Восхождение - Дуэйн Джеймс

– Сядьте, Роббинс. – Она села, и ее легкая озабоченность переросла в заметную тревогу. – Вид у вас немного встревоженный, – заметил он.

Роббинс выпрямилась на стуле, и лицо ее превратилось в застывшую маску, хотя слабый румянец все же окрасил ее щеки.

– Прошу прощения, сэр, – раздельно произнесла она.

«Черт, – подумал Редер, – как некстати я это заметил. Но мне вдруг показалось, что ты человек».

– Вот что, лейтенант, – начал он, сложив руки перед собой, – по моему глубокому убеждению, тот факт, что вы достигли вашего нынешнего ранга, это дань вашему таланту и работоспособности. Но насколько я понимаю, никаких командных навыков у вас нет. Будь они у вас, вы бы наверняка в таком положении не оказались. Не знаю, какие обстоятельства очертили стиль вашего поведения, Роббинс, но отныне вам придется обучиться иному стилю. Руководить людьми не значит просто рявкать направо-налево свои приказы. Вы должны понимать людей, которыми вы руководите, должны знать, как их мотивировать. Большая часть этих навыков приходит с опытом, определенный объем которого у вас уже есть. Я вижу вину ваших предыдущих командиров в том, что они позволяли подобному положению дел сохраняться. Но теперь этому будет положен конец. Нам с вами придется вместе над этим работать, потому что из-под моей команды вы не выйдете до тех пор, пока не получите хотя бы самое приблизительное представление о том, как работать с людьми. – Он повернулся к полке у себя за спиной и достал оттуда небольшой кожаный футляр.

– Вот превосходный учебник для начинающих, – сказал Редер, вручая его лейтенанту. – На следующей неделе, когда вы его прочтете, мы его обсудим. – Он сверился с календарем. – Пусть будет тот же день и час, – пробормотал он, делая пометку. – Если, конечно, чего-то непредвиденного не случится. – Питер одарил ее краткой ободряющей улыбкой. «Бедная девочка просто контуженной выглядит», – подумал он. – А теперь нам обоим пора опять за работу.

– Есть, сэр, – сказала Роббинс. На лице у нее сложно было что-то прочесть, зато в голосе звучало откровенное изумление. – Еще раз спасибо вам, сэр, – добавила она и, приняв стойку «смирно», порывисто отдала честь.

Редер по такому случаю даже встал и как полагается ответил. Затем Синтия четко развернулась и вышла из кабинета.

«Пожалуй, она просто застенчива», – подумал Редер. Он уже замечал, что люди, совершенно неспособные внятно выразить свои чувства, часто прибегают ко всяким экстравагантным и неловким жестам, чтобы все-таки дать окружающим понять, что они имеют в виду. Или хотя бы то, что они вообще имеют что-то в виду. Питер покачал головой. «Надеюсь, она не диверсантка, – подумал он. – А то мне даже подумать страшно о сглаживании ее острых углов, если она таковой окажется. С другой стороны, именно острые углы убеждают меня в ее невиновности. Ведь эта девушка просто как бельмо на глазу. Вряд ли успешный шпион обладает таким качеством. Хотя была Мата Хари… Но ее вряд ли можно успешной шпионкой назвать… Ладно, Редер, за работу!» – скомандовал он себе и снова сел, чтобы погрузиться в донесения.

После недельного перелета небольшой конвой уже приближался к точке Транзита. Возглавлял процессию истребитель «Радклиф».

Старшина Донна Ямарильо сидела за пультом, отслеживая сигналы в непосредственном окружении конвоя. Она с головой ушла в запутанные потоки данных, которыми в форме красочных сигналов и колонок текста кормил ее голоэкран. Внезапно ее внимание привлек один особенный эхосигнал, очень похожий на отправку капсулы с донесением через точку Транзита.

«Черт возьми», – подумала Ямарильо, и пальцы ее заплясали на гладкой поверхности пульта, снова запрашивая данные.

– Сэр? – настойчиво обратилась она затем к своему непосредственному начальнику.

Лейтенант Барри Слейд тут же к ней подошел.

– Что у вас, Ямарильо? – спросил он. Она воспроизвела для него сигнал.

– Не знаю, сэр. Похоже на капсулу с донесением. Но когда вокруг столько кораблей, это вполне могло быть разогревочным эхом Транзита… вот, видите?

– Да, похоже на капсулу. Можете сказать, откуда пришел сигнал?

Ямарильо виновато помотала головой.

– Никак нет, сэр. Могу только сказать, что он пришел откуда-то сзади.

– Ладно, – сказал Слейд. – Я доложу капитану. Продолжайте работу. – Он улыбнулся. – Она у вас ладится.

Затем лейтенант сделал четыре шага по узкому кругу капитанского мостика истребителя и нагнулся, чтобы шепнуть несколько слов в ухо своему командиру. Капитан Каминский озабоченно потер щеку, не отрываясь от своего дисплея; способность фокусироваться сразу на нескольких вещах входила в число необходимых командных навыков.

– Закодируйте эхосигнал и пошлите его капитану Каверсу лично, – велел Каминский, а затем пожал плечами. – Больше мы ничего сделать не можем. – «Если это действительно капсула с донесением, – подумал он, – и если она тоже направляется в систему ХНО-67, к тому времени, как мы туда прибудем, от нее уже никаких следов не останется. И если она несет в себе какой-то ущерб, там уже будут готовы нам его нанести».

Каверс молча вошел в кабинет для инструктажа и тихо сел у самой двери. Капитан-лейтенант Сара Джеймс при этом даже бровью не повела, но Каверс ни секунды не сомневался, что она все заметила. Его также порадовало, что ей хватило проницательности распознать его нежелание прерывать инструктаж.

– …особое внимание, по возвращении на «Непобедимый», нужно будет уделить кольцу вокруг газового гиганта, – сказала Сара, очерчивая его лазерной указкой на голокарте. – Есть серьезное подозрение на то, что как минимум корабли прорыва блокады, а также некоторые пиратские суда попытаются скрыться именно здесь, пользуясь преимуществом того, как эти камни, льдины и прочее способны загрязнять детекторные лучи. – Она взглянула на часы. – В Транзит мы входим в одиннадцать сорок. Выходим в двенадцать ноль-ноль. Есть вопросы?

Никто не откликнулся. Тогда Каверс встал и прошел вперед.

– Капитан желает к нам обратиться, – сказала Джеймс. Все ее небольшое звено из двадцати одного человека разом встало по стойке «смирно». Затем Сара отдала капитану честь, и он ей ответил.

– Благодарю вас, капитан-лейтенант, – сказал Каверс, обращаясь лицом к аудитории.

Все сели, готовя свои блокноты на тот случай, если у капитана окажутся для них какие-то новые сведения.

– Я только что получил новую информацию от капитана истребителя «Радклиф» Каминского, которую вам, на мой взгляд, следует знать. Их компьютер зафиксировал эхосигнал, соответствующий сигнатуре капсулы с донесением, запущенной в Транзит.