Сказки о животных и волшебные сказки.Татарское народное творчество: в 14-ти томах. — Том 1. - Коллектив авторов

Привёл он дочь морского падишаха своему падишаху. Только девушка и близко не подпускает того к себе.

— Падишах мой — султан мой, — говорит она, — Таз, оказывается, такой смелый джигит, я просто так не пойду за тебя замуж. Мне нечего надеть на свадьбу. У меня дома остался целый сундук колец, если уж он такой смелый, пусть он привезёт их мне сюда. Потом видно будет, — говорит.

Падишах говорит:

— Ладно, сделаем, — и вызывает Таза.

— Ну что ж, Таз, — говорит падишах ему, — девушку ты привёз, теперь привези и её сундук с кольцами.

Услышав это Таз очень расстроился, «как же я их привезу?» — думает. Вышел он к жеребцу и начал плакать. Жеребец спрашивает:

— Отчего плачешь, Таз?

— Вот, падишах велит достать кольца девушки, — отвечает Таз.

— Не горюй, — говорит жеребец, — ты попроси у падишаха тысячу аршинов ленты. Когда доедем, той лентой обвяжешь меня. Только выпроси именно меня, чтобы ехать верхом на мне.

Зашёл джигит к падишаху и говорит:

— Я привезу, только ты дай мне тысячу аршинов ленты и дай того самого жеребца, чтобы я мог на нём поехать.

— Давай, езжай, — говорит падишах.

Дали Тазу тысячу аршинов ленты, дали того самого жеребца.

Жеребец говорит:

— Когда доедем до моря, обвяжи меня этой лентой, чтобы не осталось снаружи ни одной шерстинки. Там придётся драться со львом. Он стоит у дверей девушки. Не победив его, не войдёшь туда. Если, когда мы будем драться, на море появится кровь, ни на что не надейся, это будет означать, что я погиб. Жестокая будет драка — говорит конь.

С этими словами жеребец опускается на дно моря. Таз отсюда всё смотрит, со дна моря поднимается очень много белой пены.

Вот взял жеребец сундук в зубы. Выходит он со дна моря, Таз садится на него и они улетают. Тут за ними погнались пэри, но догнать никак не могут.

— Ладно, Таз, счастье твоё, — говорят пэри, — тебе уж достанется наш жеребец. Если бы не он, мы бы уж давно снесли тебе голову.

Таким образом, привёз Таз и кольца девушки.

Девушка говорит:

— Какой же он смелый джигит, оказывается, ведь выполнил всё, что я просила.

Теперь девушка требует у падишаха: вскипяти три казана молока. Пусть Таз искупается в этом молоке. Падишах вызывает Таза и говорит:

— Дело вот какое. Вещи девушки ты привёз, теперь прикажу вскипятить три казана молока и тебе придётся искупаться в этом молоке.

Таз с горькими слезами выходит к жеребцу:

— Эх, жеребец мой, прощай, теперь-то уж я точно погибну, — говорит. — Мне велят искупаться в трёх казанах кипящего молока.

Жеребец говорит:

— Ничуть не волнуйся, не горюй. Ты скажи: «Я искупаюсь, но только чтобы жеребец был рядом и смотрел».

После этого Таз просит падишаха:

— О, падишах мой — султан мой, теперь уж мне всё равно умирать, так пусть мой жеребец смотрит, как я буду погибать.

— Ладно, пусть стоит и смотрит, мне-то что, — говорит падишах.

Вот кипит молоко в казанах. Таз вывел коня. Вышла и дочь морского падишаха, стоят и смотрят они друг на друга. Когда Таз разделся и приготовился спуститься в первый казан, конь вдруг заржал и молоко остыло. Потом, когда джигит спускался во второй казан, конь снова ржёт и молоко остывает. Когда прыгает в третий казан, конь опять ржёт и молоко опять остывает. Когда джигит искупался в казанах с молоком, плешь на его голове исчезла, и стал он очень красивым джигитом. Дочь морского падишаха говорит падишаху:

— Вот, падишах мой — султан мой, каким был джигит, а каким стал теперь красавцем. Теперь уж искупайся и ты, тоже помолодеешь.

Падишах говорит:

— С Тазом ничего плохого не случилось, что же может случиться со мной, ладно.

Снова вскипятили три казана молока. Падишах прыгает в первый казан с молоком и там же пропадает. После этого девушка говорит:

— Эге, хотел попользоваться чужой силой, захотел так просто жениться на мне.

Затем говорит Тазу:

— Молодец, ты — настоящий джигит!

Теперь дочь морского падишаха выходит замуж за Таза. Началась такая свадьба! Еды и питья невообразимое количество, и меня приглашали, не смог вовремя доехать, если сейчас ехать — то поздно, свадьба закончилась, ничего интересного не осталось.

64. КИСЕТ

В давние времена, когда коза числилась командиром, сорока сотником, лягушка плотником, жил, сказывают, падишах. Было у него три дочери и один сын. Однажды сын пошёл в лес по ягоды. Ходил-ходил и заблудился. Заплакал. Тут встретился ему джигит и спрашивает у него:

— Энем, почему плачешь?

— Абый, не знаю как выбраться.

Джигит говорит:

— Отдашь старшую сестру, покажу дорогу, выведу.

— Без согласия отца не могу решать, — отвечает сын падишаха.

— Ну, если не можешь решать, ходи, блуждай, — говорит джигит и уходит.

Наступил вечер. Ещё один джигит встретился. Этот просит отдать среднюю сестру, обещая указать дорогу. Сын падишаха и на этот раз не может согласиться без ведома отца.

Наконец, стемнело. Другой джигит встретился сыну падишаха. Просит отдать младшую сестру. Сын падишаха теперь согласился:

— Ладно, — говорит, — отдам. Слово дал.

— Часов в восемь поутру встречайте нас радостно, мы втроём прибудем, — сказал джигит. — А теперь садись мне на спину и закрой глаза.

Сын падишаха сел джигиту на спину и закрыл глаза. Когда открыл глаза по велению джигита, увидел себя в отцовском саду. Зашёл в дом. Не разговаривает с отцом, молчит.

— Что случилось? — спросил отец.

— Да вот, так-то и так-то, трое джигитов обещались прибыть за моими сестрами.

И вот появляются эти трое. Схватили трое юношей дом за три угла, подняли и унесли оттуда всех трёх девушек. Прошло некоторое время, и сын падишаха сказал:

— Придётся мне пойти искать своих сестёр.

Отправляется он в то место, где заблудился. Ходил он по лесу, ходил и набрёл на землянку. Зашёл он в ту землянку и видит: лежит старуха, нижними зубами в потолок упёрлась, а верхними — в половицы.

— Айда, айда, сват, оказывается, пожаловал, — встретила старуха сына падишаха.

Старуха, оказывается, была матерью тех джигитов, дивов. Три дня ухаживала она за гостем.

— Я пришёл повидать своих сестёр, — сказал сын падишаха.

— Сестры твои у моих сыновей, — ответила старуха, — сейчас я покажу тебе дорогу. Вот, сват, отсюда иди по этой тропинке, покуда не дойдёшь до землянки.

Пошёл сын падищаха по указанной тропинке, вошёл в землянку и увидел плачущую старшую сестру. Обняла сестра брата, спрашивает:

— Как ты, братишка, нашёл меня?

Пока разговаривали, по лесу шум пошёл, кто-то приближается.

— Эх, энем, — говорит сестра, — куда тебя спрятать, твой зять — трёхголовый див.

Превратила она брата в иголку и воткнула в подушку. Научилась за это время колдовать. Вернулся див и спрашивает:

— Где мой шурин?

— Как же ему тут быть? Ты каждый день облетаешь мир трижды, а к моему отцу не изволишь заходить. Как же шурин отыщет тебя?

— Он ночевал у моей матушки три дня, — отвечает див, — потому и знаю.

— Он ведь испугается, увидев тебя в таком виде. Ты уж обернись пригожим молодцем.

Превратился див в пригожего молодца. Три дня гостил у них брат девушки.

— Ну, теперь бы повидать и другую сестру, — говорит.

— Вот, даю я тебе кисет, — сказал ему зять, — когда туго придётся, развяжешь его. А так не заглядывай.

— Ладно. И у второй сестры с зятем три дня гостил брат, и этот зять даёт ему в дорогу кисет. И на третий раз та же самая история. У третьей сестры собрались дивы, разговаривают.

— В таком-то городе есть красавица дочь падишаха. Никто, говорят, не выдерживает, падают при виде её красоты. Говорят, кто устоит, за того она замуж выйдет.

Сын падишаха думает: «Будь что будет, всё равно надо полюбоваться на эту красавицу». Отправляется по указанному зятьями пути. По пути заходит заночевать к одной старушке.

— Бабушка, — спрашивает, — что здесь произошло, почему чёрный флаг вывесили? Какое горе?

Старушка отвечает:

— Приезжают смотреть падишахскую дочку. Как войдут, так и падают в беспамятстве. А их тем временем в подвал запирают. Сколько приходило сыновей падишахов, генералов и все падают в обморок.

Сын падишаха встаёт утром в восемь часов, идёт ко дворцу, даёт заявку, дескать, так и так, пришёл посмотреть. Девушка выходит оттуда на балкон. Сын падишаха, лишившись чувств, падает. Его уволокли и бросили в подвал. Когда он пришёл в себя, встал и осмотрелся, то увидел, что все кругом сидят, горюют, опёршись о подбородок. Он тоже закручинился, а потом спохватился: стой-ка, развяжу один из кисетов, подаренных зятьями. Развязал — и тут перед ним накрытый стол, а на нём яства и напитки разные, такие, что падишахской дочери и во сне не снились. Сидят невольники, пируют, и в это время им приносят еду. Служанка подсаживается к ним. Само собой, долго сидит в такой весёлой компании. Падишахская дочь начинает бранить её, почему, мол, задержалась.

— Постой-ка, апа, дай молвить слово. Там есть один джигит, стоит ему развязать кисет, и на столе появляются кушанья, какие душа пожелает. А завяжет — и всё обратно в кисет скрывается.