Адские псы - Эсми Де Лис

«Почему я здесь? Кто приковал меня? Это был Йен? А если нет?»

Мысли путались, и каждое мгновение она чувствовала, как сознание вновь готово провалиться в хаос.

Вивиан опустила голову, закрыв лицо ладонями. Ее пальцы касались холодного металла наручников, будто напоминания о том, что она больше не принадлежит самой себе. Она знала одно: нужно выбираться. Но как? И что, если за дверью ждет тот, кто ее сюда привел?

Вивиан сидела, ее тело сотрясалось от усталости и боли, как если бы она провела целую вечность в этой неподвижной позе. Спина ныла оттого, что она не могла изменить положение, а руки, прикованные наручниками, казались выжатыми, как тряпка. С каждым вздохом было все труднее оставаться в сознании – ее мышцы болели, а тело, как и разум, тянуло к тому, чтобы просто сдаться, закрыться от этого мира. Но она не могла. Внутри горела надежда, несмотря на все испытания.

Время тянулось мучительно медленно. Возможно, прошло уже несколько часов. Вивиан не могла сказать, сколько именно. Единственным звуком, который нарушал тишину, были ее сбивчивое дыхание и легкое потрескивание пыли в воздухе, словно сама комната была старой и заброшенной. В ее голове все смешивалось, воспоминания о том, что произошло с Энтони, о тех событиях, которые не давали ей покоя, вновь накатывали, и слезы снова готовы были пролиться.

Но вот когда казалось, что все вокруг уже готово поглотить ее, она услышала звук. Он был слабым, но отчетливым: скрип замка входной двери. Вивиан вздрогнула, и ее сердце пропустило пару ударов. Она часто заморгала, пытаясь прогнать с глаз растерянность, которая накрыла ее. Тревога сжала горло, дыхание стало учащенным и прерывистым.

Шаги. Громкие, четкие, резкие, словно похоронный звон, который приближался с каждым моментом. Вивиан почувствовала, как ее тело напряглось, каждый ее нерв сжался, как натянутая струна. Кто-то приближался. Она не могла даже представить, что сейчас будет. Страх сжимал грудь, мысли путались. Все тело сжалось в ожидании.

Дверь с тихим скрежетом распахнулась, и в проеме показалась фигура. Силуэт был знакомым, и Вивиан не ошиблась. Это был Йен. Его лицо оставалось таким же, как она запомнила: холодным, со сложночитаемым выражением, но в его глазах теперь невозможно было что-то узнать. Внутри Вивиан всколыхнулась новая волна эмоций. Ее сердце сжалось от беспомощности.

Йен стоял в дверном проеме, оценивая ее взглядом, почти молча. Он замер на секунду, словно все еще решая, что делать дальше, а потом, шагнув в комнату, закрыл за собой дверь. Комната наполнилась его присутствием, и Вивиан почувствовала, как воздух стал плотнее. Шаги его, точные и уверенные, нарушали ее тишину. Но как бы она ни старалась, не могла отвести взгляд от его лица. Слишком много всего было в нем: угрозы, страха, боли, а может быть, и чего-то еще, чего она не могла понять.

– Ты… – Ее голос был хриплым, прерывистым от тяжелого дыхания. Слезы снова наполнили ее глаза, но Вивиан пыталась сдержать их. Боль была настолько реальной, что казалось, она поглотит ее целиком.

Йен шагал медленно, приближаясь к кровати. Его лицо было все более напряженным, но Вивиан уже не могла понять, что именно он собирался делать. Чего хотел от нее теперь?

Вивиан почувствовала, как напряжение внутри ее тела нарастает, а слезы все сильнее тянутся к глазам. Она сжала зубы, пытаясь держать себя в руках, но это было сложно – слишком много боли и страха. Руки, прикованные к кровати, отнялись, а спина уже не чувствовала поддержку, в которой она так отчаянно нуждалась. Взгляд ее был остекленевший, но все же Вивиан смогла заметить, как Йен приблизился к ней, его фигура становилась все более четкой, поглощая все вокруг.

Когда он вошел в комнату, ее сердце начало биться быстрее. Торн пыталась сосредоточиться, но ее тело было слабым, а разум – сбивчивым. Йен же, казалось, спокойно вошел в пространство как хозяин этой комнаты. Его взгляд не был жалостным – скорее, в нем было нечто новое, неуловимое. Вивиан заметила, как бывший напарник скользнул по ней взглядом, оценивающим, но все равно холодным.

Она не могла больше молчать. Все чувства взорвались внутри, и, не сдержавшись, Торн произнесла:

– Отпусти меня, ублюдок!

Ее голос был хриплым и яростным, словно в нем смешивались последние остатки силы, желание сбежать и отчаяние. Она дернула руками, но металлические наручники, прикованные к кровати, издали резкий звон, как предупреждение, что все попытки тщетны.

Йен не отреагировал на ее слова сразу. Он только тихо усмехнулся, и это насмешливое выражение на его лице заставило Вивиан еще больше взорваться изнутри. Он спокойно подошел к деревянному стулу, стоящему у стены, взял его и развернул спинкой к себе. Осторожно опустился на стул, его руки обвили спинку, словно привыкшие к этому положению. Его взгляд оставался таким же холодным и немного усталым, как и его движения.

– Ты всегда была такая дерзкая, – произнес Йен тихо, но с каким-то едва уловимым удовлетворением. Его глаза, полные усталости, смотрели на нее с интересом. Йен, казалось, был готов к этому противостоянию, словно он предсказал каждое ее слово.

Торн вновь почувствовала, как этот взгляд проникает в самую душу. Он смотрел на нее без привычной наивности, как смотрел напарник Джонни, без той доброты, без искры в глазах. Ей было тяжело осознавать, что Джонни, которого она знает, всего лишь играл с ней. Моменты радости, печали, гнева, счастья – все было притворство.

Вивиан сжала челюсти и вновь постаралась сдержать эмоции под контролем. Ее взгляд был неотрывно прикован к его фигуре. Она не могла дать знать, как ее пугает его присутствие.

– Чего ты хочешь? Зачем привез меня сюда?

Но сразу же, как только эти слова сорвались с губ, она поняла, как глупо поступила. Йен был психопатом, и с такими людьми нужно быть осторожными. Вдруг ее мысли пронзила новая тревога. Ответ Йена был моментальным, и его голос звучал неожиданно мягко:

– Я совершил ошибку, – сказал он, встал с места и быстро подошел к кровати. Он опустился рядом с Вивиан, неожиданно близко, почти настойчиво, и, не сказав ни слова, коснулся ее щеки. Его прикосновение было легким, почти нежным, но она почувствовала, как кожа напряглась под его пальцами. Вивиан замерла, не понимая, что происходит.

– Прости меня. – Его голос был теплым, но в нем сквозила тревога и отчаяние. – Дай мне еще один шанс.

От этих слов Вивиан пронзила дрожь. Испуг и безысходность поглотили