидывала для себя.

— Спасибо, — буркнул я, готовый в тот момент убить Норда за то, что он сотворил со мной, моей одеждой и кедами. Ну ладно ещё футболку и джинсы в платьишко с кружавчиками, но кеды — в балетки. Я с отвращением обулся. Это уж слишком!

— Спасибо за комплимент, — самодовольно подал голос из кармана этот подлец. — Я очень старался. Перебрал в памяти всех знакомых хорошеньких девчонок и составил собирательный портрет.

Он ещё гордится собой?! Коллажист треклятый! Я даже неприлично выругался.

— Эй, — отозвался Линк. — Веди себя пристойно, мадемуазель Кеес. Ты же теперь девочка из хорошей семьи, будущая студентка института соблазнительных девиц. Следи за речью.

— Да пошёл ты!

Н-да, боюсь, девичьим голоском это прозвучало неубедительно, и я нарочито презрительно прошествовал к свободному стулу.

И походка у меня изменилась. Мне стало трудновато ходить, словно центр тяжести у меня сместился. Всё время тянуло назад и вниз. Да так оно и есть, сместился. Точно.

— А над походкой придётся поработать, — заметил Линк. — А то топаешь и вихляешься, как перегруженный пони.

— Ничего, научусь, — пробубнил я. — Научился же бегать на четырёх звериных, вот и на двух девчачьих научусь.

А сам думал: «Хорошо ещё, что меня никто из прежних знакомых не видит». Я сидел и втихаря злился, пока Линк выкладывал Командору свой хитроумный план.

Я почти не слушал, потому что сейчас меня более всего тревожили некоторые мои чувства и реакции. Особенно то, с каким умилением я погладывал на кружевные салфеточки и фарфоровых дракончиков. Бред какой-то! Ну да, издержки превращения. Я и забыл.