Вкус твоей любви (СИ) - Ских Рина

Кто мог стучать? Кайл сразу входил в мою комнату, Ланс же и вовсе не рисковал отвлекать, предпочитая молча ожидать под дверью. Или же что-то случилось. Недоуменно сдвинув брови, пошла открывать.

Удивленно уставилась на Кайла, замершего на пороге. Оценила его хмурый вид, сжатые в нитку губы, лихорадочный румянец, горящий на щеках…

— Что-то случилось? Ты заболел? — обеспокоилась я.

Кайл коротко мотнул головой, продолжая молчать. В груди поселилось предчувствие чего-то совсем нехорошего. Коснулась эмоций Кайла и отдернулась, наткнувшись на дикую смесь из горечи, тоски и самой капли вины.

Посторонилась, давая ему пройти. Тихо выдохнула, пытаясь унять участившееся сердцебиение, ощущая, как пересохло во рту, а ладони стали влажными.

— Кайл? — позвала его растерянно.

— Я должен уйти, — выдохнул он, отвернувшись от меня.

— Хорошо. В университет? Или с Нейтаном договорились о встрече? — уточнила, вспомнив, что эти двое неплохо спелись, что не могло не радовать.

— Нет. Это все неправильно. Я не могу так. Думал, что смогу, но… Особенно сейчас, когда обрел свободу… — он осекся, с коротким стоном запустив руки себе в волосы.

Меня снова кольнуло его острой тоской и неожиданной решимостью. Не желая отвлекаться на эти чувства, чтобы не перепутать их со своими, закрылась, устало прислонившись к стене.

— Я не понимаю… — прошептала пересохшими губами, хотя, чего скрывать, уже поняла, о чем он. Но не могла побороть мазохистское желание услышать все от него.

— Я должен отыскать свою сестру. Она — самое важное, что есть в моей жизни.

Эта простая фраза резанула по сердцу, но при этом подарила облегчение. Я прекрасно помнила, как много его Никки значила для него. И собиралась на днях поговорить с Нейтаном на эту тему, но все не было подходящего момента.

— Поговори с Нейтаном. Уверена, он поможет. Нужно лишь подождать…

— Нет. Я и так слишком долго ждал. Спасибо за все, но я должен уйти, — ответил Кайл глухо, все так же избегая смотреть мне в глаза.

— Но… ты ведь… вернешься? — последнее слово я практически прошептала, не в силах справиться с эмоциями. Еще никогда я не чувствовала себя настолько беспомощной.

— Не знаю. Не уверен… Какой в этом смысл? Я не смогу больше быть твоим рабом, Лана, понимаешь? С каждым днем я все больше растворяюсь в тебе, твоих желаниях, готовый на все, лишь бы тебе было хорошо, это перерастает в зависимость… Но это неправильно! Я не готов растоптать свою личность ради… Прости, — Кайл наконец-то обернулся ко мне. Его глаза сверкали решимостью, но в них плескались боль и отчаяние.

— Разве я прошу? Разве заставляю тебя переставать быть самим собой?! Последние месяцы в Инферно ты был моим мужем, со всеми правами! — я резко перешла на крик, задыхаясь от обиды и ярости, вскипевшей в груди.

— Прости. Я не хотел причинять тебе боль. В Инферно все было по-другому, совершенно иная реальность. Возможно, если бы мы там оставались, мы были бы счастливы с тем, что имели, но… Это наш мир. Здесь я уже не твой муж. Простой парень. Без образования, без гроша за душой, бывший раб, который никогда не отличался особой покорностью… И не уверен, смогу ли снова. Это вопрос времени, когда между нами произойдет раскол. Я не смогу больше постоянно подчиняться, тебе быстро наскучит моя непокорность… То, что между нами, просто угаснет, сотрется под гнетом обстоятельств. Так не лучше ли прервать все сейчас, на самом пике наших отношений, сохранить эти воспоминания, чтобы спустя годы перебирать их долгими вечерами, улыбаясь отголоскам чувств? — он говорил спокойно, его голос почти не дрожал, когда каждым словом будто вонзал иглу в мое сердце.

А самое ужасное, что его слова находили отклик в моей душе. В чем-то я была согласна, хоть и не могла себе в этом признаться.

— Ты так в этом уверен? Что у нас не получатся отношения на равных? — я все же задала этот вопрос удивительно спокойным тоном, теребя пальцами браслет на запястье.

— Да. Я помню, как ты скривилась, когда Нейтан только заговорил о моем освобождении. Возможно, это спонтанная реакция, но внутренне ты была не готова выводить меня из статуса раба. Я не обвиняю, такова твоя натура… Ланс — тот, кто тебе нужен. Он будет именно таким, как надо: покорным, когда тебе того хочется, и показывать характер, когда того будет требовать ситуация. Знаешь, я на самом деле рад, что удалось его забрать с собой. Я бы не смог тебя оставить, что бы не стояло на кону. Сейчас же уверен, что оставляю тебя в надежных руках…

— Замолчи! — резко приказала я, не желая больше этого слушать. Где и с кем мне оставаться — уж точно не ему решать! Но Кайл лишь понимающе улыбнулся. Своими выпадом я лишь подтвердила его слова. — Наверное, ты прав. Мы бы не продержались долго вместе. Тебе действительно следует уйти сейчас. Надеюсь, ты найдешь свою сестру, и вы будете счастливы, — я даже нашла в себе силы сказать это ровным тоном, не позволяя слезам отразиться в голосе.

— Спасибо. И прости, что не сумел… Можно тебя обнять на прощание? — попросил Кайл совсем тихо.

Я лишь кивнула, с трудом сдержав всхлип, когда он прижал меня к себе теплыми руками. Сейчас все силы тратила на то, чтобы выглядеть бесстрастной и не коснуться его эмоций. Незачем. И так видела, что ему тяжело далось это решение. Мне осталось просто продержаться до его ухода.

— Нам же было хорошо вместе? — я все же не удержалась от вопроса.

— Безусловно.

Я, скорее, почувствовала, как на его губах появилась грустная улыбка.

— Повторим на прощание? — слова вырвались прежде, чем я сумела остановить себя.

Я ни на что не надеялась, не пыталась его удержать. Решение принято, и я его полностью поддержала, не собираясь поворачивать все вспять. Слова сказаны, выводы сделаны, чувства… чувства растоптаны. Но я до боли хотела снова почувствовать его поцелуи на своей коже, ласковые касания, наполненные нежностью, которые, казалось, задевают самые потаенные струны души, услышать стон наслаждения, увидеть восторг в его глазах в преддверии оргазма…

Кайл понял меня верно. Больше не было сказано ни слова. Лишь жадные поцелуи и объятья, пронизанные тоской. И тем ярче, острее были ощущения, когда каждый из нас осознавал, что это все в последний раз: последний поцелуй, последний гортанный стон, последний взгляд глаза в глаза, последний оргазм, разделенный на двоих…

— Тебе, наверное, нужны деньги? Я могу дать немного, — вспомнила я уже позже, натягивая платье, пока Кайл непослушными пальцами застегивал мелкие пуговички на рубашке, постоянно сбиваясь.

— Не нужно. Мне Нейтан одолжил. Я потом верну ему, как найду Никки, — он покачал головой.

Нейтан, значит… Впрочем, могла бы и догадаться. К кому еще Кайл мог обратиться за поддержкой и помощью? И, конечно же, он тоже был уверен, что поступает правильно…

От этого еще одного невольного предательства снова защемило сердце. Я с силой закусила губу, чувствуя солоноватый привкус крови, только чтобы не разрыдаться сейчас. Рано. Пока еще рано.

— Пообещай мне одну вещь. В память обо всем хорошем, что между нами было, — произнесла я деревянным голосом.

— Да? Все, что угодно.

— Не возвращайся ко мне. Я не хочу больше никогда тебя видеть. Останься для меня просто приятным воспоминанием, — отчеканила я.

— Лана, я…

— Пообещай! — практически крикнула с надрывом, уже не в силах сдерживаться.

— Хорошо. Как пожелаешь, — тихо ответил он, подарив мне еще один взгляд, полный боли. Но меня это уже не волновало.

Я просто молча встала и отошла к окну, не желая видеть, как он уходит. И продолжала стоять с неестественно прямой спиной, чувствуя, как по щекам катятся горячие слезы, когда услышала шаги за спиной. До побелевших костяшек вцепилась пальцами в деревянный подоконник, когда почувствовала движение воздуха возле волос, словно кто-то хотел коснуться меня, погладить по голове, но так и не решился. Крепко зажмурилась, из последних сил сдерживая глухие рыдания в груди, услышав скрип половиц на выходе из комнаты, когда меня оставили в одну. И лишь вздрогнув от приглушенного стука входной двери, когда очень важный для меня человек покинул дом, позволила себе стечь на пол и зарыдать в полную силу, до икоты, до хрипоты, позволяя наконец-то эмоциям вырваться наружу, прорвать выстроенную мной плотину…