Он почти изменил мiр (Acting president) (СИ) - Владимир Викторович Бабкин

Прожевав очередной кусок и запив соком, Маша поинтересовалась:

— Доволен?

Пожимаю плечами.

— Да. Вероятно. Вполне вероятно, что война на Дальнем Востоке может стать неизбежной. Слишком уж наши интересы там противоречат интересам Японии. Они категорически не хотят нас видеть в Маньчжурии, хотя лично я бы предпочёл, чтобы японцы сцепились с американцами. Помнишь, я тебе про налёт на Пёрл-Харбор рассказывал?

Императрица кивнула.

— Конечно. Славная была операция.

Делаю неопределённый жест.

— Оно, как-бы, да, но не совсем. Впрочем, ты в курсе, чем всё закончилось в той войне. В общем, если война на Дальнем Востоке для нас «вероятна», то вот засуха в Поволжье и прочих регионах точно будет и будет неизбежно. И без «Большой зерновой сделки» мы могли бы и не пропетлять. Так что, я доволен. Хотя накладки сыпались за накладками. Иногда, да простит меня твоя верная Натали, мне её Емца хотелось просто задушить. А Скарятин, так тот вообще…

Маша кивнула:

— Да, кстати, о Скарятине. Что ты решил с барышнями?

— С какими барышнями? Я их, вроде, перепоручил ведомству Натали. Что ещё я должен был там решать?

Царица отпила сок. Вот знаю я хорошо это задумчивое выражение на лице супруги.

— Я слышала, что дочка Баруха хочет поступить в Константинопольский универ.

Теперь моя очередь отпить красного сухого кавказского вина из бокала.

— Ну, и что ты придумала на сей раз?

— Надо это использовать.

Усмехаюсь:

— Можно вывезти девушку из Рима, но нельзя вывезти Рим из девушки. И?

— Нужно вытащить дочку Баруха в Константинополь, а Нину фон Крузенштерн отправить с ней. Ты же помнишь, Нина Ивановна Келлер, в девичестве Крузенштерн, 26 полных лет, родилась в ноябре 1893, в Тифлиссе, родители граф Иван Филиппович Крузенштерн и Мария Левановна фон Крузенштерн урожденная Меликова. Выпускница Смольного института благородных девиц. Нина Ивановна вторая жена полковника гвардии Александра Фёдоровича графа фон Келлера.

— И?

— А первой женой графа была Ирина Владимировна Скарятина — сестра нашего американского егермейстера…

Хмуро:

— Я знаю биографию фрейлины моей матушки. И что?

Улыбка.

— Не нервничай. Она нам нужна.

Морщусь, как от зубной боли.

— Вот, скажи, нафига она здесь нужна? Я про Крузенштерн. Не вообще, а конкретно в контексте этого дела? Палево же очевидное. Кто ей поверит, если ясно, что она засланная к Барух?

Императрица улыбается, со свойственной ей улыбкой. Римской такой улыбкой. Безжалостной и холодной.

— А нам не нужно, чтобы Крузенштерн попадала к Барух. Наоборот. После того, как ей предложат работу преподавателя хороших манер и дворцового этикета в Доме Барухов, она должна отказаться.

Хмыкаю:

— Продолжай.

— Она придёт туда и скажет, что она только что получила из посольства Единства известие о том, что ты её Высочайше помиловал, дозволил вернуться в Империю и сдать испытания на поступление на очную форму Константинопольского университета. Поэтому она не может принять столь выгодное и щедрое предложение. Тоска по Родине и опасение, что Государь может передумать, заставляет её незамедлительно вернуться в Россию. Так что, типа, извините, я знаю, где дверь.

Совсем не по царски чешу затылок.

— И что дальше?

— Дальше? Чем дальше будет пытаться удалиться Нина, тем с большей вероятностью Барухи, учитывая настоятельное желание дочери отправиться в Константинополь, будут уговаривать её задержаться за месяц в Америке и обучить одну барышню придворным манерам русского Двора. Нина откажется, скажет, что за месяц обучить невозможно, а она не может опаздывать к началу вступительных испытаний в университет. В общем, они её уговорят, но с условием, что Нина продолжит обучение уже в Константинополе. Нам нужно только уточнить, на какой факультет собирается поступать дочка Баруха, и устроить так, чтобы они учились не только на одном факультете, но и в одной группе. Отношения должны быть предельно формальными и рабочими, но Бель наверняка будет одиноко в чужом городе и чужой стране. Они неизбежно сойдутся. К тому же, у неё и после развода сохранился графский титул, так что подружка вполне себе для Изабеллы Барух, которая, насколько я понимаю, очарована имперской романтикой, дворянскими титулами и прочими балами. Добавим к этому страстное желание Изабеллы подражать новомодным суфражистским тенденциям, всем этим яхтам, гоночным автомобилям…

— Прыжкам с парашютом…

Кивок:

— Чинам полковника Имперских ВДВ. И всему прочему. Нам нужна эта девочка. Это нога, которую мы вставим в дверь Америки, не давая ей закрыться. Я даже буду приглашать её на чай…

* * *

КОНЕЦ КНИГИ.

ОРСК-МОСКВА. 2022 ГОД.