Дороги среди звезд - Тимофей Иванов

сохранять спокойствие, — сказал я в основном для гражданских. — Мы попали в буру, скоро болтанка закончится.

Но лучше не становилось, скорее наоборот. А через пару минут какая-то дичь начала твориться и у меня на экране шлема: индикаторы произвольно гасли и загорались, что наводило на неприятные мысли. Что в нашей птичке, что в доспехах вся электронная начинка была надёжна защищена от всего чего можно, и нельзя, чтобы её, к примеру, не было возможности спалить электромагнитными импульсами. То, что происходило, было чем-то очень нездоровым. Однако же реальность, данная нам в ощущениях, твердила об обратном. А для полного счастья я начал чуять что-то в своём псионическом восприятии. В наушнике раздался голос итальянца, сдобренный помехами:

— Командир, я какую-то дрянь чую. Не так, как тогда, на Земле, но есть что-то общее.

— Не ты один, к тому же, что бы это ни было, оно влияет на технику, — ответил я, а затем связался с Рюгеном: — Капитан Миятзаки, меня слышно?

— Так точно, но мы уже несколько секунд не видим вас на радарах… — ответил мне голос японца. И вновь с помехами: — У вас всё в порядке?

— Пока да, но возможно это временно. Тут какая-то странная буря, сдобренная псионикой. Электроника от неё с ума сходит. Подготовьте десантный наряд к вылету и вызовите на всякий случай группу А. Только лучше бы им садится за пределами этой аномалии и дальше двигать по земле.

— Понял вас, — ответил офицер.

— Серый, с Пятёркой связывался? — спросил я у пилота.

— Пробовал, молчат, — коротко отозвался он, борясь с управлением. Так себе ситуация. Возможно, что внизу приборы окончательно взбесились и просто уже не работают, но мой седалищный нерв явственно намекал, что дело ещё хуже. Вдруг раздался крик пилота:

— Держитесь!

Спустя секунду мы встретились с землёй и проскрежетали опорами по посадочной площадке. Приземление вышло жёстким, можно сказать, что Фома накаркал.

— Все живы? — спросил я на общей волне и, дождавшись утвердительных откликов, скомандовал: — Тогда отстёгиваемся и идём внутрь одной группой. Пилотов тоже касается.

— А шаттл? Без связи ведь останемся, передатчики доспехов не добивают до орбиты, — спросил Серый.

— Да чёрт с ним, из диспетчерской попробуем связаться, — ответил я. — Берите заодно оружие из аварийных комплектов.

Через минуту препирательств и немного мата, чтобы успокоить штатских, мы двинулись вперёд. Оставалось только порадоваться, что сервоприводы бронекостюмов работали нормально, страдали только более тонкие вещи типа системы наведения, отображавшей место прицеливания на забрале шлема или датчиков внешнего давления. Могло быть хуже, без искусственных мышц двигаться в доспехах проблематично. Гражданские и пилоты, правда, таких проблем бы не испытали: они были в обычных защитных скафандрах от агрессивных сред. Когда аппарель открылась, перед нами предстала пелена вулканического пепла, которую кружила буря. К счастью, видимость была достаточной, чтобы мы увидели шлюзовые ворота здешнего мелкого космопорта, через который металл отправлялся шаттлами на орбиту к грузовикам. Бойцы вышли из нашего транспорта и установили периметр, после этого по рации пришли доклады, что всё чисто. Затем мы двинулись вперёд, солдаты рассыпным строем, гражданские в центре. Шлюз был стандартным и отозвался на коды доступа, внешняя дверь открылась.

— Костюмы держать герметичными, — скомандовал я, рассматривая два трупа: один в лёгком гражданском скафандре с отметкой техника, второй в обычной одежде и с дыркой посередине лба от выстрела. Стрелял, похоже, техник, пистолет всё ещё был в его руке. Только начерта чиновник-то за ним вообще полез? Открылась бы дверь наружу и ему пришла бы кабзда от местной атмосферы. — Вас, Жека, осмотрите трупы.

Через несколько секунд пришёл доклад:

— Техничка, похоже, скончалась от кровотечения, внутри весь скафандр кровью заляпан. У мужика в руке до сих пор зажат нож.

— Всё чудеснее и чудеснее. Отелло и Дездемона, млять, — пробубнил, отводя гражданских к стене, когда начала открываться дверь внутрь комплекса. Тут обнаружились ещё два трупа в скафандрах и пятеро в гражданке: — Затаскивайте этих двоих внутрь к остальным и обшмонайте карманы, может, чего поймём. Фома, бери отделение и сходи-ка в дежурку охраны, там должны быть записи с камер.

— Есть, — козырнул итальянец и пошёл выполнять приказ. Странная история. Псионическое воздействие бури, сами ощущения, теперь ещё и трупы, а главное попытки докричаться до персонала комплекса по связи до сих пор ни к чему не привели.

Вдумчивый осмотр тел показал, что все они были из разных служб и отделов. Обладателей скафандров убили холодным оружием, одетые в обычную одежду скончались от множественных огнестрельных ранений, и у всех были прострелены головы. Я присмотрелся к следам крови и пришёл к невесёлым мыслям. Один парень, похоже, получил три выстрела в грудь, но продолжал двигаться, пока ему не прострелили башку. Вдруг раздался голос итальянца:

— Влад, я нашёл записи, тебе стоит на это взглянуть.

— Иду, — ответил я. В каморке охраны нашлось ещё два трупа: старший смены и его помощник. Эти двое друг друга перестреляли, правда голова без мозгов была только у молодого парня.

— Смотри, — указал мне Франческо на монитор.

Первая запись касалась как раз дежурки. Помощник вдруг толкнул начальника, повалив его на пол, а потом полез в кобуру. Старший смены похоже был из ветеранов и схватился уже за свой пистолет, откатываясь в бок. Началась стрельба. Мужик в возрасте попал в плечо нападавшему — и всё после такой раны должно было бы закончиться, но вышло иначе. Парень проигнорировал ранение, сделал ещё несколько выстрелов, а два из них попали в грудь старшего смены, который сумел «дострелить» обидчика. Я переключил своё внимание на запись того, что происходило перед шлюзом, где мы нашли трупы в скафандрах и проговорил:

— Вечно у нас д@рьмо летит тугим потоком. То никаких проблем, то беда не приходит одна. Что этой дряни мешало начаться, когда мы с эделькинами разобрались бы и с Лигой всё наладилось?

Стоило этим словам слететь с губ, как все мы почувствовали псионический удар. Я схватился за стол, чтобы не потерять равновесие, а от дверей наружу раздались шум и крики…

Глава 21

Каждый, право, имеет право

На то, что слева, и то, что справа,

На черное поле, на белое поле,

На вольную волю и на неволю.

Машина времени. Право