Кровь Империи (СИ) - Соболев Игорь

К участию в военных действиях зартинийские власти сумели привлечь Камгарское государство, правители которого всегда были готовы к активной политике. Тайные посланники «Имперского Яблока» поспешили в Арзулан с одной очень деликатной миссией. При себе они имели большую денежную сумму, золото, драгоценности и богатые подарки для Хорна Безбрового, безжалостного лидера, сокрушившего Румтанию, посадившего на престол в Кортубе своего ставленника и разгромившего правителя атталов Тивельда Однорукого в битве у Анчарского Болота.

Рискуя жизнями, зартинийские посланники пересекли Орлио, не попав в поле зрения гарлондских дозоров, сновавших вдоль берега. Счастливо избежав встречи с противником, они достигли Арзулана. Но даже прибыв в столицу Камгарского государства, искусители не могли оставаться спокойны. В Арзулане произошла очередная смена правителя, который неизвестно как мог отреагировать на зартинийские предложения. Представителям Кемена II сопутствовала удача.

Грозный король Хорн Безбровый к тому времени уже скончался, передав трон без кровавой резни (редкий случай в камгарской истории) своему племяннику Салаат — Оллу.

На «Круге Черных Всадников», на котором каждый «вольный всадник» мог предъявить свои претензии на трон, Салаат — Олл, умный, расчетливый и хитрый, был признан следующим правителем Камгарии. Молодой правитель нуждался в золоте, нуждался в признании со стороны могущественных держав и нуждался проведении крупной кампании для того, чтобы отвлечь беспокойных подданных от внутренних интриг. Зартинийцы сумели убедить Салаат — Олла, что в момент отсутствия Велендорфа II территория королевства осталась практически беззащитной. Поскольку главные силы Гарлонда находились далеко на юге, то грозный монарх не сможет помешать нападению. Обещая поддержку, союз и выплатив огромную сумму, зартинийцы сумели подвигнуть камгарского лидера, на нападение на гарлондские владения.

Камгары исполнили свою часть договора. Вторжение получилось неожиданным и потому чрезвычайно успешным. Разорвав мирный договор и переправившись через Нейр, камгарские орды опустошили северные провинции Гарлонда, дойдя почти до крепостных валов Рейнгарда. Не встречая сопротивления, они взяли огромную добычу. Чувствуя безнаказанность, камгары хозяйничали в Гарлондских пределах на протяжении нескольких несколько месяцев. Лишь новости о том, что Велендорф II спешным маршем движется к Тариту, отрезвила опьяненных добычей разбойников.

Разъяренный гарлондский монарх вынужден был покинуть территорию Зартинии для того чтобы изгнать захватчиков с собственных владений. Акерумцы как могли, препятствовали уходу столь боеспособной части войска, предлагая даже надавить на слабого арсинийского монарха, чтобы тот выступил против камгаров, но подобные почти фантастические аргументы не возымели должного действия. Сложность и непредсказуемость внутреннего политического состояния Арсинийского государства не могла служить поводом для построения долгосрочных отношений. Борьба различных группировок за власть заставляла менять политический окрас Вистиона по нескольку раз в месяц. Гарлондцы не поддались на уговоры своего союзника. Оставив несколько отрядов для усиления акерумского войска у стен осажденного города, Велендорф II поспешил в Гарлонд.

Подойдя к Рейнгарду и пополнив армию, правитель действовал стремительно и предельно жестко. Настигнув врага, он разил его беспощадно. Остатки камгарских сил, не успевших уйти обратно за Нейр, были разгромлены, собранная в Гарлондских пределах добыча отбита. Кавалерия «железных», переправившись на восточный берег Орлио, совершила рейд по камгарским владениям, сжигая и опустошая пастбища и разбивая отряды врага, оказывавшего хоть малейшее сопротивление. Захваченные в плен камгары были казнены, их трупами завалили дороги, ведущие к Арзулану.

Салаат — Олл не желал возобновления большой войны с Гарлондом, он и так получил богатую добычу. Укрепив режим собственной власти, завладев богатствами и наполнив казну до краев, он с легкостью мог пойти на примирение с Таритом. Все возникшие недоразумения были списаны на происки недоброжелателей и дурных советчиков. Кроме того, Арзулан вернул часть пленников, призывая к возвращению формата отношений, существовавших между Хорном Безбровым и Ольфом II Рейнгардским. Велендорф II, силы которого изрядно поредели после двух беспрерывных военных кампаний, также вывел свои войска с территории Полуденной Равнины. Время единоборства с Салаат — Оллом еще не пришло. Продолжение конфликта между Камгарией и Гарлондом не последовало, Арзулан и Тарит подписали мирный договор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Впрочем, для Зартинии это уже было все неважно. Камгария выполнила отведенную ей миссию, получив богатую добычу. Гарлондский монарх вместе со своей армией покинул пределы Зартинии. Словето устоял.

Глава 56

Акерумцы находились в состоянии растерянности. Что предпринимать далее? Киронцы опасаются действий флотилии «Приморского Союза» у самых ворот своей столицы, Аларий Морской Демон наращивал силы, поскольку из Марионского моря прибыло долгожданное подкрепление. Кроме того, зартинийская армия пришла в движение, пытаясь деблокировать Словето. Самый талантливый и потому наиболее опасный противник империи — Велендорф II находился далеко. Сейчас Тирс готов был решиться на генеральное сражение. Шансы обеих сторон были примерно равны. Удачно маневрируя, зартинйицы вынудили акерумцев отступить от Словето. Впервые за долгие месяцы город мог облегченно вздохнуть. Гарнизон изрядно поредел, комендант крепости получил рану, отражая один из приступов, рядовые воины были истощены морально и физически, но не собирались сдаваться. В знак благодарности за мужество и героизм Кемен II своим специальным эдиктом освободил жителей Словето от всех налогов, который они уже оплатили ценой собственных жизней. Этот этап борьбы оказался выигранным для Зартинии, но впереди предстояло еще одно серьезнейшее испытание.

Отойдя от Словето акерумские войска изготовились для предстоящего сражения на берегу реки Лехт. Имперский полководец выбрал сильную позицию. Один фланг был прикрыт рекой, другой широким оврагом. Акерумцы выбрали оборонительную тактику, которая едва не привела их к успеху. Яростная битва кипела целый день. Имперская гвардия «неуязвимых» отбивала одну атаку за другой. Сквозь грохот и лязг металла, под протяжный боевой клич воинов: «Империя превыше!», акерумцы раз за разом громили зартинийцев. Волна накатывалась и тут же отступала под ударами тяжелой пехоты и тучей стрел, разящих без пощады. Видя бесплодность прямолинейной тактики, зартинийский главнокомандующий пошел на хитрость. После очередной атаки, зартинийцы обратились в бегство, ложным отступлением вынудив «неуязвимых» покинуть выгодные оборонительные позиции.

Посчитав, что сражение выиграно и враг спасается бегством, акерумцы ринулись вперед, покинув свои неприступные рубежи. Зартинийский полководец, почувствовавший, что уловка удалась, только этого момента и ждал. Перегруппировав силы и бросив в решающую атаку все имеющиеся в наличии резервы, включая личную свиту и подошедшие остатки мужественного гарнизона Словето, зартинийцы нанесли неожиданный удар. Главными союзниками для них стали отвага в сердце и ненависть к захватчикам.

Акерумские войска были разбиты. Оставленный Велендорфом II гарлондский отряд сопротивлялся особенно отчаянно и был перебит практически полностью. Кровавое сражение на реке Лехт закончилось тяжелой победой зартинийского оружия. Акерумцы вынуждены были отступить, оставив часть захваченных территорий. В стане союзников по «Морскому Альянсу» распространилось уныние.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дарион еще не оставлял попыток по возращению в игру гарлондского монарха. Прибытие Велендорфа II на театр военных действий могло самым кардинальным образом изменить расклад сил. Пусть битва на реке Лехт проиграна, но противник понес серьезные потери. Проводить полномасштабные наступательные операции зартинийцы были не в состоянии. Если вновь объединить две армии, то можно всей мощью обрушиться на едва спасшего свои владения Кемена II.