Корона всевластья - Татьяна Форш

– Для начала отдохнуть. – Он уселся в кресло напротив и, плеснув из кувшина мерцающую рубинами жидкость в маленькие чашечки, вновь задумчиво уставился на меня. – Знаешь, у нас в части есть такая поговорка: кому суждено быть застреленным, тот не сгорит. Так вот. Надеюсь, что и на этот раз повезет.

– При чем тут это? У тебя в Книге судеб стоит эта дата! Этот рубеж! Этот день!!! Как можно надеяться на авось, если твой враг – сам создатель мира? – Я не заметила, как перешла на крик. Пусть он скажет, что это глупая шутка! Пусть пообещает остаться в живых, а главное, сделает это, но только пусть не смотрит на меня… так!

Заставив себя успокоиться, я поднесла к губам чашечку и, вдохнув аромат, с наслаждением сделала несколько глотков. Нектар.

– Что еще сказал тебе Высший? – Отставив чашку, я холодно взглянула на смертного.

– Да в общем-то почти ничего: только то, о чем я тебе уже сообщил. Ах, ну да! Еще он просил передать одну ма-а-аленькую просьбу: чтобы завтра утром ты не приходила к Храму Правления.

– И все?! А о чем вы столько времени говорили?

Тар невозмутимо пожал плечами.

– О политике, коррупции государственных чинов, инфляции и поставках манны. – Сделав глоток нектара, он задумчиво покривился и выдал: – Водки сюда не хватает. Один к одному.

– Ты издеваешься? – Я прищурилась, разглядывая его кристально честное лицо. – Если ты мне сию секунду все не расскажешь, я специально пойду завра к Храму, чтобы порасспросить кое-кого самой.

– Лайла, в наших разговорах не было ничего, чтобы могло бы тебя заинтересовать! Поверь, будь ты с нами, ты бы испытала разочарование и скуку.

Ну все! Я прямо-таки услышала треск, с которым лопнуло мое долготерпение.

– Откуда… ты… знаешь… что может меня заинтересовать, а что нет? Откуда ты… ты – врун, болтун и потаскун – можешь это знать? Как могут быть ведомы тебе – ни разу не испытавшему ни любви, ни хотя бы привязанности – чувства ангелов?

– Крылья?

Его неожиданный вопрос заставил меня замолчать.

– Что – крылья?

– Чувства ангелов – крылья? Этакая фобия. Моральное самоудовлетворение! Божок, которому вы все молитесь! – Его лицо в нервном пламени свечей сделалось злым. – Лайла, какие чувства? О чем ты? Скажи, что ты хочешь больше всего на свете? Что ты любишь? О чем мечтаешь? И я уверен, что в твоей душе, в твоем сердце ответ будет – крылья! Стремление вырваться из серой толпы небожителей, доказать самой себе, что ты хоть чем-то отличаешься от этой массы! Что ты на миг, на шаг ближе к вершине! Но ты не понимаешь одного! Самый никчемный, потерявшийся во времени небожитель, существующий только для того, чтобы каждое утро видеть солнце, чувствовать ветер и слышать невообразимую и всегда такую разную Славу, – счастливее тебя. Потому что он познал мудрость этой жизни, и, поверь, она не в том, чтобы иметь власть над стадом овец!

Крылья?

Я усмехнулась. Выдержать его взгляд сейчас оказалось невообразимо тяжело, но я справилась.

– Наверное, ты прав. Но… знаешь, иногда обстоятельства бывают гораздо сильнее, и не думаешь ни о крыльях, ни о стаде, а только о том, чтобы все исправить. – Я помолчала, взглянув на хранившего молчание Тара, и решилась. – Кто я и откуда – не помню. Так бывает, когда последняя смертная жизнь заканчивается внезапно. Почти всегда причина одна: невнимательность хранителя. Но может случиться так, что в Книге судеб вдруг появится какая-то важная миссия, коей ты становишься удостоен. – Я отвела взгляд. Зачем я это говорю? Ему. – В общем, такой «сбой в системе» произошел и со мной. Моя последняя смертная жизнь закончилась тем, что мы с мужем погибли почти сразу же после нашего венчания. Как выяснилось потом, нам предназначалась долгая, счастливая жизнь… если бы не я. Кто-то посчитал, что гораздо лучше я справлюсь с иным испытанием, нежели быть счастливой.

– Ты его… любила? – Голос Тара прозвучал глухо.

Я кивнула и посмотрела подопечному в глаза.

– Готова была за него умереть. Но больше всего меня мучило то, что именно я и стала причиной его смерти. Чтобы найти его, я отказалась от дальнейших перерождений.

– И… ты нашла?

Я покачала головой.

– Нет. Поступив в школу ангелов, я попросила своего учителя узнать о его судьбе. Оказалось, что он вновь выбрал смертную жизнь, и… его следы оказались надежно скрыты. Вот почему я захотела стать ангелом. И дело даже не в могуществе, которую дают крылья, а в том, что я до последнего надеялась его найти. Если бы я стала ангелом, мне бы, наверное, это даже удалось.

– Что ж, возможно, еще найдешь. Пути Господни неисповедимы. Ты будешь еще есть?

– Нет. Аппетит пропал.

– Тогда пойдем спать? – Тар поднялся. Задул свечи. – Я, конечно, понимаю, что ангелы не спят и питаются святым духом…

– Манной!

– Ну манной, какая разница? Но даже в раю я бы, если честно, не отказался от часиков десяти здорового сна.

Я тоже поднялась.

– Тар, мне не нужны крылья. И прошлое я не хочу возвращать. Я… – Как трудно это сказать, но я же ангел! Я просто обязана любить своего подопечного! – Я…

– Лайла, прости. Я – дурак. Наговорил тебе ерунды. – Тар оказался совсем близко. – Ты самый лучший ангел. Не слушай меня! Крылья – это хорошо! И вообще, плох тот солдат, который не хочет стать генералом! Вдруг когда-нибудь ты сможешь подвинуть даже Высшего? Точно! Может, это и есть твоя миссия?

– Ты моя миссия, Тар. Самая главная. – Как же по-дурацки все вышло! Я отвернулась, пряча ползущую по щеке единственную слезинку. – Иди спи. Завтра утром мы все-таки наведаемся в Храм! Я намерена вытрясти из этого интригана все. Клянусь, пока я с тобой, тебя не развоплотят!

– Верю, и все-таки настаиваю: тебе тоже необходимо выспаться! Еще час назад ты и на ногах не стояла. Поэтому, – я и охнуть не успела, как вновь оказалась у него на руках, – не спорь, а я, так и быть, отнесу тебя наверх.

Так и быть? Так и быть?!

Нет, у него просто талант действовать мне на нервы!

– Не стоит утруждаться! Не инвалид – сама дойду. – Я дернулась, выражая протест.

Не ответив, он лишь крепче прижал меня к себе и, отстранив, направился к лестнице. Послышался тихий скрип ступеней под его ногами.

– Ну вот мы и приехали! – Мгновением позже он ссадил меня на кровать и приказал: – Ложись.

– Только после того, как ты уйдешь! – Я продолжала сидеть. – Сегодня ты ночуешь где угодно, но только не здесь.

Тар задумчиво почесал подбородок.

– Вообще-то я и так хотел обосноваться внизу, но если ты настаиваешь… – Вдруг одним движением стянув майку, он плюхнулся на кровать и принялся стаскивать джинсы. – К тому же койко-место только одно, а я не шестикрыл, чтобы спать в позе лотоса где-нибудь на крыше, да еще и похрапывать. Так что уговорила. Двигайся к стенке.