Сибантийский транзит - Алина Николаевна Болото

Так что, по большому счету, вместе с изделиями астреллов, можно отыскать и следы первопроходцев-людей. Правда, мало кто ищет, потому что первые колонисты оставили достаточно следов и в более доступных для раскопок местах, а астрельские изделия на межпланетном рынке ценятся дороже.

Что там прознала Шаннуир об этих развалинах, я не знаю, но я слышал: обычно именно в таких местах полно старых ловушек! Первопоселенцы не слишком уж много привезли с собой, поэтому они радостно использовали древнюю астрельскую технику, которой немало тогда можно было обнаружить на поверхности планеты. Это потом уже все собрали сверху и полезли копать вглубь, а тогда оно еще валялось брошенное и никому не нужное. Местные представители нечеловеческих рас считали астрельскую технику проклятой и ничего не трогали, а вот люди сразу же прибрали ее к рукам. Но ненадолго. Пока не выяснилось, что реликтовое оружие все еще стреляет.

Поэтому я совершенно не обрадовался тому, что Анджей надумал куда-то лезть. Хоть я и скромный секретарь, а спрос с меня будет реальным, если наш гость где-то там загнется! Идальго скажет, куда смотрел, Эшик, почему мне не доложил?!

— Эшик, ты с нами? Или я один пойду?

Куда же вас денешь, бесхвостых, конечно, с вами! Надеюсь, донья Азалия сообщит Идальго, что я пал на боевом посту?!

80

Через полчаса после завтрака Анджей с Эшиком прибыли к дому, над которым развивался алвэрийский флаг. Вообще-то, Анджей уже не был так полон решимости, как во время разговора с сеньоритой Альбарес, и больше всего ему теперь хотелось упасть на кровать, задрать ноги и поспать. Лучше — до вечера. Но сказанное слово без позора не воротишь, так что придется исполнять обещание.

Видимо, донья Азалия в этот момент вела телефонные переговоры с Идальго, потому как ее пронзительное: «А что скажут ваши подданные?!» — было слышно даже на крыльце. Главный археолог не стал мешать высокой гостье беседовать, и вышел лично отдать распоряжение своим людям, чтобы обеспечили команде Шаннуир кое-какое снаряжение и сопровождение.

Снаряжение состояло из мотка веревки, фонарей, нескольких саперных лопаток, металлоискателя и огромного промышленного робота, наподобие того, что вытаскивал Анджея из паримской тюрьмы. Слегка ржавая туша робота была украшена оптимистичными надписями: «Любите Маю!», «Кто спер мое пиво?!», «Эх, прокачу!». На клешне, переоборудованной под ковш экскаватора, были нарисованы две стрелки. Одна указывала на ковш, вторая из него исходила. Над первой стрелкой красовалась надпись: «Подайте, кто сколько может!» Над второй было мрачное: «Жмоты!» Вторая клешня каким-то образом осталась чистой и незапятнанной общением с человечеством.

Увидев, Шаннуир, рассматривающую надписи с явным любопытством, археолог слегка смутился и сказал, что второй месяц задерживают выплату жалования, поэтому рабочие повадились сдавать робота в аренду соседям-копателям. А копатели не подчиняются общим правилам обращения с техникой и позволяют себе наносить на инвентарь граффити!

Шаннуир вздохнула и пообещала обсудить вопрос о выплате жалования с доном Альбаресом. Пришел хмурый Вито, увешанный оружием, как дерево плодами. Явился приставленный к группе главным археологом бородатый рабочий в таком же пятнистом комбинезоне, как у принцессы. Кожа у рабочего загорела до черноты, борода выгорела, на обнаженных закатанными рукавами руках змеились шрамы разной степени свежести. Похоже, труд на государственных раскопках давал рабочим не самый легкий хлеб.

Шаннуир не стала дожидаться, пока донья Азалия закончит переговоры с ее отцом, попросила, чтобы кто-нибудь потом указал почтенной даме направление к раскопкам, и двинулась в путь.

Вообще-то, можно было прокатиться на роботе, но на нем не поместились бы все, поэтому сеньорита Альбарес предпочла пройтись пешком, на ходу объясняя Анджею, какую именно помощь она от него надеется получить.

Ближайшие к лагерю копателей развалины уже обследовались всеми, кому не лень было спускаться в подземелье. От домов мало, что осталось, только контур фундамента да полуразрушенные подвалы. Шаннуир где-то раздобыла план старого города, и утверждала, что на запад от лагеря находился городской архив, ныне погребенный под соляником, но в подвал которого можно проникнуть через связанные между собой подвалы ближайших домов. Там якобы находится очень полезная информация времен раннего освоения людьми Сибанта.

Минут через пятнадцать, когда изрытая раскопками серо-стеклянная гряда соляника почти что нависла над головой, бородатый рабочий Густаво остановил робота возле дыры в земле. Через двухметровое отверстие были перекинуты две толстые металлические балки. Густаво закрепил на балках трос от лебедки на корпусе робота и при помощи дистанционного управления начал опускать своего подопечного вниз. Вслед за роботом по тому же тросу спустились люди и Эшик.

Анджей про себя отметил, что с появлением Шаннуир, секретарь дона Альбареса стал каким-то тихим. То ли он побаивался дочери шефа, то ли предвидел мрачное будущее экспедиции. Во всяком случае, Эшик даже не пытался возмущаться, упирать на былые подвиги, требовать особого вознаграждения, пробормотал что-то о неудержимой фантазии бесхвостых — и на этом все закончилось.

Первый подвал был расчищен от обломков, но и ценного там ничего не осталось: бетонная коробка с кусками коммуникаций, с перегородками внутренних помещений, стойкий запах сырости, белесые разводы солей и плесень на стенах. Луч прожектора на корпусе робота пробивался через своеобразный туман влажных испарений. Похоже, где-то неподалеку проложила себе новое русло подземная река.

Прошли еще два подвала. Здесь уже были отдельные обрушения, но, к счастью, в стороне от центрального коридора.

А вот четвертый подвал оказался реально завален. Открытая дверь вела в хаос бетонных обломков, торчащих кусков арматуры и искореженных труб. Поэтому свернули вправо и прошли вдоль теплотрассы, для которой был проложен отдельный туннель. Робот двигался впереди, иногда задевая корпусом стену, отчего по всему туннелю передавалась дрожь. Густаво вполголоса ругался, исправлял траекторию, какое-то время кроме мерного рокота мотора, ничего не было слышно.

Анджей подумал, что всего лишь чуть больше недели назад сидел в зале «Калипсо», вскрывал подземелья ярус за ярусом, играя в «раскопки», и представить себе не мог поход в темноте за прожекторами старого робота в компании с дочерью короля и мечтами о… Всякая ерунда приходит в голову человеку, когда вокруг мертвые стены!

Например, чтобы все остальные спутники вдруг куда-нибудь потерялись бы, а Шаннуир осталась бы и начала бояться…

— Можно уже включить фонарь?! — неожиданно громко спросил Эшик. — Эта задняя фара робота почти не дает света! Я оступился и сбил ногу!

— Мы, собственно, пришли! — ответила Шаннуир. — Сейчас будет пятый подвал!

В пятом подвале одна треть была свободна, а дальше начинался хаос. Густаво остановил робота, подтянулся шедший последним Вито, и Шаннуир устроила небольшое совещание.

По