Охота на Гитлера - Дмитрий Юрьевич Власенко

– Пожалуйста, давайте мы сейчас поедем в канцелярию, – в голосе Шнайдера зазвучали умоляющие нотки, – я вам обещаю самую комфортабельную камеру: одиночку, с видом на парк, практически однокомнатная квартира. А через два дня я окончательно оформлю ваше освобождение, уже по всем правилам, и на этом все закончим.

– Пожалуйста, герр Шнайдер, давайте вы поцелуете меня в зад! – язвительно заявил Майерс. – Это будет самый прекрасный зад. Я помою его с душистым мылом, припудрю, сбрызну одеколоном, а вы меня в него поцелуете. Не хотите? Вот и я не хочу! Вы вообще знаете, что такое камера? Вы сначала сами нюхните парашу, прежде чем мне делать такие предложения, ясно?!

Майерс повернулся и снова широко зашагал по аллее.

– Послушайте, вы не понимаете, что ли?! – Шнайдер опять побежал за ним, тряся предписанием в руке. – Вы всех нас под удар ставите: и меня, и генерала Бека, и себя тоже. Вы хотите, чтобы нас всех повесили, что ли? Если вы не сядете сегодня в тюрьму, тогда завтра посадят меня, а вас объявят в розыск. А что будет дальше – это вообще большой вопрос, слышите?

Майерс остановился и угрюмо посмотрел на Шнайдера.

– У меня в голове не укладывается: вы что мне, не доверяете? – сказал Шнайдер. – Вот же, вот предписание, поглядите! – листок в протянутой руке полковника мелко дрожал. – Я вас из тюрьмы вызволил, а вы теперь думаете, что я предатель, что ли? Вы член организации, любезный, извольте подчиняться! Это вам не игрушки: хочу – иду, хочу – не иду!

– Да не кипешуйтесь вы! – сказал Майерс. – Что вы трясетесь весь?

Шнайдер моментально упокоился, сунул листок в карман, выпрямился и сказал спокойным тоном:

– Пожалуйста, поезжайте со мной, уважаемый инженер, – выражение его голубых глаз было внимательным и строгим, как у пограничника или врача.

– Ладно, идем, – кивнул вдруг Майерс.

Стоило им сесть в машину, как Майерс вдруг вытащил из кармана пистолет и направил его на Шнайдера. Если бы у если бы у Майерса выросла вторая голова, если бы из радио вылезли маленькие зеленые человечки, если бы из-за угла вышел взвод марсиан, если бы с неба спустился Иисус Христос верхом на Вавилонской Блуднице, если бы деревья в парке взлетели и журавлиным клином направились бы на юг, если бы на Кремль вырос из-под земли – даже тогда Шнайдер не был бы так удивлен.

– Вы рехнулись? – спросил он.

– Заводите машину! – приказал Майерс.

– Инженер, вы спятили! Вы штатский человек, откуда вы вообще эту пукалку достали? – Шнайдер нервно засмеялся. – Вы что, меня убить хотите? Зачем?

– Поехали! – крикнул нервно Майерс.

Шнайдер вдруг поверил, что этот перепугавшийся подпольщик, кажется, действительно готов выстрелить.

– Слушайте, давайте вести себя как интеллигентные люди! Ну что вы, в самом деле?!

– Еще слово – я стреляю! Считаю до трех: раз, два…

– Гут, гут, не надо горячиться, – Шнайдер завел машину. – Куда ехать?

– Пока прямо, – приказал Майерс. .

Автомобиль тронулся.

– Послушайте, давайте не будем осложнять ситуацию, – попросил Шнайдер. – Не хотите в тюрьму – ладно, не надо. Как-нибудь пробьем по бумагам, оформим задним числом. Ну зачем пистолет-то на меня наводить? Мы же все одно дело делаем, герр Майерс.

– Теперь направо, – скомандовал инженер.

– Слушайте, если со мной что-то случится, то

– Прямо.

«Он меня убьет, – подумал Шнайдер. – Чокнулся. Гнида. Чума. Сука. Гад».

– Направо!

Автомобиль свернул на узкую лесную просеку. Майерс все время переводил взгляд то на Шнайдера, то на дорогу, о чем-то лихорадочно думая.

«Убьет! – подумал Шнайдер. – Не убьет. Ждем. Сейчас!»

Улучив момент, когда инженер смотрел на дорогу, Шнайдер резко нажал на тормоз. Как известно каждому, пассажир обычно к резкому торможению не готов. Они с запозданием начинают напрягать мышки спины и шеи, за счет чего они гораздо сильно подаются вперед. Не успел инженер влететь носом в приборную панель, как Шнайдер уже вырвал у него пистолет. Когда Майерс выпрямился, полковник убил его, ударив в горло ребром ладони.

– Дурак! – сказал он. – Идиот.

Шнайдер открыл дверь, обошел машину и вытащил на дорогу труп Майерса. Полковник быстро обыскал его, достал из карманов бумажник и паспорт. Подумав немного, Шнайдер вернул паспорт на место и вернулся в машину. Он бегло просмотрел улов. В бумажнике нашелся визитка генерала Бека и очень откровенное письмо генерала подполковнику графу Клаусу фон Штауффенбергу, в котором он сообщает о том, что он принимает предложение США о будущем сепаратном мире а также приказывает уничтожить известное им обоим лицо в кратчайшие сроки.

– А ведь я вам доверял, гражданин инженер, – сказал задумчиво Шнайдер, глянув в последний раз на труп Майерса. – Что же вы так… Неаккуратно!

Шнайдер сунул письмо в карман и поехал в сторону Берлина. Надо было срочно договориться о встрече с Кэт, чтобы передать Родине известие о предательстве генерала Бека. И еще нужно было отмыть автомобиль и написать отчет о пропаже секретного агента СС инженера Майерса.

Герр Зельц, за вами пришли

Когда в дверь позвонили, Зельц как раз дочитывал десятую страницу "Фауста". Уже час он лежал на диване с томиком Гете в руках, медленно продираясь сквозь нудный слог. Услышав звонок, Зельц радостно бросил книжку (к ней он не вернется больше никогда) и побежал открывать дверь, теряя на ходу тапочки.

За дверью стоял мужчина лет тридцати, а за ним чуть справа – еще один, оба в гражданском.

– Старший лейтенант Кристоф Зельц? – спросил тот, что стоял впереди.

– Я, – нервно кивнул Зельц и внимательно посмотрел на гостей.

– Группенфюрер Мюллер просит вас срочно приехать.

«Бомба, – обожгла Зельца страшная мысль. – Они все узнали. Бомба. Найдут – повесят. Нет».

Зельц удивленно поднял брови:

– Зачем я должен приехать?

– Нам не сказали. Вы можете сейчас поехать с нами?

– Подождите, мне надо переодеться,– сказал Зельц. – Не пойду же я вот так: в майке и спортивных штанах?

– Тогда, если вы не возражаете, мы подождем вас внутри.

Зельц удивленно посмотрел на гостей. «Все, это конец», – подумал он.

– Не понимаю, – сказал он равнодушно, – это арест?

– У нас инструкции, – сказал равнодушно гестаповец.

– Как вас вообще зовут?

– Я бы предложил впустить нас в квартиру, пока мы не привлекли внимание соседей.

Зельц представил себе, как завтра его будет допрашивать фрау Вошке из квартиры напротив.

– Покажите сначала удостоверение, – сказал он, сдаваясь.

– Пожалуйста, – гестаповцы предъявили документы. Тот, что стоял спереди, оказался лейтенантом Фрике, второй – майором Мустерманом.

– Входите, – разрешил Зельц.

Он хотел оставить гостей в комнате и пойти в туалет переодеться, но гестаповцы последовали за ним.

– Нет, так не пойдет, – Зельц