Рим. Новый Порядок. Том 1 - Дмитрий Молдовану

Всё это верно, — согласился Публий, — но вы сами знаете, что без Египта ваши планы обречены.

Они замолчали. Торкват видел, что Кассий не имеет ответа. Да, часть знати могла бы его поддержать, но не вся. Как не крути, какой титул не имей, и какие бы крови не текли, но император Марк Аврелий является законным императором признанным и любимым в легионах. То что в указанных провинциях находятся 7 легионов, не значит что все они, полностью, поддержат Кассия против живого Марка Аврелия.

Узурпация против живого Марка Аврелия была не просто трудной задачей — она была самоубийственной. Совсем другое дело смерть императора. Совершеннолетнего Августа еще нет, а значит пост императора пуст. Это выглядело бы совсем иначе, чем при живом Марке Аврелии.

Да, Кассий был, с его слов, в некоторой переписке с Фаустиной, и в них, она сокрушалась о здоровье мужа, которое подорвала долгая война. Но проблемы со здоровьем еще не означают что тот умер.

Можно было бы пустить ложный слух, такой вариант рассматривался. Но надо понимать что те кто их поддержат, в случае если император жив и позже узнают об этом, первые воткнут им нож в спину, для оправдания в глазах Императора. Это был не лучший вариант.

Оба префета понимали что для Кассия не созрели еще условия для восстания.

Наконец Публий спросил:

— Вам прислали копию Манифеста из лагеря?

— Манифест? — удивился Кассий. — О чём вы?

— Вероятно, ваша канцелярия ещё не передала. А мне он пришёл через одного математика, которого я поддерживаю, направленного на север. Вы должны его прочесть. Это меняет многое.

Торкват сделал знак слуге. Тот принёс два свитка.

— Вот письмо и сам Манифест. Читайте, друг мой.

Кассий нехотя взял свиток. Сначала он быстро пробежал глазами письмо, хмурясь. Затем, скрепя сердце, развернул текст Манифеста.

Публий наблюдал с интересом. Как же приятно было наблюдать за людьми читающего это. Префект давал его и другим своим знакомым и друзьям. И он заметил что по тому как читает этот трактат человек, можно сказать какие мысли и идеи его посещают. Вот сейчас у генерала на лице удивление, сменяется задумчивостью. Вот хмурость что может значить то что нашел неудобные для себя слова. Наконец долгожданное потрясение и растерянность с задумчивостью.

Надо дать ему время обдумать прочитанное. Торкват проглатывал ягоды винограда, и даже из уважения не смотрел на собеседника, дабы не смущать его, глядя в другу сторону.

— Вы правы, — наконец произнёс генерал с тяжёлым вздохом. — Этот… мятеж был бы обречён. Спасибо вам, что дали мне возможность ознакомиться с этими идеями. Они действительно важны. Мне нужно многое обдумать.

— Конечно, друг мой, — кивнул Торкват.

Больше они ничего не сказали друг другу, молча поклонившись расстались. Кассий ушёл молча, унося с собой новые мысли. Даже, он не раз находил интересные грани, ранее не замеченные. Публий остался наедине с виноградной лозой и своими размышлениями. Этот Манифест был удивительным. Он менял людей, даже тех, кто не хотел меняться.

***

929(176) февраль, Карнунт, Паннония

Все дела с походами, войной и публикацией новой философии сбили меня с привычного ритма обучения. Хотя я многому уже научился, но до уровня, необходимого для управления Империей, ещё далеко.

Эти мысли я обсудил с отцом. Ожидать, что знания придут сами собой, было бы ошибкой. А пока есть время, я должен его использовать.

Фуст, мой наставник по боевой подготовке, выглядел слегка обиженным, когда я вернулся к прежнему графику тренировок. Сложно сказать, чем именно — тем, что я долго отсутствовал, или тем, что он уже начал сомневаться в моём рвении. Тем не менее, я живу с постоянным чувством нехватки времени. Хотя события здесь протекают гораздо медленнее, чем в прошлой жизни, моя жизнь насыщена до предела. Возможно, скоро у меня уже не будет возможности учиться или тренироваться в таком объёме. Надо пользоваться.

Отец пообещал пригласить новых учителей. Среди них будет его старая знакомая, известная мастерством в риторике. Мне этого явно не помешает: хотя в публичных выступлениях я достиг успехов, место для совершенствования есть всегда.

Тем временем, ситуация с племенами находилась в подвешенном состоянии. Переворот, вероятно, состоится уже весной, и мы должны быть готовы оказать поддержку старейшинам. Эта идея, кстати, казалась применимой и к другим клиентским регионам. Однако сначала надо убедиться в её работоспособности здесь. Если всё пойдёт по плану, следующим шагом будет роксоланская проблема. За ними должок. Я помню.

Вот разберемся тут вначале. А еще, есть костобоки, еще есть бури. Если подумать, то дел очень много. Но если получится нормализовать ситуацию с маркоманами, квадами и наристами, то можно оставить легата с инструкциями и далее, наводить порядок без нас. Иначе мы тут до конца жизни застрянем, находя новые и новые задачи.

Начало года, также напомнило об одной важной мысли которую я желал изучить.

Я начал изменения в Империи с философии и математики, но эти идеи должны основываться на крепкой экономической базе. Идеями единными сыт не будешь. А вот с сытостью, как я знаю намечаются в средней и долгой перспективе проблемы.

Система латифундий пока работает благодаря притоку рабов. Однако этот приток не бесконечен. Текущая война дала нам некоторое пополнение, но запросы Империи намного больше. Рабы — это неустойчивая опора. Экономика уже страдает от последствий чумы, а войны, хотя и приносят ресурсы, отвлекают немалые силы от мирной жизни.

В общем рабы это плохо. И не надо думать что просвещенные римские мыслители не понимали слабость рабской системы, но альтернатив не существовало. Более того, климатические изменения в будущем могут привести к снижению урожайности. Это вызовет рост цен, убьёт экономику и ослабит Империю. Я не знаю до какого точно века продержится текущий оптимум, но холодать будет.

И я уже молчу по возможное разделение Империи, – я приложу все усилия, этого избежать.

Как я помню в истории, в экономический процесс начали вовлекаться колоны.

Я задумался: возможно ли использовать колонат как более устойчивую систему? Да, эта модель возникла позже, и в ней уже тогда были заложены ростки феодализма и крепостничества. Однако при сильной власти она могла бы быть управляемой.

Аренда земли у магнатов. Которым налоги платить надо, но рабов не хватало, земля простаивала. Аренда была хорошим решением. Даже настолько хорошим, что колонат потом развился в новую экономическую модель.