Клетчатая зебра - Дарья Донцова

Значит, Андрей находился в России? Но Вера была абсолютно уверена – муж за границей. Да и сам Савельев упомянул позже про тяжелый перелет в Москву. Андрей врал? Зачем? И самое главное. Абсолютно случайно в секретере Андрея я нашла то самое кольцо, которое с пальчика мертвой Ани попало в руки Светланы Фурыкиной, а потом очутилось у жены следователя. Позже перстень у Филипповой отняла моя бедная, одураченная подруга Вера и отдала его «колдуну» для проведения обряда. Ну и как вещь вернулась в семью Савельева? Да еще оказалась в его потайном ящичке? Андрей-то с какого бока в этой истории?

Вопрос был риторическим. Жанна молчала. И я продолжила:

– Потом было совсем просто. Мои приятели из МВД проверили Андрея Николаевича Савельева и выяснили – мужчина с таким именем и данными не существовал ранее, появился уже взрослым, около двух лет назад. Приобрести паспорт нетрудно. Кстати, своим пациентам Анкибу Николаевич всегда представлялся Андреем Николаевичем – ему не нравилось собственное имя, оно вызывает вопросы, улыбки. Был еще один прокол. Общероссийский паспорт внук генерала купил, а вот с заграндокументом дело обстояло сложнее. Савельев решил не рисковать, и если клиент приглашал его за пределы России, массажист выезжал, пользуясь подлинным удостоверением на фамилию Родионов. Да, кстати, не помню, я говорила, что Аник гениальный массажист? И Андрей Николаевич Савельев тоже. Достаточно будет показать мужа Веры кому-нибудь из больных, и кроссворд решится.

Когда стало ясно, что Анкибу и Андрей – один человек, я поняла, кто взял на время паспорт Кима Ефимовича. Это была не ты. Анкибу не знал про твои посещения, он сам два раза приезжал в пансион, причем на одной неделе, и приказал сиделке Яне навсегда забыть о его визитах, пригрозил в случае неповиновения выгнать медсестру вон, не заплатив той ни копейки. А девушке очень нужны деньги, вот она и прикусила язык, рассказала мне об Ане и раз десять повторила: «Внук здесь никогда не показывается».

Мне бы тогда сообразить: если человек так упорно твердит одно и то же, может, он врет? Но я не отреагировала на поведение Яны. Правда, я наконец нашла ответ на вопрос, зачем Немо убил Иру в гостинице. Не побоялся ведь прийти в отель! Анкибу-Андрей великолепно знал, что девочку везде сопровождает либо охрана, либо мать. День свадьбы Ники Пестовой был объявлен четыре месяца назад, и тогда же сообщили название ресторана, в котором произойдет торжество. Понятно, что на бракосочетание охрану не пропустят. А если Ира изобразит пьяную, ее отведут в номер, запрут там и оставят спать. Думаю, «добрый отчим» хорошо загримировался для визита в отель. С одной стороны, страшно убивать человека в гостинице, но с другой – в толпе постояльцев легко затеряться. Зато наконец-то он осуществит свою месть…

Кстати, Жанна, не понимаю одного: как ты могла согласиться на брак Анкибу-Андрея с Верой? Неужели ты не ревновала? Все вокруг считали их отношения идеальными, Андрей так заботился о жене!

Жанна вскочила и, не обращая внимания на опрокинувшийся от резкого движения стул, закричала:

– А никто не знает правды! Андрей вполз к Верке змеей, сумел поссорить ее со всеми подругами. Капал женушке на мозг ядом, бабам тоже кое-что рассказывал, вот дружба и рухнула. Одна ты осталась, потому что очень толстокожая оказалась, плюнь тебе в глаза – все божья роса. Чего только Аник не делал: отговаривал Верку с тобой общаться, на твой день рождения ее не пустил, говорил о твоей зависти, намекал, что ты на него нацелилась, но ничего не получалось. Вера пыталась с тобой ссориться, а ты лишь улыбалась и отвечала: «Солнышко, не нервничай, мы столько лет вместе!» Даже Горелик ему удалось отвадить, а уж с ней-то совсем особая ситуация!

Я тоже поднялась и стала ходить между окном и дверью. Понятно, почему Андрей сначала, увидав меня в своей квартире, нахамил мне, надеялся, что я обижусь и навсегда исчезну. Но потом спохватился. Он задумал пригласить на похороны Иры ее отца, чтобы сделать Вере еще хуже, и позвонил мне, чтобы о нем узнать. Вот только фокус не удался, я не знаю, от кого Вера родила дочь.

– Верно, Лида появилась в жизни Веры раньше меня. Горелик училась с ней в одном классе, а я была подругой первого мужа Верушки. Но с течением времени мы с ней стали более близки, Лида отошла на второй план, тем более что с годами становилась все злее и злее, – сказала я.

Внезапно Жанна рассмеялась.

– Так ты ничего не знаешь?

– О чем? – насторожилась я.

– Лидка не просто дружила с Веркой, она с ней вместе воспитывалась, Горелик – дочь ее тетки, Галины, которая взяла после суда над Фурыкиными Алену на воспитание.

Я растерялась.

– Значит, они двоюродные сестры? Но Лида с Верой никогда не упоминали об этом!

– Не афишировали свою историю.

– Почему?

– У Лидки спроси, – пожала плечами Жанна, – Верка не сразу и мужу рассказала, сообщила лишь тогда, когда он намекнул, что Горелик к нему пристает. Кстати, это правда, Лидка Анику активно на шею вешалась. Верка супругу сказала: «Я очень обязана матери Лиды. Осталась в десять лет без родителей, они погибли, и меня взяла в семью тетя Галя, воспитала, как свою дочь. Ты просто скажи Лиде, что любишь меня и не собираешься мне изменять». В общем, Анику не удалось их сразу рассорить.

– Но потом все же Лида и Вера поругались, – протянула я. – Предполагаю, что муженек не успокоился и довел-таки дело до конца.

Жанна подняла стул, села на него и положила ногу на ногу.

– Да. Аник дознался: в свое время именно Лида развела Юрия Астахова с Верой. Знаешь, из-за чего их брак рухнул?

Я кивнула.

– Никакого секрета тут нет. Верочка попала в идиотскую ситуацию, ей позвонила подруга, предложила купить детские вещи у коробейника. Вера помчалась по указанному адресу, а там ее поджидал голый парень с шампанским. Потом вдруг появился Юра. Астахов не поверил жене, которая отрицала измену, и подал на развод.

– Все устроила Лидка, – объявила Жанна. – Горелик хотела выйти замуж за Юру, клинья потом под него подбивала, но ничего не получилось. Она всю жизнь Верке завидовала! Аник ее быстро раскусил. И когда он Вере правду о той истории с Юрой рассказал, вот тут она не выдержала и поругалась с сестрой.

– Но как внук генерала докопался до истины? – спросила я.

– Какая разница! – фыркнула Жанна. – Главное, это правда. Лидка сначала все отрицала, но потом призналась. А Верка прибежала к мужу и давай рыдать: «Милый! Если бы ты знал, какая тайна есть у меня в прошлом. Но я не могу ее открыть. Сделала в юности страшную глупость! Вот соберусь с духом и расскажу…» Еще бы чуть-чуть, и она призналась бы в убийствах! Оставалось немного дожать суку!

Жанна закашлялась и схватила бутылку воды.

– Некоторые поступки порой имеют совсем иную подоплеку, чем кажется, – прошептала я. – Вроде Андрей так переживал за жену! Он вызвал врача из-за границы, отложил похороны Иры, даже пытался найти ее отца. Все выглядит как забота, но это не так. Андрей не хотел убивать жену, обширный инфаркт не был запланирован, физически уничтожать Веру он не собирался. Это было бы слишком просто, несчастной предстояло жить и мучиться: принять участие в погребении Иры, вспоминать о во второй раз потерянном сыне. Андрей перестарался в своем желании побольнее ударить жену. В больнице, где она очутилась, ей не сообщили о кончине дочери, вот Анкибу и сделал объявление по больничному радио о вскрытии тела Ирины. Но хитрый Аник наделал ошибок. Забыл, например, в шкафу у Зинаиды Семеновны пакет с детской машинкой и шапочкой. Чтобы произвести на Веру сильное впечатление, Аник нашел дома свою старую игрушку и головной убор. Думаю, их сохранила Анна Марковна. Я увидела в альбоме у Бусыгина единственное фото, на котором был запечатлен Аник, он стоял в этой шапчонке и держал в руке самосвальчик. Ким Ефимович не уничтожил снимок, потому что мальчик был на нем вместе с Анечкой. И я теперь знаю, как Горелик узнала о смерти Иры, ей сказал Андрей. Наверное, он планировал новую подлость. Хотел поставить жену на ноги и изводить ее дальше. И он действительно убил Иру. Но я не понимаю как.

Жанна вцепилась в стол.

– Я ничего не знала про Иру! Клянусь жизнью! Речь шла только о наказании Веры…

– Но теперь ты понимаешь, что Лев Горыныч ошибся? – свистящим шепотом сказала я. – Светлана Фурыкина обманула Аника, привычно подставив свою дочь. Вы издевались над ни в чем не повинной женщиной, которой не повезло родиться у плохой матери, а потом стать падчерицей маньяка. И, знаешь, разрешить любимому мужчине жениться на другой, чтобы он свел ее с ума, помогать ему в этом… это… не могу подобрать слова, как назвать такое. Может, ты сама психически нездорова?

Жанна покачала головой.

– Справедливость должна восторжествовать, – по привычке произнесла она любимую фразу и тут же охнула: – Мне плохо, голова кружится, сейчас упаду в обморок…