Рон - Елена Венгерова

Рон еще не вышел из речки, когда к берегу подошел Руджен и с размаху нырнул в воду.

— Привет, ранняя пташка! — сказал он, энергично работая в воде руками, чтобы побыстрее согреться. Рон рассеянно поздоровался.

Во время завтрака он так же был задумчив, и, наконец, Руджен потряс его за плечо:

— Ты что? Не проснулся?

Рон нахмурил брови, глубоко вдохнул, словно желая что-то сказать, но промолчал. Потом все-таки заговорил:

— Понимаешь, мне нужно с кем-нибудь посоветоваться. Может быть, все это ерунда. — Рон опять покряхтел. — Но я видел сегодня очень странный сон. — Рон поднял голову и посмотрел на Руджена. Ни следа насмешки. Его друг внимательно и серьезно ждал продолжения. И Рон начал рассказывать.

— И вот они начали читать стихи. — закончил он. — Видишь ли, может быть так и бывает, что люди там, во сне, что-то сочиняют, но я написал стихи один-единственный раз в жизни, ради смеха. Я их вообще не люблю. Должны же быть какие-то предпосылки! И все было так четко…

— А какие стихи? — спросил Руджен. Рон помялся, так как все еще был смущен. — Прочти!

Рон, на удивление легко вспоминая, начал читать:

— … Сверни на восток…

Руджен сделал движение рукой, останавливая Рона, и сам закончил:

— Друзей позови, прогони черный рок.

— ??? Это что, стихи какого-то поэта?

— Если и поэта, то весьма скверного. Дело в том, что то же самое приснилось этой ночью и мне. Вернее, насчет черноволосого типа я сказать ничего не могу, но стихи я слышал.

— Вот оно, доказательство! Если бы мы еще спали в одной палатке, то можно было бы сомневаться, но теперь! Если только…

— Что?

— Надо спросить Карелиса, не ходил ли кто-нибудь ночью около наших палаток.

— Да кому это нужно, Рон? Зачем?

— Мало ли… Можно придумать сотню причин…

— А если это — правда, то что ты собираешься делать?

— Сейчас, секунду. Вот он идет! — Рон ринулся к начальнику стражи, и Руджен не успел перехватить его.

— Послушай, Карелис … Здравствуй!

— День добрый. Что стряслось?

— Часовые сегодня ночью случайно не заметили, никто не околачивался поблизости от наших с Рудженом палаток?

— Что такое? Что-нибудь пропало?

— Да нет, просто интересуемся.

— Нет, никаких незнакомцев не было замечено, и по лагерю никто, вроде, не ходил. Но объясните мне все-таки, что происходит?

Рон замялся. Легко сказать — объясните. На помощь пришел Руджен:

— Видишь ли, ему показалось, что кто-то воздействовал на его мозг. Вообще, стал таким мнительным. Скорее всего, это просто кошмар.

— Малость перебрал вчера, приятель, а?

Рон с облегчением рассмеялся и утвердительно кивнул.

— Пожалуй! — хотя именно вчера он был трезв, как стеклышко.

— Спасибо. Иногда не думаю прежде, чем что-то делаю.

— Я заметил. — безмятежно ответил Руджен. Рон бросил на него уничтожающий взгляд. Они забрались в палатку, и Руджен, лежа и упираясь локтем в землю, продолжил расспросы.

— Ты не сказал, что все-таки собираешься делать? Ты догадался, о чем шла речь в этом пророчестве?

— Но это же очевидно! «К югу плыви, сверни на восток.» Что у нас находится на юго-востоке? Конечно, Южный материк! Пока тебя не было, я вытащил всю информацию о нем, которая имеется в Тивендале и в Ротонне.

Пару циклов назад смутные слухи о нем достигли западного материка; в основном, они шли от эдорских купцов. Корабли Элдарона тогда занимались разведкой юго-западных островов, а одиночки заплывали дальше. Мэгиена официально обследовала южный материк в прошлом столетии. На карту были нанесены его очертания, течения, мели и всякое такое, я в этом не разбираюсь. Были обследованы и все острова, кроме одного — самого

большого. На материк высадка не производилась, но были замечены поселения людей, возможно, покинутые. Поскольку аборигены были кем-то признаны некоммуникабельной расой, дальнейшие экспедиции к этому материку были запрещены. Детальное исследование намечалось начать в 990 году после изгнания. Если и есть что-то неведомое в нашем мире, то только там.

— Ага. Но чем они могут нам помочь?

— Кто знает? Каватсы уже столкнулись с тем, чего не ожидали — с магией. Возможно, им придется столкнуться и кое с чем еще.

— Почему именно материк? Может, тот большой остров?

Рон задумался.

— Нет, не думаю. Если бы на нем кто-то жил, то был бы заселен и маленький соседний. Кроме того, он дальше от Ротонны, чем ближайшая оконечность материка.

— "Ближайшая" — хорошо сказано. Ты представляешь, сколько нам придется плыть?

— "Нам"? Спасибо! — Рон улыбнулся.

— Я же все-таки тоже получил пророчество!

— Угу. Вернемся к теме. Ты забываешь, что необязательно плыть из Ротонны.

— Не понял. Откуда еще?

— С юго-западных островов. Ближе всего к материку, конечно, второй, но плыть удобней с третьего — мимо него проходит мощное течение.

— Осмелюсь спросить, как ты собираешься на него попасть?

— Видишь ли, есть такая вещь, дальняя связь называется. Я как-нибудь на досуге тебе про нее расскажу.

— Премного благодарен. Ты говорил, экспедиции на Южный запрещены?

Рон посерьезнел.

— Именно поэтому я и должен поговорить с Фингаром.

Глава 3. 17 июня 968 г. п.и. Форт Вильне, Ротонна.

Рон сидел в палатке и с раздражением вертел в руках кубок. Опять блок! Да что же это такое!

Он уже час безуспешно пытался достать Фингара. Разве совещание или секретный совет могут быть такими длинными? А, может, у него их несколько подряд, и Рон просто неудачно выбирает время? Или Мэйдона целый день сопровождает паж из третьего полукружья?

Юноша задумался. В таком случае можно стучаться до бесконечности. Так как же быть? Наконец, он принял решение и неуверенно взял кубок, так и не зная, посмеет ли довести дело до конца.

Король Эмрио Цетвел был единственным человеком в Мэгиене, разговаривая с которым Рон мог почувствовать что-то вроде угрызения совести.

Король сидел в кресле, недалеко от окна, погрузившись в чтение какого-то документа. Ощутив вызов, он лениво встал и подошел к столу за кубком.

Соприкоснувшись мозгом с королем, Рон сразу почувствовал, что его просто не захватишь, и сразу же зауважал наставника принца. Что-что, а держать ситуацию под контролем он ученика научил.

Эмрио очень изменился. На смену детской непосредственности и высокомерию пришли властность и уверенность. На Рона глянуло продолговатое лицо, обрамленное черными кудрями, лицо вполне взрослого человека.

«Кто ты?» — передал король и, еще до того, как Рон успел

представиться, зеленые глаза ощупали лицо юноши, его золотистую кожу и стальные кудри. Ротен, да еще маг! И король уже почти догадался сам.

«Ронис Ворансон» — почтительно передал Рон.

«Да.»

Наступила пауза.

«Ты изменился, Рон. Тебя трудно узнать. И ты стал предателем.» — последнего король не передавал, но мысль лежала на поверхности, и Рон поймал ее отголосок. И понял, что надо разобраться с этим до начала разговора.

«Сожалею, Ваше величество, но у меня две родины, и я не смог отдать предпочтение одной из них. Я не мог бездействовать.» — Рон был убедителен, как никогда. — «Я думаю, Вы действовали бы так же.»

«Я? Не уверен. Но, по крайней мере, ты все сделал на редкость лояльно и, как оказалось, кстати.» — Эмрио смягчился. — «Однако, чего же ты от меня хочешь?»

Рон вдохнул побольше воздуха (хотя мысленная речь не нуждалась в такой поддержке) и начал излагать.

Эмрио внимательно выслушал его и повторил свой вопрос:

«Чего же ты от меня хочешь?»

«Помощи. Мне нужна яхта на третьем юго-западном, и я сам должен очутиться там. И… ну… экспедиции ведь на Южный материк запрещены?»

«Сдается мне, подмастерье Ронис,» — Рон улыбнялся, поняв, что Эмрио, несмотря ни на что все еще считает его своим гражданином, хотя вовсе необязательно было напоминать ему об его звании! Ведь до «мага» ему остался только месяц! — «Сдается мне, что даже если бы Мы и не одобрили подобную экспедицию, Вы отправились бы туда без спроса!»

Рон обиделся.

«Но ведь я собираюсь спрашивать разрешения у своих предводителей, хотя не жду от них никакой помощи!» — возразил он.

Эмрио рассмеялся.

«Польщен. Ну, хорошо. Не буду спрашивать, уверен ли ты, что правильно поступаешь. Видимо, уверен, если решился побеспокоить меня. Не знаю, смогу ли я дать тебе все, о чем ты просишь… Это следует обдумать.»

«Но… если я прав, если все — правда, то это — благо для всех! Возможно, удастся спасти немало жизней… Моя просьба не настолько трудна, а информация не настолько незначительна, чтобы от них можно было так просто отмахнуться! И еще… Эмрио, когда мы расставались, ты сказал, что если у меня будет беда, если я буду в чем-то нуждаться, то смогу обратиться к тебе. Сейчас беда не только у меня.»

Лицо короля затуманилось.