Богоборцы 2 (СИ) - Широков Алексей

Говорят, заставить себя сделать первый шаг тяжелее всего. С уверенностью могу сказать — нагло врут! Тяжелее всего после этого не остановиться. Продолжить двигаться снова и снова, хотя практически не чувствуешь ног, ледяной дождь хлещет по телу, и то и дело натыкаешься на деревья. Ночью в лесу это не самое приятное ощущение. Особенно учитывая, что это был не чистый сосновый бор, а нормальная такая тайга, поросшая травой и кустарником и заваленная разным лесным мусором. Напороться на сухой сук гораздо болезненнее, чем получить удар ножом. От того хотя бы в ране не остаются куски дерева.

Мне пока везло. Относительно, конечно. Я заработал несколько длинных и болезненных царапин, но в остальном был относительно цел. К тому же острая боль помогла собраться и начать соображать. В частности, заставить себя достать телефон, на котором можно было включить фонарик. Служебный смарт с честью выдержал заплыв по тувинским порогам и исправно работал, правда, сразу обломав сообщением об отсутствии сети. Но идти стало легче. Появился шанс, что меня найдут быстрее, тем более, в гаджете была встроена функция радиостанции, а роль антенны выполнял металлический корпус. Дальность в подобной местности, конечно, была аховая, но, если забраться повыше, можно было попытаться связаться с военными, если окажутся поблизости. Главное было не помереть до этого момента.

Чем дольше я шёл, тем сильнее согревался. Руки и ноги вновь обретали подвижность, и через какое-то время я переключился на бег, благо света от смартфона хватало, чтобы не врезаться в деревья. Правда, ещё пару царапин от веток всё же заработал, но это были мелочи. Мне опять везло. От реки я решил не отходить. Во-первых, это был источник воды, правда, в данный момент это заботило меня меньше всего, вон с неба лилось как из ведра. Гораздо важнее, что любая река рано или поздно вела к людям. Правда, был нюанс. В тайге это было скорее поздно. Всё-таки расстояния между посёлками сильно отличались от западной части, и можно было за пару дней так и не наткнуться на следы присутствия человека. Но я верил, что мне не придётся так долго идти. И оказался прав.

Не знаю, что это были за сарай, может, старая рыбачья времянка или ещё что-то такое, если судить по небольшой пристани и перевёрнутой лодке рядом, но для меня сейчас они были дороже хрустального дворца. Пусть хлипкие дощатые домики продувались всеми ветрами, в них как минимум можно было укрыться от дождя, а ещё нашлись дрова, заботливо укрытые полиэтиленом, и даже какое-то одеяло. Замызганное и воняющее моторным маслом и соляркой, промокшее, но всё же весьма толстое, им можно было укрыться и попытаться согреться.

Но без источника тепла всё это бесполезно. К счастью, я оказался подготовлен к этой проблеме. Может, это выглядело как позёрство, но в ножнах у меня, как у настоящего городского выживальщика, лежал кремень. Такая палочка сантиметров в пять, по которой нужно было чиркнуть ножом — и получался приличный сноп искр. При наличии сухой древесины и какой-нибудь растопки разжечь костёр с таким устройством проще простого.

Дрова я нашёл, причём вполне пристойные и даже сухие. И — о чудо — там же, в отдельном мешке, нашлась пара приличных кусков трута. Причём, судя по виду, из гриба-трутовика. Это, в принципе, не сильно важно, но я слышал, что именно вываренный в золе гриб загорается лучше всего. Что для меня сейчас было особо важно.

Осталось совсем мелочь, наколоть щепы на растопку. С этим я управился за пару минут даже негнущимися от холода пальцами. Затем сложил из дров шалашик, в центр сунул растопку, дрожащими руками несколько раз с силой чиркнул по кремню ножом, внимательно наблюдая, куда летит сноп искр, и сунул кусочек трута под щепки, во всю мощь лёгких раздувая небольшие уголки, появившиеся на нём.

Не зря наши предки считали огонь волшебным, мистическим и живым. Действительно, было в нём что-то такое. Сейчас я как никогда понимал тех первобытных людей, которые убивали соплеменников, если пламя гасло. А Прометей действительно совершил подвиг, подарив огонь людям, если легенды не врут. Дрожа от холода под вонючим одеялом, я постепенно согревался и чувствовал себя живым. И даже буря, воющая и стонущая за хлипкими стенами дощатого домика, ничуть не пугала. Я точно знал, раз есть костёр — значит, я выживу, всем назло.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но, как только я решил основную на этот момент проблему выживания, и появилась свободная минута, чтобы передохнуть, в голову полезли разные мысли. Типа, а это вообще что был за нафиг? Что, собственно, произошло, и какого я бросился в реку, вместо того чтобы, например, залезть на дерево? Или ещё куда. Оно понятно, в тот момент думать особо было некогда, но всё-таки. И что за тварь на нас напала?

В том, что грузовик перевернул медведь, я не сомневался, потому что слышал достаточно историй о том, как лось или олень опрокидывали «уазик» ударом в борт. Про снегоходы я вообще молчу, там любой козёл справится, зачастую даже человеческого рода-племени. Да, «Урал» это тебе не «уазик», всё-таки сам по себе грузовик тянет за восемь тонн, плюс он был полон людей, но и этому можно найти обоснование. Горная дорога, удар с разгона в борт, колёса ушли на склон, вектор приложения силы получился под углом, и вполне мог опрокинуться. Другое дело, что масса тела зверя для этого должна быть весьма большой, а бурые мишки такими не вырастают. Значит, это был дух?

Я задумался, вспоминая внешний вид медведя. И чем дальше, тем больше странностей в нём находил. Нет, меня смутил не его внешний вид и висящая, словно тряпка, облезлая шкура. Каким ещё косолапому быть после зимовки? Подкожный жир ушёл, старая шерсть лезет клочками, вот и выглядит Топтыгин как пугало. Другой вопрос, что смотрелся он очень странно, и дело даже не в размерах.

С одной стороны, да, зверь был очень крупный, но эта аномалия из разряда допустимых. А вот что делать со слишком короткой мордой, совсем не похожей на нормальную медвежью пасть? Или чересчур длинными лапами? Да и вообще, по телосложению хищник был похож скорее на гиену, чем на медведя. Но при этом ошибиться было невозможно, всё-таки это Топтыгин, пусть и очень странный.

Дух? Скорее всего. Вопрос лишь в том какой. Тут главное даже не происхождение, мало ли легенд о медведе ходит по сибирской и дальневосточной части страны. У каждого народа был свой культ этого зверя, и каждый из них вполне мог вернуться из-за кромки. Сейчас гораздо важнее понять, что это за тварь, и чего от неё ждать. Несомненно, монстр силён, и речь даже не столько о физической мощи, сколько об энергетическом потенциале. Достаточно вспомнить, что молнии, которыми его лупил военный богоборец, по сути, ничего медведю не сделали.

Хозяин места? Очень вряд ли. Военные не потерпели бы такую тварь рядом с частью, давно бы его зачистили. Каким бы страшным хищник ни был, даже моя команда с ним бы управилась, дай нам время на подготовку. Что уж говорить о более профессиональных группах. Просто бродячий дух? Может, и для меня это был бы идеальный вариант. Да, тайга велика и является одним из самых неисследованных мест на планете. Здесь может водиться всё что угодно, вот только было одно «но», что не давало мне покоя.

Мы находились не в самых диких местах. Если дух действительно бродячий, то он просто не мог не сталкиваться с человеком. Да, напасть мог с голодухи, особенно если звериная составляющая в нём доминирует. Лёг в спячку, проснулся, видит, едут консервы. Напал, получил отпор, убежал. Если жив до сих пор, значит, очень осторожен и предпочтёт уйти куда подальше от людей, но я хорошо запомнил его взгляд. Там не было ни капли осторожности или трусости. А только безграничная ярость и злоба.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Такой никогда не бросит добычу, а судя по тому, как медведь кинулся за мной в реку, он такой считал меня. То, что его спугнули, можно сказать, удача и почти чудо. Возможно, монстр даже не испугался молний и выстрелов, а не захотел лезть в пороги. Мне дико повезло, что я их проскочил, свою роль сыграли и печати Мико, что я носил под одеждой, но вот зверя вполне могло и расколошматить, и неважно, дух он или нет. Силе первозданной стихии на это плевать.