Книга 2. Освоение Америки Русью-Ордой - Анатолий Фоменко

Берем «Сказание мест святых во Цареграде» якобы 1200 года, написанное русским архиепископом Новгородским Антонием и дошедшее до нас в списке XVI века [399], а также [787], выпуск 7, с. 120. Замечательно, что Антоний описывает Собор Святой Софии как библейский храм Соломона. Он говорит: «Во святей же Софии сохранени быша СКРЫЖАЛИ МОИСЕЕВА ЗАКОНА И КИОТ, В НЕМ МАННА» [399], а также [787], выпуск 7, с. 129. Это яркое средневековое свидетельство прямо отождествляет Софийский Собор Константинополя с известным библейским храмом Соломона.

Сегодня Большая Святая София находится с наружной стороны стены султанского дворца. А внутри дворца, с другой стороны стены, всего в нескольких десятках метров от Большой Софии находится считаемый ДРЕВНЕЙШИМ ГЛАВНЫМ ХРАМОМ Константинополя — храм Святой Ирины — Айя Ирина, Aya Irini Kilisesi. По архитектуре он очень похож на Большую Софию, но только меньших размеров, рис. 4.15. Если смотреть на мыс с султанским дворцом со стороны пролива Босфор, то виден высокий холм, где рядом стоят два храма — Большая София и Ирина. Один побольше — Большая София — и снаружи дворца, другой — поменьше, но в самом дворце — Ирина.

Если обойти сегодня Большую Софию вокруг, то в глаза бросаются несколько странностей.

Рис. 4.15. Храм Святой Ирины в Царь-Граде. Взято из [1464], с. 58.

7.2. Почему нет следов усадки Большой Софии

Первая странность — нет явных следов погружения храма в землю. Сделанный перед ним раскоп не доходит до стен нескольких метров, так что не позволяет убедиться, ушли ли в землю стены Большой Софии. Храм не обкопан вокруг. Стены Большой Софии заштукатурены, потому трудно сказать, есть ли следы перекладки окон и дверей с целью их поднятия, как в других, действительно опустившихся в землю церквях. В тех же местах, где штукатурка отсутствует, — а такие места на стенах есть, — никаких следов перекладки из-за погружения в землю незаметно. Зачем, кстати, наложили штукатурку? Например, стоящий рядом — и более древний! — храм Ирины не оштукатурен. Незаметно так же, чтобы в Большой Софии были окна, расположенные слишком низко или уже уходящие в землю.

В этом смысле Большая София заметно отличается от храма Ирины и от Малой Софии. Например, храм Малой Софии сегодня оказался уже просто на дне ямы. Прежде чем в него войти, подойти к двери, нужно спуститься на несколько ступенек вниз. Храм Ирины тоже врос в землю и обкопан вокруг почти по всему периметру на глубину около четырех метров. Раскоп виден на рис. 4.16. Сегодня земля находится на высоте левого края выкопанной ямы, там, где растет дерево. Уровень земли проходит примерно по середине фотографии.

Рис. 4.16. Стена храма Святой Ирины в Стамбуле. Храм глубоко ушел в землю. Сегодня его нижняя часть раскопана и стала видна. Фотография 1996 года.

И это понятно. Старые постройки постепенно опускаются в землю. Поэтому их приходится обкапывать, чтобы стены не разрушались, в том числе из-за сырости в земле. Кроме того, приходится перекладывать и поднимать двери, окна и т. д. Все эти признаки древности хорошо видны и у Малой Софии, и у храма Ирины, рис. 4.16, рис. 4.17. Обратите внимание на следы опустившихся в землю, а потому заложенных дверей и окон храма Ирины. Те окна, которые пока не заложены, находятся сегодня уже практически на уровне земли, рис. 4.16, рис. 4.17.

Рис. 4.17. Стена храма Святой Ирины в Стамбуле. Храм врос в землю и обкопан на глубину до четырех метров. Раскоп виден на фотографии. Видны следы опустившихся в землю, а потому заложенных дверей и окон. Другие окна, закрытые решетками, уже находятся практически на уровне земли, который проходит примерно по середине фотографии. Фотография сделана Г.В. Носовским в 1996 году.

А вот у Большой Софии следов оседания нет. Например, на рис. 4.18 сверху видна нижняя часть ее окон. Расположенных чуть выше человеческого роста. Здесь окон, вросших в землю, не видно. Конечно, может быть, у Большой Софии сделали хороший фундамент, чтобы предотвратить опускание храма в землю. Но в таком случае получится, что Большую Софию начинали делать уже в эпоху развитого монументального строительства, когда строители научились возводить такие большие сооружения. Это хорошо согласуется с нашей идеей, что Большую Софию возвели лишь в XVI веке. И действительно, турецкий историк Джелал Эссад сообщает, что Большая София «построена на квадратном основании, имевшем по 75 метров в стороне… Пришлось фундамент его положить на сеть сводов, покрытую слоем однородного бетона в 25 футов толщины» [240], с. 110. Таким образом, Большая София действительно построена на огромном, глубоком фундаменте. Причем с применением бетона! И нас хотят уверить, будто все это сделали в VI или даже в IV веке? В том числе и использование бетона? Позволим себе в этом усомниться.

Рис. 4.18. Стена храма Святой Софии справа от входа. Ясно видна КИРПИЧНАЯ кладка стен. Перед стеной поставлен саркофаг. Вверху виден низ окон. Окна расположены чуть выше человеческого роста. Других окон, вросших в землю, здесь не видно. Фотография 1996 года.

По-видимому, именно эта бетонная плита-подушка под Большой Софией и видна в раскопе, сделанном перед входом в храм и предъявляемом туристам. С целью, по-видимому, убедительно показать остатки «древней Софии», сгоревшей при Юстиниане — несколько ступеней и основания колонн, рис. 4.19. На дне раскопа — якобы покоящиеся здесь много-много сотен лет остатки паперти Юстиниановской Софии. В то же время видно, что из стены раскопа выступает край бетонной подушки, лежащей на сводах подвалов, глубоко врытых строителями в землю. Ясно, что здесь никаких остатков старой паперти быть не могло. Скорее всего, их положили после, специально для туристов. Пусть восхищаются и фотографируются.

Рис. 4.19. На дне раскопа, у входа в Большую Софию, видны покоящиеся здесь якобы многие столетия остатки паперти храма Софии эпохи Юстиниана. Однако из стены раскопа выступает край бетонной подушки, лежащей на сводах подвалов. Здесь никаких остатков старой паперти быть не могло. Фотография 2008 года.

7.3. Большая София как первый опыт циклопического строительства османов = атаманов

Сегодня Большая София — огромный каменный массив. Видно, что расползающийся храм много раз обкладывали быками и пристройками, чтобы сдавить стены и удержать купол. Все это производит впечатление первого опыта — такие гигантские сооружения надежно строить еще не умели. Учились на примере Большой Софии. Каменный массив Большой Софии настолько огромен, что даже в сильную жару внутри храма царит холод. Здание не прогревается. В других мечетях Стамбула такого же размера разница температур чувствуется намного слабее. Внутренний вид Большой Софии см. на рис. 4.20 и рис. 4.21.

Рис. 4.20. Внутренний вид Большой Софии в начале XX века. Взято из Интернета. См. также [240], вклейка между стр. 32–33.

Рис. 4.21. Внутренний вид Большой Софии в середине XIX века. Взято из [1122], с. 39.

После первого опыта с Большой Софией, стамбульские строители, надо полагать, приобрели навыки фундаментального строительства. И тут же направили их на возведение других грандиозных храмов. И действительно, старая часть Стамбула буквально покрыта огромными мечетями, размер и архитектура которых близки к Большой Софии. Но их, как известно, начали возводить уже в османскую = атаманскую эпоху. Все они построены в XVI–XVIII веках. Что же получается? Если поверить скалигеровской хронологии, то царь-градские строители, возведя якобы в VI или даже в IV веке огромную Большую Софию, успокоились и стали ждать примерно тысячу лет, чтобы с приходом атаманов снова выйти на строительные площадки и начать массовое строительство храмов, практически неотличимых по архитектуре от Большой Софии. Вряд ли такое возможно.

7.4. Легенда о драгоценных камнях

Мы считаем, что огромный храм, построенный султаном Сулейманом Великолепным в 1550–1557 годах, это и есть Большая София. А вовсе не та мечеть, которую сегодня приписывают Сулейману. Ее возвели гораздо позже. С постройкой Храма Сулеймана связывается красивое предание, считающееся сегодня полулегендарным. Оно звучит так.

Во время сооружения Храма Сулеймана персидский шах прислал Сулейману шкатулку «полную драгоценных камней, а в прилагавшемся письме шах написал следующее: „Я слышал, что у вас не хватает средств на завершение строительства… Продайте эти камни и скорее заканчивайте… Я хочу внести свой вклад в это богоугодное дело“. Письмо привело султана в ярость. Он сказал (архитектору — Авт.): „эти камни не стоят ничего по сравнению с теми, из которых построена моя мечеть… СМЕШАЙ ИХ С ОСТАЛЬНЫМИ КАМНЯМИ“» [855], с. 62.