Ритуал - Маркус Хайц

А потому Эрик снял им номер на двоих в симпатичном отеле в Пеште, нижнем городе венгерской столицы, и отправился на поиски лекарств для Лены. Кроме того, ему нужно было на свежий воздух, чтобы подумать.

Прогулка по заснеженным бульварам и широким площадям Пешта произвела на Эрика немалое впечатление, а это было непросто. Слишком часто он гостил в чужих городах.

Эта сторона на плоском восточном берегу Дуная отличалась множеством уютных кофеен, некоторые из которых пользовались мировой славой, в особенности «Гербеауд», в котором еще царила атмосфера девятнадцатого столетия. Элегантные залы, которые он увидел через окно, любила еще императрица Сиси. Тем не менее, Эрик сомневался, что она взаправду отведала хотя бы один из вкусных тортов — слишком уж была тощая.

Прошел он и мимо моста королевы Эльжбеты. Это был один из шести мостов, связывающих воедино Буду и Пешт. В свете прожекторов он выглядел одновременно выразительным и величественным; современность блекла, давая ожить прошлому австро-венгерской монархии. Немного воображения, и за настоящих императриц можно было принять изредка встречающихся двойников Сиси — актрис, которые, рекламируя городские экскурсии по городу различных турбюро, раздавали листовки немногим прогуливающимся гостям столицы, подобно Эрику рискнувшим выйти под густой снегопад. Лицо одного такого двойника обрело вдруг перед внутренним взором Эрика черты Лены. И тут же он рассердился. Еще одно доказательство того, что он слишком часто думает о красавице биологе, о которой все еще почти ничего не знает.

Ход его мыслей прервал звонок мобильного телефона, который теперь реагировал мелодией из «Пчелы Майи». Как всегда, слыша эту мелодию, Эрик невольно улыбнулся. А в последнее время он делал это слишком уж редко.

Эрик нажал на кнопку ответа.

— Да?

Одна прилежная пчелка принесла долгожданные сведения.

— Здравствуйте. Пока мало что удалось выяснить, но некоторые факты ее биографии подтверждаются. — Голос принадлежал девушке-хакеру, с которой он никогда не встречался лично, да и не собирался этого делать. Достаточно было, что за плату она делала все, о чем бы он ни попросил. Законное и противозаконное. От нее он узнал, где Лена живет постоянно. — В полиции нет досье на Магдалену Херуку, нет даже записей о транспортных правонарушениях. Ее имя упоминается в различных публикациях о поведении волков, равно как и имя мужчины с той же фамилией. Судя по фотографии, это ее отец, но данные я еще проверяю. Если информация подтвердится, то он погиб во время пожара в деревянном доме в Дестракшн-бей. Это в Канаде. Мать живет в Берлине.

— Еще что-нибудь?

Хакер изложила все имеющиеся на данный момент сведения, кое-что в них особенно обрадовало Эрика: нет никаких свидетельство о том, что в жизни Лены есть мужчина.

— Электронный почтовый ящик, адрес которого вы мне дали, пуст. Последнее сообщение датировано первым ноября. Подтверждение заказа статьи зоологическим журналом.

— Хорошо. Держите меня в курсе.

Эрик отключился. Его взгляд скользнул к небу и нашел луну, которая с каждым вечером чуточку округлялась. Приближались внушающие любовь и страх ночи, когда она превратится в серебряный диск среди небесной тверди. На землю прольются ледяные лучи и изгонят бестий из человеческой кожи, в которой слишком уж любят прятаться «волки в овечьей шкуре». Настанет миг опьянения, охоты — и смерти. Ведь этих трех ночей полнолуния выжидал охотник, вооруженный до зубов, оснащенный высокотехнологичными серебряными снарядами или простым серебряным ножом — в зависимости от времени и места. И собачьими свистками. Эти, как по опыту знал Эрик, словно специально созданы для того, чтобы раздражать волков-оборотней.

Но охоту следует закончить до 25 ноября. У него не было никакого желания бродить при полной луне по пустынному заповеднику, который так и кишел медведями, волками и рысями. Ведь кто знает, сколько там еще обитает оборотней?

Отогнав мрачные мысли, Эрик вошел в аптеку, где толстый человечек лет шестидесяти в белом халате как раз собирался закрывать кассу.

— Вы говорите по-английски? — спросил Эрик и в ответ получил доброжелательный кивок. — Хорошо. Мне нужно средство от сильного гриппа. Даме двадцать пять лет, весит чуть меньше шестидесяти килограммов, и ей бы очень хотелось уже завтра гулять по Будапешту, осматривая достопримечательности.

— Никаких проблем! — Аптекарь рассмеялся. — Вы из Оксфорда. Я по акценту понял.

Эрик предоставил ему верить, во что хочется, при этом дышал неглубоко и старался, как можно реже вдыхать аптечный воздух. От острого запаха, в котором смешались вонь всевозможных веществ медицинской химии, традиционных мазей и пакетиков чая, сводило желудок и портилось настроение.

Аптекарь выложил на прилавок гору упаковок.

— Этого должно хватить. — Едва разборчивым почерком он пометил дозировки. — Завтра к вечеру она будет здорова, обещаю. — . Он положил руку на верхнюю пачку, словно на Библию. — Нельзя допустить, чтобы ваша жена не смогла посмотреть наш прекрасный город.

Аптекарь пробил покупки и показал сумму: 53,98 евро. По всей очевидности, здесь хорошо подготовились к туристам из близкой Австрии.

— Если хотите, можете расплатиться английскими фунтами, — предложил он.

Эрик протянул тридцать восемь фунтов, и в подарок аптекарь положил в пакет еще и кусок мыла.

Эрик заметил их, уже выходя на улицу. Трое мужчин стояли возле аптеки и делали вид, будто, невзирая на метель, рассматривают скудный ассортимент в витрине темной кондитерской. Никто, в сколько-нибудь здравом рассудке, не стал бы в это время в такую погоду торчать перед закрытым магазином, в витрине которого висела табличка с надписью кириллицей: «Сдается в аренду». Есть все-таки свои преимущества в том, чтобы говорить на многих языках.

Свернув на ближайшем же перекрестке, Эрик бросился бежать и нырнул в первый попавшийся дверной проем. Потом осторожно выглянул из-за притолоки и стал ждать, когда покажутся его тени.

Троица весьма непрофессионально бежала по улице, лихорадочно оглядывалась по сторонам и проскочила мимо укрытия Эрика, так его и не заметив.

Эрик размышлял чуть дольше обычного. Учитывая, что против троих противников при себе у него лишь серебряный кинжал и керамический нож, он явно в невыгодном положении. С другой стороны, непогода послужит ему достаточной маскировкой. Повесив пакет с лекарствами на один из ржавых гвоздей, торчащих из косяка двери, он снял очки и убрал их в карман. На дальнем расстоянии мир расплылся, зато его глаза теперь улавливали малейшее движение.