Миссия «Сатурн» - Екатерина Викторовна Авсянникова

ушла. Мишка так понял, они не лазали, а ходили какие-то пешие маршруты.

Тройняшки и Вовка играли в «квадрат». Тетя Тамара читала книжку. Мишка взял три кружки и сел играть с Машкой. Он прятал камешек под одну из кружек, перемешивал их, и Машка с визгом и хохотом пыталась выяснить, где же камешек.

Около полудня сели обедать. После еды Мишка заманил сестру в родительскую палатку и уложил спать. Сам взял книжку, пристроился рядом. Читал про подвиги и рекорды во время выходов в открытый космос.

* * *

На улице начало накрапывать. Мишка не обратил на это внимания. Но когда дождь забарабанил ритмично, в полную силу, он дернулся.

Открыл глаза. О том, что находится не на Земле, а на Титане, Мишка подумал не сразу. Сперва спросонья стал шарить рукой по полу, искать Машку: не уползла ли она куда-нибудь. Но вместо сестры наткнулся на деревянный ящик, куда перед сном сложил свои вещи.

Проморгался, посмотрел по сторонам. Леша и Валик спали.

Мишка прислушался: на улице лило как из ведра. Вдруг со стороны гор что-то громыхнуло. Не долго, раскатисто, как гром на Земле, а коротко и угрюмо. Бах, бах, бабах… Будто с гор скатился какой-то камень.

– Леша, Валик, – пробормотал Мишка. Никто не ответил. Он позвал громче. Леша промычал что-то и повернулся на бок. Мишка подвинулся к нему, потрепал за плечо:

– Леша, проснись!

Тот открыл один глаз:

– Что случилось?

– На улице дождь.

– И что? – Леша широко зевнул и хотел отвернуться, но Мишка продолжил:

– Сильный дождь. Послушай.

Леша прислушался. Снаружи снова загрохотало.

– Валик, вставай! – Леша вскочил на ноги.

– Что такое? – промычал Валик.

– Слышишь, стихия разбушевалась? Хорошо, вертушки на ночь убрали.

– Что это так гремит? – спросил Мишка.

– Похоже, обвал, – пробормотал Леша. – Сильный дождь мог размыть скалы. На Земле в таких случаях начинаются оползни или обвалы.

– Надо включить камеры, – сказал Валик, натягивая комбинезон. – Посмотрим, что там происходит.

Леша включил компьютер, стал переключаться между камерами внешнего наблюдения.

– Дождь действительно сильный, – бормотал он. – Почти ничего не видно.

– Боюсь, с такими темпами «вода» окажется здесь не через две недели, а через несколько часов, – встревоженно протянул Валик.

– Что будем делать?

– Надо выйти наружу, оценить обстановку… Погоди! – Валик вдруг наклонился к компьютеру. – Ну-ка назад.

Леша вернулся к предыдущей камере. Все втроем впились взглядами в монитор.

– Смотрите, здесь. – Валик ткнул пальцем в экран. В правом верхнем углу было заметно какое-то движение. Через несколько секунд снаружи снова раздался грохот.

– Лешка, одевайся.

– А я? – встрепенулся Мишка.

– Ты жди здесь.

– На улицу не высовывайся ни при каких обстоятельствах! – строго добавил Леша. – Понял?

– Что ж непонятного-то, – буркнул Мишка.

Леша и Валик ушли. Он остался один.

Снаружи лил дождь. Мишка сидел перед компьютером и переключался между камерами: наблюдал, чем занимаются Леша и Валик. Сначала они обошли базовую станцию, потом прошли вдоль береговой линии по направлению к горам. За пеленой дождя Мишка потерял их из виду.

* * *

– Мися, Мися, пойдем играть!

Он проснулся с неприятным ощущением нарастающей тревоги. Машка сидела рядом, дергала его за футболку. На улице послышались голоса: взрослые возвращались с тренировки.

Весь вечер Мишка сидел мрачный. После ужина сказал, что у него болит голова, и ушел спать.

Глава 41. Один

Дождь так и не прекратился. Леша с Валиком не вернулись. Мишка начинал нервничать. Сидеть одному в надувной бочке посреди Титана ему совсем не нравилось. Сейчас этот спутник уже не казался ему дружелюбным.

Мишка попытался выйти на связь с Лешей и Валиком – никто не ответил. Тогда он попробовал связаться с «Альфа Ориона». Тоже тишина. Видимо, из-за дождя радиосигнал не проходил.

Он несколько раз осмотрел все вокруг камерами: ни малейшего движения. Мишка выглянул в переходный отсек. Вертушки на месте, его скафандр тоже. «Выйти наружу?» – подумал он, но тут же вспомнил про категорический запрет Леши. Налил чаю, забрался с ногами на кровать.

* * *

На улице кто-то шуршал. Мишка выглянул из палатки. Майи стояла посреди поляны с телескопом в руках.

– Что ты делаешь? – прошептал он.

Она вздрогнула. Обернулась.

– Я думала, ты спишь. Ты сегодня рано лег.

– Это мой телескоп? – спросил Мишка. Трубу было просто не узнать: невероятные виды глубокого космоса украшали ее. Туманности, звездные скопления, галактики.

– Тебе нравится? – Майи улыбнулась.

– Ты классно рисуешь.

– Хочу посмотреть на Юпитер, пока он не спрятался.

– Так за деревьями ничего не видно.

– Здесь недалеко есть отличное место.

– А твоя мама не против?

– Она спит… – Улыбка Майи стала виновато-смущенной.

– Подожди меня, – пробормотал Мишка.

Он нырнул в палатку и через пару минут вернулся со своим телескопом, штативом и кофтой в руках.

– А фонарик? – напомнила Майи.

Про фонарик Мишка не подумал, потому что на поляне и без него было светло: дядя Жора у каждой палатки над входом повесил по большому круглому фонарю.

Мишка снова залез в палатку. На этот раз копался дольше: никак не мог найти свой фонарик. В итоге взял Вовкин.

Они проскользнули в заросли.

– Ты уверена, что здесь дикие звери не водятся? – спросил Мишка.

– Водятся, конечно, – отозвалась Майи. – Но крупных хищников нет, не переживай.

Она вела его по узкой тропе, забирая все выше и выше, пока они не вышли на просторную террасу. Вид отсюда открывался просто невообразимый! Внизу – черный, подрагивающий от ветра лес. Над лесом – полное звезд небо.

– Вот он, Юпитер. – Майи указала на яркую точку прямо над горизонтом.

– Давай скорее, он сейчас ускользнет.

– У нас еще час минимум. Ты не забывай: мы намного севернее. Здесь планеты никогда не поднимаются высоко над горизонтом.

Они наводили каждый свой телескоп. Потом сравнивали, что получилось. У Майи в телескопе Мишка увидел уже знакомое пятно с точками галилеевых спутников по бокам. У себя – хороший такой полосатый шарик и те же спутники.

– Потрясающе, – выдохнула Майи, глядя в его телескоп.

Дальше наблюдали поднявшуюся над горизонтом Луну.

– Как быстро она уходит из поля зрения, – заметила Майи. – В твоем телескопе еще быстрее, чем в моем.

– Дай поправлю. – Мишка наклонился к телескопу и случайно задел ее руку. Рука была холодная. – Ты замерзла?

Майи пожала плечами:

– Ты правильно сделал, что захватил кофту.

– Держи. – Мишка снял кофту, накинул ей на плечи. – И давай собираться.

По пути в лагерь Майи вдруг спросила:

– Миша, можно задать тебе один вопрос? Только ты не сердись.

– Опять про Оскара? – догадался Мишка. Он ждал этого и понимал, что без разговора про Буйновых поездка