Боливар исекая (СИ) - Богородников Алексей Владимирович

Деревенька пылала, но целых домов в ней еще оставалось немало: я выбирал в мишени помещения побольше, вроде большого здания в круг, в центре деревни. То ли хижина здешнего главаря, то ли место для попойки и сходок местных, авторитетных пацанов, а может что-то вроде казармы.

Единственное, что я не тронул — дома с края у горы. Но не потому, что там были домики победнее. В Самур, за почти сотню лет существования дикарской деревни, сумел вырваться из плена и дойти один беглец. Случилось это еще лет тридцать назад. Выживший был авантюристом-разведчиком, в каблуке его сапог был тайник с небольшим стилом-отмычкой.

Звезды так сошлись, что до него отступники уже ограбили купеческий караван, на севере и довольно далеко от самого Самура. На отходе дикари положили группу встретившихся им авантюристов, нашего героя взяли оглушенным. Профессию не определили, в руках у него был лук — решили, что лучник. Довезли до деревни, там на радостях нажрались, всех лиц женского пола полночи насиловали. Когда местный вариант Хью Гласса очнулся в крови и под крики насилуемых девушек, он сумел освободиться от цепей, вскрыть дверь темницы, убить нетрезвого охранника и пробраться по склону горы, прячась под маскнакидкой убитого бандита. Бежал, выжил в лесу ночью, дошел сориентировавшись по звездному небу до Самура. Где оставил приблизительное описание деревни и важный факт: всех пленников держат в выдолбленной в скале пещере.

В архиве стражи лежал пожелтевший рисунок-карта. Понять по нему что-то было сложно, но не бомбить рядом со скалой — я для себя уяснил. А где там была малока вождя или вигвам местного оружейника для меня неинтересно.

— Кажись всё, — я оглядел место побоища, — цели закончились.

У края леса уже сверкали вспышки огненных заклинания, блестели водные, доносились слабые крики: наш отряд встретил недобитков. В самой деревни чадили дома, лежал микс из грязи, крови и остатков строений. Мусора было — ни одно жэу не справится.

— Появляться надо так — наставительно сказал Саитане, — чтобы это место сразу стало вечеринкой.

— Чего-то тут слишком жарко для вечеринки, — мудро заметила она, глядя на пылающие развалины от деревни.

— Малинки, Малинки, такие вечеринки, — напел я, — горящие тропинки, где дымно и тепло.

Спускаться вниз мне не хотелось. Боялся не за себя — за малышку. Не нужны мне больше такие случайности как с Меламом. Сейчас команда зачистит остатки бандитов, Визас потушит чадящие обломки, тогда и слетим вниз.

— Я себе войну по-другому представляла, — поделилась со мной боевая лолька, — ну, там носишься со всеми в команде, ничего не понятно, куда командир говорит, бросаешь заклинания и бежишь. Визас мне так про войну рассказывал.

Это да, Визас Селдовир пару раз успел за карьеру повоевать серьезно. Один раз в составе экспедиционного корпуса объединенных королевств, отражая набег орков. Второй раз — наёмничая. Захватывали графство, сражались со всеми тамошними феодалами.

— Ты маг воздуха, — рассудительно выдал я, — в условиях агрессии против королевства будешь призвана и приписана в спецвойска разведывательного назначения. И по возрасту, своим умениям, ни в одной операции не будешь, скорее всего, задействована. Визас, как маг воды, воевал в штурмовой группе. У водников по скорости исполнения самые быстрые и агрессивные умения. Их всегда бросают в самое пекло.

Я умолчал, что из элитных воздушников делают диверсантов. Да, в полете они беспомощны, поскольку уже используют левитацию и колдовать второе умение одновременно не могут. Но могут выключать умение и сразу использовать второе-третье заклинание. Вот только опять играет роль дистанция. Пикирующего мага на дистанции тоже можно поймать на заклинание или стрелу. Да и концентрация на умении в полете не та, а здесь чем сложнее заклинание, тем лучшая концентрация нужна. Зафейлил один раз умение левитации, второго раза может не быть — поцелуй-ка сыру землюшку. Элитных воздушников использовали для мобильных засад с их умением перемещений. Войны здесь не сильно были похожи на земные: огромные армии с ополчением собирали редко, вперед для кайтинга выходили группы магов и стрелков.

Как помнил Джерк по рассказам Килтила: только руководство тактике использования магов в боевых действиях насчитывали несколько томов. По стихиям, в смешанных группах, в армейских корпусах, при осадах и так далее.

— Так что, пока тебе не шестнадцать, — подытожил я, — увидела безобразие, значит пролетаешь мимо и сразу докладываешь мне. Ни о каких войнушках не думаешь. Иначе, — пригрозил сурово, — лишу ученичества.

— Дядя Джерк, — широко раскрыла свои карие глаза малышка, — я для общего развития спрашивала.

Она уперла руки в бока, чуть наклонилась вперед, пародируя кого-то.

— Правильный багаж знаний и красивая сумочка сделают из милой девочки маленькую леди!

— На сумочку я сама заработаю, — добавила Риса, — а царь знаний у нас Джерк Хилл, по словам Аисаки.

— Вообще-то, Кая за меня домашку делала, — легко признался я, — а кто эта сумкина мать, которая такие советы дает?

— Сура Чариара, — выдала мне брюнетку Саитана, — неплохая девушка, всем помогает в гильдии.

— Это да, — признал я очевидное, — порхает как бабочка и пашет как лошадь. Но иногда в ней просыпается страшное насекомое. Или жалит, или развешивает на уши ювелирные украшения в виде макарон. Так что ты с ней поосторожнее!

— Она не злая, — рассудила Риса, — просто она так старается, но у неё ничего не получается, потому бывает срывается.

— Очень хорошо, — зловеще сказал я, — придется Сурой заняться лично!

И то ли я настолько умело подошел к кастингу на роль главного злодея, то ли обещания от королевского наместника сами по себе звучат внушительно, но тень беспокойства на лице Саитаны мелькнула. Она сразу перевела разговор на свой амулет воздуха, но мой внутренний отрицательный герой уже выстроил логическую цепочку: приду к Нетфису, запугаю Суру, получу еще одного мага.

Еще мне не давал покоя странный матовый отблеск с горы напротив. Как только мы обосновались на уступе, с которого разнесли дикарей, я приметил белое пятно, бликующее на солнце. Сначала я подумал на снег или ледник, но потом до меня дошло. Гора напротив была невысока, этакий отросток горного хребта и снег на такой высоте сомнителен.

Поделился выводами с Рисой. Она пожала плечами: всегда можно забраться поближе и взглянуть своими глазами. Потому мы дождались нашего отряда, прыгнули с уступа, пролетели в свободном падении весь путь, затем Саитана включила парение, и мы важно спланировали под восторженными взглядами отряда.

У них был один трехсотый в руку, мой коллега по стихии света Руди Блорин его уже подлечил. По словам Аисаки всего на них выбежала группа из сорока выживших бандитов, половина которых сразу полегла от заклинаний, еще штук десять успели застрелить лучники, остальные, побросали оружие и встали на колени. Универсальный жест сдачи на милость победителей.

— Идем пятёрками, прикрываем друг друга, — приказал я, — Визас тушит очаги возгорания, добиваем тяжелораненых, связываем остальных. У меня с Рисой важная исследовательская миссия, командование принимает Кая Аисаки.

Кая подняла вопросительно бровь, но при всех приставать с расспросами не стала. За эти качества всегда восхищался лисодевочкой: игривая в минуты отдыха, когда надо — серьезный товарищ и ответственный исполнитель.

Мы с Саитаной в три приёма добрались до вершины горы напротив, где я, вернее Самур, стал обладателем великолепного мраморного месторождения. Грязно-серые камни, белая крошка — сразу не понять, что это такое, но местами дожди и оползни срезали поверхность, оттуда посверкивал симпатичный, дорогой и нужный ресурс.

— Это нужные камешки? — с любопытством спросила Риса, смотря как я растираю и счищаю грязь с поднятого обломка.

— Ну, тысчонку-другую золотых за тонну камушков срубить можно, — пробормотал я задумчиво, — умеючи-то. Они больше для декоративного ландшафтирования, галтовочный барабан примитивный соорудить не проблема. А вот из больших камней нарезать блоки, да распилить на плиты для отделки вторых терм, да короля туда привести…