Королева скандала - Джилл Пол

любовных отношениях. Так было при ее жизни и остается сейчас. Бедная Диана! Ей жутко не везло с мужчинами. — Сьюзи сделала паузу, будто поощряя Рэйчел спросить у нее еще что-нибудь.

— Она часто посвящала тебя в перипетии своей личной жизни? — Рэйчел задержала дыхание, боясь, что Сьюзи сочтет ее вопрос неуместным, но, похоже, этого не произошло.

— Бывало… У нее всё постоянно происходило по одной и той же ужасной схеме: находить себе неподходящих мужчин, впадать в эмоциональную зависимость от них и нервничать по этому поводу, а потом гнать их от себя. Ты же знаешь, что ее мать ушла из дома, когда Диане было шесть? Мне всегда казалось, что детям, рано лишившимся родителей, во взрослом возрасте тяжелее устанавливать крепкие отношения с другими людьми.

«Это про Алекса», — подумала Рэйчел. Он лишился матери. Но он-то, конечно, не впадал в эмоциональную зависимость и не нервничал. Вслух она спросила:

— Ты думаешь, по той же схеме пошло бы и с Доди?

— Бог его знает, был ли он тем человеком, которому удалось разорвать этот порочный круг, но, кажется, он был хорошим. Я рада и тому, что она была счастлива в последние недели жизни, — голос Сьюзи дрогнул.

Рэйчел вспомнила о второй цели своего звонка.

— У нас не получилось посмотреть одежду. Хочешь, назначим день?

— Как насчет пятницы? — предложила Сьюзи.

Закрыть магазин в пятницу Рэйчел позволить себе никак не могла. Это был один из самых оживленных дней, и женщины искали себе новые наряды, чтобы пойти куда-нибудь в выходные. Придется привлечь Николь впервые после ограбления.

— Давай я уточню, получится ли у меня, и перезвоню.

— В пятницу я не смогу, — сразу же ответила Николь.

— Что случилось? У тебя важное свидание? — поинтересовалась Рэйчел. Николь обычно находила себе следующего парня, как только закрывалась дверь за предыдущим.

— Хотелось бы… — заметила Николь. — Нет. Я на день еду в Лондон. Прости.

Рэйчел перезвонила Сьюзи.

— Не могу найти себе замену на пятницу. Может, тебе будет удобно в какой-то другой день?

— Тогда почему бы не сегодня вечером? — предложила Сьюзи. — Приезжай после закрытия магазина. Я даже сделаю легкий ужин.

У Рэйчел гора упала с плеч: между ними не осталось никакой неловкости после интервью Алекса, Сьюзи говорила с ней так, будто по-прежнему хотела сохранить дружеские отношения.

Днем Рэйчел прибиралась в магазине, мыла витрину внутри и снаружи, вытирала пыль с полок и полировала их и во время работы думала о недавних стычках с Алексом. Все это вместе с нервным напряжением от борьбы за спасение магазина отбирало у нее кучу сил. Интервью со Сьюзи обнаружило в нем черту, очень не понравившуюся Рэйчел. Ее возлюбленный оказался безжалостным человеком, который использовал Сьюзи ради собственных интересов, вместо того чтобы отнестись к ней как к женщине, только что потерявшей близкую подругу. Его словно заклинило на этой чуши, что авария была подстроена, и любого, кто не разделял его точку зрения, он считал безмозглым.

Выдумал ли он все то, что якобы сказал зажатой в машине Диане? Это было бы непростительно. Рэйчел казалось, что Алекс перестал понимать, что это было трагическое событие, в результате которого два человека лишились жизни, а третий серьезно пострадал. Ему стоило бы проявлять побольше уважения. Что до ее мнения, так лучше б Алексу не делать этой программы вовсе.

* * *

Позже, когда Алекс позвонил из Парижа, она упомянула, что общалась со Сьюзи и что та оправилась от пережитых ею ранее страданий.

В ответ он огрызнулся:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что она страдала из-за шокирующих вопросов, на которые я обманом заставил ее отвечать? Что ты последнее время на меня всех собак вешаешь?

— Вот уж неправда! — запротестовала Рэйчел.

— Мне очень не помешала бы сейчас твоя поддержка, но, наверное, я прошу слишком о многом.

— Прежде всего, у тебя появилась возможность взять это интервью только благодаря тому, что я тебя представила.

Без Рэйчел он бы и не узнал о существовании Сьюзи, потому что она не входила в тусовку «Слоунских рейвджеров», с которыми Диана обедала в ресторанах Фулхэма, то и дело попадая под объектив, и о ней не было написано в биографии, которую купила Рэйчел.

Алекс сказал еще не всё.

— Я не могу отделаться от чувства, что ты постоянно меня осуждаешь, потому что считаешь свои моральные качества выше моих. И это тебя не красит.

Услышав столь критическое высказывание, Рэйчел растерялась. Она открыла рот, чтобы бросить ему в ответ, что вообще считает все то, чем он занимается, низкопробным, но вовремя остановилась. Уж лучше поговорить с ним в выходные, чем раздувать полномасштабную ссору по телефону.

— Я лечу обратно в четверг вечером, — сообщил Алекс, — но я останусь на ночь у Кенни в Лондоне, чтобы в пятницу прямо с утра попасть в офис.

— У Николь в пятницу тоже какая-то секретная миссия в Лондоне, — сказала Рэйчел. — Может, вам тогда приехать вместе на поезде?

— В самом деле? — произнес он, и по неестественной нотке в его голосе Рэйчел поняла, что он уже знал об этом. Это было странно.

— Ты не знаешь, что там у нее? Мне она так и не сказала.

— Не имею ни малейшего понятия, — ответил Алекс и под каким-то слабым предлогом поспешил закончить разговор, чтобы избежать дальнейших расспросов.

Рэйчел немного поразмыслила над этим и решила, что они, наверное, готовят ей какой-то сюрприз к свадьбе. Может быть, Николь помогает ему выбрать особенный подарок. Если дело было так, то лучше бы они сказали ей прямо. Она с детства не любила сюрпризы.

Глава 34

Париж. 9 июля 1931 года

Наконец Мэри выписали из американской больницы, хотя она не могла сделать больше чем пару неуверенных шагов без посторонней помощи. Ее привезли в квартиру, которую сняла тетя Минни, и туда к ней каждый день приходила медсестра делать массаж ног и спины, а потом поддерживала ее, пока Мэри заново училась ходить. Изнурительное и болезненное ощущение иголок в ногах, особенно в правой, а также летняя жара быстро ее выматывали и лишали сил.

Единственным светлым моментом стало знакомство с тетей Жака. Минни была художницей и часто сидела на площади напротив их дома, рисуя широкими мазками и яркими красками деревья, здания и прохожих. Помимо этого, она была замечательным поваром: готовила фаршированного целыми головками чеснока цыпленка с хрустящей корочкой, жарила стейки с перечным соусом и каждый день ходила на рынок за свежими продуктами. Из-за того что Мэри была вынуждена