Прекрасный каратель - Каролайн Пекхам

это наказание ради неё, и вскоре они пожалеют о том дне, когда выступили против любого из нас.

Они продолжали наносить удары кулаками и ногами, избивая мое тело, пока боль не стала всем, чем я был и все, что я мог чувствовать.

Когда забвение охватило меня, я мог думать только о ней. И каким-то образом это сделало мою кончину слаще.

Рокко стоял надо мной с ремнем, обернутым вокруг кулака, и я с воплем вскинула ногу, пытаясь ударить его прямо по яйцам.

— Что с тобой и моими яйцами? — засмеялся он, поймав меня за лодыжку прежде, чем я успела нанести удар, и перевернул меня так, что мои колени ударились об пол.

Я отчаянно боролась, ожидая удара ремня в любой момент, но он отпустил меня, и я уползла. Вскочив на ноги, развернулась с поднятыми кулаками и обнаружила, что он снова застегивает ремень вокруг талии.

— Метель усиливается, они, вероятно, не смогут вернуться сегодня вечером, — сказал он, как будто мы были в середине какого-то непринужденного разговора о погоде.

— Почему ты напал на меня?! — потребовала я ответа, сильнее сжав кулаки. Я была готова бежать, драться, уничтожать. Но Рокко, похоже, не был заинтересован в продолжении атаки. Я взглянула на телефон на лестнице, мое сердце замедлилось, когда я поняла, что все это было напоказ.

— Просто передаю сообщение твоему модному маленькому жениху, — небрежно сказал он.

Мое дыхание стало поверхностным, и я опустила руки, когда он повернулся, чтобы уйти. Меня сковал страх и я поспешила вперед, поймав его за рукав.

— Пожалуйста, не делай ему больно.

Он долго молчал, и моя хватка усилилась, а сердце сжалось.

— Рокко, он в порядке? — Я не могла вынести мысли о том, что с Николи что-то случилось, пока он искал меня.

— Он будет жить, — сказал он наконец, вырвавшись и взбегая по лестнице.

Ключ повернулся в замке, и я спрыгнула на нижнюю ступеньку с небольшим облегчением. Я ненавидела мысль о том, что Николи причиняют боль, но они не убьют его. Я должна была держаться за это и молиться, чтобы его страдания были недолгими.

Я посмотрела на дверь, и мое сердце замерло, как сдутый воздушный шарик. Дом был пуст, но Рокко по-прежнему не выпускал меня. Казалось, что все вернулось на круги своя.

Где-то раздался повторяющийся стук, и я, нахмурившись, уставилась в потолок. Он медленно разносился по всему поместью, и вскоре к нему присоединилась музыка, громоподобный бас достиг меня сквозь половицы.

Я прикусила нижнюю губу и прислонилась к стене, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит.

Дверь распахнулась, и музыка хлынула внутрь, и я услышала, как Дороти играет Gun In My Hand. Я поднялась на ноги, когда Рокко достиг середины лестницы, а затем спрыгнул с оставшихся нескольких. Он приземлился с ухмылкой, его волосы упали на глаза, а в руке болталась бутылка темного рома. За поясом у него был заткнут молот, а его грудь была полностью обнажена, привлекая мое внимание на несколько мучительных секунд.

— Ты свободна, так сказать. Все ушли, и я заколотил все окна в доме.

— Значит, под «бесплатно» ты имеешь в виду, что у меня клетка побольше? — спросила я, поднявшись на ступеньку, счастливая хотя бы выбраться из этой ледяной ямы.

— У тебя в голове всего пара мозговых клеток, не так ли, Белла? — Он ухмыльнулся, наклоняясь ближе, и от него исходил запах рома и мужчины.

Я побежала наверх, сняв пальто, как только почувствовала тепло дома. Рокко взял его у меня, бросил на перила лестницы и ногой закрыл дверь подвала. В звуке была завершенность, от которой облегчение пробежало по моему телу.

Он положил руку мне на поясницу, подталкивая меня к ванной в холле.

— Умой свое красивое личико и приходи ко мне выпить.

Он подтолкнул меня в комнату, и я нахмурилась, когда он оставил меня одну. Я плотно закрыла дверь и инстинктивно поспешила к окну, но Рокко был верен своему слову. Оно было заколочено, так что казалось, что он не рискует со мной. Вот только он пил, и это могло сделать его беспечным…

Я разделась и вошла в душ, решив немного подыграть ему. Может, он напьется до комы, а я найду ключ от входной двери.

Комнату заполнил пар, пока я впитывала в себя тепло, чтобы вывести холод из костей и не дать растекаться волосам.

Закончив, я вышла из кабины и завернулась в полотенце. Я посмотрела на пол, и поняла, что Рокко забрал мою чертову одежду. Я уже собиралась позвать его и потребовать, чтобы он дал мне что-нибудь из одежды, когда заметила платье, висевшее на задней стороне двери. Это было длинное темно-синее платье с разрезом на одной ноге. Оно было шелковым, роскошным и созданным для показных мероприятий, которые я посещала всю свою жизнь.

К нему была прикреплена записка, я оторвала ее и прочитала мелкий почерк Рокко.

Не заставляй меня веселиться в одиночестве, я закончу дракой с самим собой.

Я расхохоталась, снова взглянув на платье. Я не собиралась выходить туда голой, так что особого выбора у меня не было. Кроме того, я решила пока соглашаться с его безумием. По крайней мере, сегодня это даст мне немного больше свободы.

Он не оставил мне ни нижнего белья, ни обуви, так что я надела одно платье и провела пальцами по волосам. Я резко остановила себя, сжав руки в кулаки. Какая разница, как ты выглядишь, идиотка?

Закатив глаза, распахнула дверь и вышла в холл. Я шла по лестнице на звуки музыки, проходя через огромные комнаты, и задаваясь вопросом, приведет ли это меня к Рокко.

Я зашла в большую спальню с балконом с видом на лес внизу. Стены балкона были из стеклянных окон, а покатая крыша защищала от бушевавшей метели все, кроме перил. С одной стороны балкона кипела большая гидромассажная ванна и шел пар, а с другой танцевал Рокко, одетый в черный костюм-тройку с темно-синим галстуком, который подходил к моему платью. Бутылка рома свободно висела между его пальцами, пока он двигался под грохот музыки. Он был хорошим танцором, но его, казалось, не заботил бит, он покачивался в своем собственном ритме и громко пел в небо, то и дело потягивая ром.

Кому-то другому он мог показаться сумасшедшим. Но для меня он выглядел искушением. Как человек, не придерживающийся границ и правил, которому наплевать, что о нем думают.

Я подкралась ближе,