Тайна Синего имама - Бернар Бессон

— Разговаривает с Морваном. Он подавлен, потому что прекрасно понимает, что его ждет тюрьма. Ему предоставят адвоката, который будет защищать его, поможет ему объяснить, почему он сделал то, что сделал. Морван знаком со всеми адвокатами, которые берутся защищать террористов. Смаин получит самого лучшего защитника.

Кардона все еще не была готова поделиться информацией. Все с той же доброжелательной улыбкой Валери попробовала зайти с другой стороны.

— Нужно, чтобы ты помогла нам подготовить его защиту. Смаину понадобится твоя поддержка, ты будешь навещать его в тюрьме. Если мы скажем судье, что ты помогла полиции, тебя оставят на свободе и вы сможете видеться.

— Но…

— Смаин никогда не узнает, что ты помогла нам. Об этом нигде не будет сказано ни слова, как будто мы сами обо всем догадались. Он знает, что ты не предавала его. Но ты должна нам сказать…

Валери пристально посмотрела Кардоне в глаза:

— Сейчас, иначе…

Наконец Кардона сдалась:

— Год назад он попросил меня снять дом в Аньере и еще один в Монруже, — выговорила она.

— Снять для кого-то?

— Он не сказал, для кого, но я знаю, что это понадобилось Синему имаму.

— Синему имаму? — переспросила Валери.

— Да. Он француз по происхождению. Это эмир Северной территории.

— Будут другие терракты?

— Думаю, да.

— Где?

— Я не знаю. Он не рассказывал мне всего.

Валери встала и протянула ей руку:

— Идем. Мы должны рассказать про Монруж и Аньер.

Связанный по рукам и ногам Смаин Лагаш смотрел на Морвана с нескрываемой ненавистью.

До сих пор он так ничего и не сказал. Ни угрозы, ни обещания не действовали на него. Морван понимал, что вряд ли что-нибудь из него вытянет. А судя по тому, что он узнал от Валери, им следует готовиться к худшему.

— Твой шеф скоро будет здесь. — Морван решил испробовать новый ход, не особенно надеясь на успех. — Могу себе представить его потрясение, когда он увидит тебя здесь, в таком состоянии. А ведь он считает тебя одним из лучших своих сотрудников. Зачем тебе понадобилась его бетономешалка?

— Вы не имеете права говорить мне «ты»!

— Надо же, а я уж было подумал, что вы потеряли дар речи.

— Вы ничего от меня не добьетесь. Я солдат.

— Ты просто террорист, который вообразил себя солдатом. Кардона не хотела умирать, а ты был готов отправить ее в преисподнюю. Ты ее предал!

Морван почувствовал, что его слова попали в цель.

— Конечно, она всего лишь женщина, — продолжал он, — а для вас женщины ничего не значат. Они годятся только на то, чтобы рожать новых бойцов, носить чадру и сидеть дома, пока вы перекраиваете мир на свой лад.

— Неправда! Вы все передергиваете! Вы ничего не поняли в нашей борьбе!

— Кто такой Синий имам?

— Я ничего не знаю.

— Кто живет в Аньере и Монруже?

— Не знаю.

— Я не стану тратить время впустую. Просто передам тебя в руки судебной полиции и выступлю свидетелем на суде. Скажу, что ты отказался помочь мне спасти жизни невинных людей. Ты всего лишь фанатичный подонок, уверенный в своей правоте, а на самом деле…

— Сам ты подонок! — неожиданно выкрикнул Лагаш. — Вы убили Тарика Хамзу!

— Чушь! Франция тут ни при чем. Нашим спецслужбам такое не по зубам. Такую гениальную операцию могли провернуть только американцы, и то лишь с недавних пор. Во Франции никому бы духа не хватило отдать подобный приказ.

— Лжете! Похищение произошло в Париже, а значит, вы в нем участвовали. Я не раз видел вас в «Крийоне» с Мельхиором Джаменти, шефом французского отделения ЦРУ Всем известны ваши связи с американцами.

Морван решил не вдаваться в объяснения, все равно это ничего не даст. Однако стоило сделать последнюю попытку. Он протянул своему пленнику мобильный телефон:

— Позвони Синему имаму. Скажи, что мы тебя схватили, и попроси все остановить.

— Никогда!

Морван убрал телефон в чехол и, тяжело вздохнув, направился к двери. Двое бойцов из группы «Аксьон», которые несли вахту у входа в чулан для велосипедов, повернулись к нему. Морван закрыл за собой дверь. Слова застревали в горле. Он заметил, что руки кровоточат. Где он мог пораниться?

Человек, которого он арестовал, — всего лишь звено в цепи. При виде крови у себя на руках Морвану вдруг захотелось пытать этого негодяя. Его душил гнев, так что пришлось ослабить узел галстука.

— Шеф? — заговорил один из бойцов, догадавшись, что Морван хочет что-то сказать.

— Отвезите его в отдел «Антитеррор». Передайте им, что он ничего не сказал. Пусть введут ему пентотал. Главное, будьте поаккуратнее с ним, это крепкий орешек. На этой земле ему уже нечего терять, к тому же он уверен, что за гробом его ожидает рай и семьдесят две девственницы в придачу.

— Не беспокойтесь.

Морван направился к вестибюлю башни «Марс». Его подташнивало, болела голова. Поспешно эвакуированные жители уже расходились по своим квартирам, сталкиваясь с теми, кто не пожелал возвращаться. Одна пара, которым помешали спать, оскорбляла измученных спасателей и саперов. Подавив желание надавать скандалистам оплеух, Морван вышел на площадь перед башней. Он немного постоял там, вдыхая свежий воздух. Снег сменился дождем. Заметно потеплело. Погода была не в себе, как и весь мир.

Сколько еще смертников готовится к бойне? И зачем им эта чертова бетономешалка?

Снова зазвонил мобильный. Светало. Включив телефон, Морван услышал голос Дюрозье:

— Я с капитаном Александром. Мы подъезжаем.

— Только не лезь на рожон, пусть они сами штурмуют дом. Понял?

— Есть, шеф, обещаю.

Морван протянул руки, подставляя ладони под струи дождя.

Кровь стекала с пальцев вместе с водой.

Обрызгав гладко выбритое тело одеколоном и надев несколько пар трусов, Саид Ларби в последний раз посмотрел на схему метро, потом взглянул на себя в зеркало, чтобы убедиться, что правильно закрепил заряд семтекса. Тридцать килограммов взрывчатки были равномерно распределены на груди и спине юноши. Холщовый чехол больно царапал кожу, словно власяница.

Где-то в Париже — где именно, Саиду неизвестно — Ридуан завершал тот же ритуал. Главное — хорошенько затянуть чехол поверх стального футляра с посмертным посланием Тарика Хамзы: это даст опору двум рукояткам, закрепленным на левом плече и правом боку. Чтобы взорвать заряд, нужно дернуть за эти рукоятки уверенным, хорошо отработанным движением, похожим на то, которое совершает парашютист, раскрывая парашют.

Поверх чехла Саид надел красную шерстяную рубашку — так меньше шансов привлечь внимание полиции в случае проверки. Натянув вельветовые штаны, он снял с вешалки теплую куртку. Взглянул на часы и понял, что до выхода по графику осталось еще пятнадцать минут, но ему не сиделось на месте.

Он застегнул «молнию», словно проводя черту под своим земным существованием. Когда-нибудь его имя будет выбито на мраморе в Антверпене, будущей столице Северной территории. Целые поколения верующих станут чтить его память.

Он вышел из дома и закрыл дверь на ключ. Слева в конце улицы он увидел синие огни полицейской мигалки. Из микроавтобуса выходили люди в черном и направлялись к его дому. Господь только что спас Саида от позора, не позволив неверным его схватить. Он отвернулся и не спеша зашагал к станции метро.

С заднего сиденья машины Смаин наблюдал, как за окном проносятся набережные Сены. Его правое запястье было сковано наручниками с левой рукой сидевшего рядом полицейского.

Смаин взглянул на затылок шофера. Третий полицейский на переднем сиденье не спускал с него глаз. Пистолет лежал у него на коленях. Через несколько минут Смаина доставят в отдел «Антитеррор». Смаин знал, что пентотал или детектор лжи не оставят ему ни единого шанса. И он заговорит, как заговорили Братья в Гуантанамо.

Двигаясь на высокой скорости, машина обогнала мусоровоз. В это рождественское утро на улицах столицы не было ни души. Он заметил спуск в туннель под площадью Альма прежде, чем «пежо» успел свернуть с набережной, чтобы подъехать к министерству.

Собравшись с силами, он выбросил вперед руку с наручником, зацепив шею шофера, и резко дернул. Из разорванной артерии брызнула кровь. Двое других попытались помочь своему товарищу, но было слишком поздно. На скорости более ста пятидесяти километров в час автомобиль врезался в бетонную опору и развалился пополам.

Комиссар Александр похлопал Дюрозье по плечу:

— Морван попросил меня присмотреть за вами.

— Вот как…

Шеф группы «Аксьон» стоял рядом с микроавтобусом. Только что он отдал приказ идти на штурм дома на улице Мольера. Подрывник подошел к входной двери. Один из коллег прикрывал его стальным щитом. Потребовалось несколько секунд, чтобы прикрепить куски пластика размером с куриное яйцо к каждому из углов дверной рамы и отойти в сторону. Раздался оглушительный взрыв.