Dневник Z - Дмитрий Зименкин

— Я по жизни такой бешеный. Когда меня выводят, всем…! Называется так, короче. Такой я, с детства.

— А тебе помогает твой характер на войне?

— Мне не только характер помогает, а дух мне помогает, сила и стремление победить. Мне всё помогает, братан, — отвечает Бешеный, наконец улыбнувшись, а то я уже стал напрягаться.

— Я сам с Ульяновской области, — продолжает боец. — Родом вообще с Ташкента. Но Родина моя — Россия.

— Я с Ульяновской области тоже, — присоединяется к разговору высокий улыбчивый парень с вязаным Чебурашкой и флагом СССР на груди. — Позывной «Тимоха» мой. Всем женщинам России, нашим милым дамам, матерям, жёнам, нашим дочкам, бабушкам большой привет с фронта! Поздравляем вас с праздником, международным днём 8 марта! Желаем вам здоровья и терпения. Мы вас не подведём, приедем с победой! — Тимоха поднимает кулак вверх. — Победа будет за нами! Слава России!

— А это талисман? — показываю пальцем на ушастую игрушку, свисающую на бронепластину.

— Да, он со мной всегда, — боец берет талисман в руки. — С гуманитарной помощью приехал. Дети связали его. Слава богу, выручает. Чебурашка — наша сила!

Не так далеко с треском падает гроздь «вогов». Вражеский АГС отплевался в нашу сторону. Перемещаемся дальше, как тут говорят, на «тихих лапах», до самой передней линии. В 70 метрах от нас виднеется ЛЭП с опорами, а за ней в лесном массиве ещё примерно в 70–100 метрах — уже сидит противник. Полторы сотни метров — это так близко, что даже впечатляет!

— Мы так спокойно здесь находимся? — удивляюсь я самому факту, обращаясь к Круглому. — От них же можно ожидать угрозу в любую секунду?

— В принципе, да, — невозмутимо отвечает командир. — Как и от нас угрозы могут ожидать. Это уже стало привычкой, обиходом. Даже чего-то не хватает, когда домой уезжаешь, — смеется боец.

— А дома-то часто парни бывают?

— С октября-месяца сидим в этих лесах, не было отпусков. Потому что идёт наступление. Люди всё понимают.

Недавно наша армия отбросила ВСУ в глубь леса, отвоевала четыре опорных пункта. Так что в тот момент, когда мы находимся у линии боевого соприкосновения, самих боёв нет, не считая артиллерийских дуэлей, которые нас сейчас не касаются. Дело в том, что и противник, и мы, активно обустраиваем свои новые позиции. Потому стороны не злят друг друга перестрелками, чтобы не отвлекаться от работы и поскорее закончить строительство. А уже потом повоевать.

Одни парни пилят деревья и таскают брёвна — благо в лесу дефицита в стройматериалах никогда нет. Жалко заповедник, но что поделать — задача: выжить и победить. Другие ребята копают окопы и делают новые блиндажи.

— Десять дней назад здесь ещё стоял враг, — говорит из ямы боец с позывным «Айвазовский». — И вот мы отбили, окапываемся, держим линию обороны.

Айвазовский не художник, просто его фамилия созвучна. В его руках лопата. Как я понял, шанцевый инструмент для солдат куда важнее и востребованнее автомата.

Особенно на этой войне, где главная угроза артиллерия. Окапываться приходится постоянно.

— Ежеминутно это всё происходит, — объясняет командир роты с позывным «Князь». — Они постоянно накидывают с АГС, тяжелые снаряды летят. Если ты окопался, ребята твои окопались, можно укрыться в окопе, блиндажах и шансы поражения уже минимальные.

— Армия чем хороша? — улыбаясь говорит Аскольд, раздавая парням лопаты и топоры, которые прислали волонтёры. — Тем, что приобретаешь много нужных профессий, которые пригодятся после войны в быту.

Комбат смеётся.

Кременские леса хороши. Почва песчаная. Вода в окопах не задерживается, как в глинистых местах, уходит в почву в основном. Копать удобнее. Плюс деревья являются дополнительной защитой для бойцов. Попробуй через такой частокол попасть в противника. Или даже с дрона бомбочку скинуть. О ветки ударится, отклонится, уйдет по другой траектории. Но в том, что леса именно хвойные, есть и минус. При обстрелах сосна несёт дополнительный фактор риска. В отличие от лиственных деревьев, ее стволы раскалываются даже после легких попаданий и фрагменты дерева разлетаются по сторонам. Получается, что осколочное ранение можно получить не только от снаряда, но и от сосны.

На дорогу выбегает кот. Точнее «Кот». Боец батальона с дроном в руках. Восторженно рассказывает:

— Хохлячая «птичка» Сергея Притулы, — хвастается он сбитым беспилотником, как пойманной добычей — реально «Кот поймал птичку», точнее застрелил из пулемета Калашникова. — Прямое попадание, во, отверстие. Меньше десятка пуль и попал! Метров на триста висел. А так со ста метров полцинка и не сбиваю.

В одном из окопов встречаем бойца с позывным, который мне запомнился еще по переговорам в рации Круглого. Его называют «Жатва». На плече красный шеврон с золотыми серпом и молотом.

— Почему в 374-м батальоне так много атрибутов СССР? — задаю ему вопрос.

— Потому что многие из нас приверженцы Советского Союза, когда все вместе были, все республики, — рассказывает боец. — Я сам ностальгирую по этому времени. Семидесятого года рождения. Когда Союз развалился, как-то всё пошло наперекосяк. Да и у меня в жизни тоже как-то покатилось…

— Признаюсь, я, когда услышал на волне твой позывной, — сменил я тему, — мне он офигенно понравился. А почему такой взял?

— Ну… Потому что он мне тоже офигенно понравился.

Вместе смеемся. Хороший день, хорошие ребята. Надо будет обязательно к ним вернуться!

9 марта 2023 г

Военный «Урал» проезжает сквозь блокпост в Лисичанске. Водитель грузовика показывает ладонь в приветствии (жест уважения постовым), а в ответ поднимается рука, утопающая в длинном рукаве. Одежда бойцу явно великовата. При его росте чуть больше метра это и не удивительно. Удивительно другое: что этот малый в каске и с автоматом делает на блокпосте? При внимательном изучении проясняется: автомат деревянный, а боец — мальчишка лет девяти. Из следом проезжающей «газельки», накрытой масксетью, появляется шоколадка. Паренёк берет её, тут же роняет, восклицая:

— Вот я растяпа!

Пацана зовут Кирилл Толмачев. Вместе со взрослыми бойцами он дежурит на этой заставе.

— Откуда вы? — спрашивает Киря водителя легковушки.

— Из Горского, — отвечает шофёр.

— Куда?

— В Лисичанск.

Заглянув в багажник машины, мальчишка с улыбкой желает:

— Счастливого пути!

Спрашиваю его:

— А сложно вообще работать на блокпосте? Сколько времени ты проводишь?

— Бывает по часу, бывает по два. Бывает по полчаса. Смотря, какая погода, — отвечает он, улыбаясь. У Кирилла солнечная обаятельная аура, словно у Чебурашки.

Подхожу к взрослому бойцу в маске. Тот вспоминает:

— Он подошёл, маленький такой, симпатичный. Ну, познакомились, приодели его. Кто-то каску дал, кто-то бушлат. Конечно, весело с ним. Он общительный. Ну, и напоминает наших детей, которые дома остались, которых мы не видим. А вообще ж