Пять лет на острове Врангеля - Ареф Минеев

Если же морж убит на воде и благодаря запасу воздуха в легких не утонул, тогда к нему под водой подходят моржи и утаскивают убитого на глубину, окончательно потопляя его. Убитых на воде моржат, если они не загарпунены, заполучить в большинстве случаев не удается: моржихи незаметно для промышленников подходят к ним под водой и утаскивают в пучину.

Тяжелораненые моржи, потерявшие способность самостоятельно двигаться, не покидаются собратьями. Я наблюдал, как раненый морж в десятки пудов весом окружается 5—6 моржами и, поддерживаемый ими, понемногу уходит от места боя. Выстрелы в эту кучу не вынуждают бросить раненого. Моржи все вместе ныряют и через несколько минут вновь появляются на поверхности и тащат раненого дальше.

Паля разделывает на льду ункувака.

Бывало, что, выведя из-под выстрелов одного подбитого товарища, моржи возвращались и забирали остальных раненых.

Я видел, как моржиха, потеряв в бою морженка и увлеченная стадом, уходила далеко от места боя. Убедившись же в отсутствии детеныша, она возвратилась и долго плавала в поисках его.

Убив моржей на льдине, мы часто не могли подойти к ним на вельботе. Вокруг льдины творится что-то невообразимое. Бешено извиваются десятки могучих тел. С диким ревом и громким сопением моржи уходят в воду и снова появляются на поверхности. Сунуться в эту «кашу» с вельботом значит погубить его: моржи мгновенно превратят суденышко в щепы. И, лишь окончательно выбившись из сил и потеряв еще несколько убитых и раненых, моржи постепенно удаляются, то-и-дело пытаясь возвратиться вновь. Долго еще слышен рев громадных животных, уходящих подальше от этой, роковой для многих из них, льдины. Чем больше лежбище, тем упорнее моржи в стремлении убрать раненых и убитых.

Моржи очень боятся крови и вообще всего красного. Но во время боя, когда из многих кровь бьет фонтаном, окрашивая воду и лед в ярко-красный цвет, они на это не обращают внимания.

Случалось, что промышленникам приходилось выдерживать длительные осады моржей. Вот один из многих случаев. Группа промышленников, человек в 6—7, отправилась на парусно-гребном вельботе бить моржей. Встретив несколько лежбищ на льду, выбрали наиболее удобное для себя. После первого залпа уцелевшие моржи ушли в воду, убитые остались на льду. Промышленники быстро высадились на льдину, вытащив за собой и вельбот. Животные, появившись над водой, повернули к льдине, с которой их только что прогнали. Промышленники открыли огонь, но так как уже было убито семь моржей, а больше вельбот не мог поднять, поэтому стреляли они, целясь в ласты, — ранение для моржа, очевидно, болезненное, но не гибельное. Вода вокруг льдины окрасилась в розовый цвет, но моржи не уходили. Расположенные неподалеку другие лежбища, обеспокоенные тревожным ревом соседей, грохотом выстрелов и пороховой гарью, бросились к соседней льдине. Промышленники, отбивая атаку, расстреляли все патроны, но животные осады не прекратили. Наконец промышленники вылили в воду весь наличный запас керосина, — только это помогло ослабить осаду. Ряды осаждавших начали редеть, и наконец моржи покинули это место. Мне пришлось быть очевидцем неоднократных моржевых осад, хотя и не таких упорных.

Морж обладает плохим зрением, он очень «близорук». Рассмотреть что-либо морж может только в непосредственной близости. За несколько десятков метров, несмотря на то, что он пристально смотрит на предмет, привлекающий его внимание, разобрать, что это такое, морж не может. Чаще всего промышленники подходят на гребных посудинах — обычно на байдарах — к моржам на 20—30 метров. Я, участвуя в охоте, подходил к моржам еще ближе, и они не могли разглядеть характера движущегося предмета.

Однажды мы обнаружили довольно большое лежбище на отдельной льдине. Вокруг лежбища находились небольшие льдины. Нужно было подойти к одной из них, чтобы, высадившись, начать бить моржей. Дул очень слабый вест. Льдина, которую мы облюбовали для высадки, находилась за лежбищем, и нам нужно было идти мимо моржей так, чтобы ветер не донес до животных наших запахов. Я пошел с промышленниками, с целью снять на кинопленку лежбище и бой моржей. Сев в байдару, двинулись к моржам. Грести нужно было совершенно бесшумно. Распашные весла для этого не годились. Когда мы проходили мимо льдины, расстояние между нами и лежбищем не превышало десяти метров. Как тихо мы ни гребли, все же мы, видимо, обеспокоили лежавших с краю моржей. Сперва один, а за ним еще несколько моржей подняли головы и спросонья пристально вглядывались в нашу сторону. Все сидевшие в байдаре затаили дыхание. Весла замерли в том положении, в каком они находились перед тем, и байдара, как призрак, совершенно бесшумно продолжала скользить мимо встревоженных моржей к намеченной нами льдине. Через несколько мгновений успокоившиеся моржи опустили головы и снова погрузились в сон. Мы возобновили работу веслами и вскоре высадились на льдину.

Я так ясно видел моржей, что различал моргание их глаз. Моржи смотрели прямо на байдару. Они, вероятно, видели лодку и сидящих в ней, но видели смутно, как через матовое стекло. То, что предмет двигался, моржей не удивляло. Они живут среди движущихся льдов. На самом предмете ничего не двигалось, и это их успокоило.

Если бы они хоть на секунду различили на этом предмете живые существа, они встревожили бы все лежбище и ушли бы в воду.

Слух у моржей лучше зрения. Но звуки, как бы они ни были необычны, на известном расстоянии не производят на моржей почти никакого действия. Но если звуки раздаются близко к месту лежбища, моржи начинают беспокоиться и потом уходят в воду, даже если бы на них и не было произведено нападения.

Однажды, проходя мимо лежки моржей, я решил заснять ее на кинопленку и распорядился направить вельбот прямо на льдину. Заслышав шум мотора и громкие голоса людей, моржи забеспокоились, начали подниматься на передних ластах, вытягивать в нашу сторону длинные шеи, но со льдины не уходили. Вельбот шел прямо на них. Беспокойство моржей возрастало, они тревожно ревели, но со льдины пошли в воду только тогда, когда мы подошли на расстояние не больше десятка метров. Взяв круто вправо, мы прошли левым бортом у самой льдины. Брызги воды от падавших в воду громадных тел обдали вельбот. Примерно так же ведут себя моржи, когда они на воде.

Бывает иногда, что моржи вместо того, чтобы уходить от шума… идут на него. В сентябре 1930 года мы должны были забросить около 400 пудов моржевого мяса из бухты Роджерс на северную сторону острова. На выходе из реки Клер, куда мы заходили на ночь, почти у самого берега кормилось довольно большое стадо моржей. Когда мы поравнялись с моржами, часть из них, услышав шум мотора, пошла к нам. Загруженный вельбот, имея на буксире тяжело нагруженный кунгас, шел медленно. Имея такую скорость, попасть в стадо моржей, хоть и мирно пока настроенных, было не совсем приятно. Желая остановить шедших прямо на нас моржей, я распорядился дать несколько выстрелов в их сторону. Моржи ушли в воду, но через некоторое время снова вышли на поверхность еще ближе к нам. Опять загремели выстрелы, моржи опять ушли в воду. За это время мы успели отойти от прежнего места. Когда моржи вышли из воды, то они были уже за кормой. Хватив запаха бензина и масла, часть из них возвратилась обратно, а часть ушла в море.