Заповедник людей - Андрей Стригин

А Нина уже рядом с малышом, который возвышается словно огромный бурун над маслянистой гладью моря. Он приветливо стрекочет, почти как дельфин, но несколько грубее, басовитее и подплывает к бесстрашной женщине, а она гладит его упругую кожу и смеётся.

— Вот кошка! — вновь повторяет Виктор, в несколько гребков оказывается рядом с ними.

Большая самка, бесшумно приблизилась и Нина, ойкнув от страха, цепляется в Виктора:- Какая она большая, сейчас описаюсь!

— А ты думала, — несколько встревожился Виктор, но знает, что касатка ничего плохого им не сделает. — Давай-ка назад, не искушай судьбу.

Нина с сожалением отталкивается от детёныша и гребёт к берегу, повторяя:- Вблизи она такая огромная, я даже не ожидала, что настолько!

— Вот кошка, — в третий раз повторяет Виктор, — надавать бы тебе по заднему месту.

Он помогает её выбраться, накидывает на неё куртку, а она, мокрая и дрожащая с силой прижимается к нему.

— Ты совсем с ума сошла, — безумно возбуждаясь, целует её в солёные губы, а она тихо смеётся:- Я знаю, — и толкает Виктора на землю.

Касатки некоторое время фыркают у берега, разочарованные тем, что люди так быстро покинули их. Затем, словно поняв, что у них более важное занятие, нежели нежиться с ними в ледяной воде, как по команде уходят в сторону скал, где будут выискивать сонных котиков.

Удивительное положение, дни летят со скоростью барабанной дроби, а верфь строится медленно, словно навозный шарик, толкаемый жирным жуком в гору. Иной раз и брёвна не хотят становиться на свои места и падают вниз, рискуя покалечить людей, Игнат что-то часто скребёт бороду и спину, пожимает плечами, удивляясь, что так трудно идёт строительство. Вероятно знаний, когда-то полученных из интернета, всё же не хватает для успешного продолжения дела. Но, все же, контуры будущей верфи начинают вырисовываться, и Виктор начинает несколько успокаиваться.

Викентий Петрович всё так же тренирует, выжимая из людей последние силы. На крутящийся тренажёр уже прикрепил два топора и славно видеть, как бойцы подпрыгивают и уклоняются от свистящих лезвий, даже слёзы от умиления наворачиваются на глаза. Виктор лично тестировал тренажёр и остался доволен, но также посоветовал добавить скорости для большего эффекта, но Викентий Петрович лишь с сомнением покачал головой. Виктор не стал настаивать, потрогав макушку, где, словно бритвой срезана прядь волос.

Собачий лаз пока не найден, прочесали все мыслимые и немыслимые уголки, на этих склонах множество обвалов и почти везде есть какие-то щели, но все они заканчиваются тупиками. Загадка, но разгадать её необходимо. Виктор нервничает и собирает тайный совет, на него приглашает Викентия Петровича, Антона и братьев Виталия и Семёна.

— Я почти уверен, Аня и её шайка готовят предательство, но пока они сидят и не высовываются, мне это очень не нравится, — Виктор ковырнул копьём угольки в костре. — Может с пристрастием допросить Игната?

— А вдруг он не станет петь, — ухмыляется Антон.

— Это, смотря как допрашивать, — оживляются братья.

— Идея не блещет остроумием, — качает головой Викентий Петрович. — Во-первых, это не по-божески, но если даже это опустить, то неизвестно как он себя поведёт. Игнат из породы фанатиков, если упрётся, то хоть жилы его накручивай на гвозди, будет молчать. Во-вторых, мы засветимся, и они будут осторожнее действовать. Необходимо за ними понаблюдать, а главное, чтобы из лагеря они не ушли. Тогда точно, к Идару пойдут и в скором будущем к нам нагрянут гости.

— Встретим, АКМ есть, — улыбается Антон.

— Из засады и стрела из лука может быть не хуже пули, — Викентий Петрович задумался. — А может действительно собаки по какой-то причине ушли, или ход обвалом засыпало?

— Собак видели, когда я с братом ходил к Голубянке, никуда они не делись, всё также промышляют, — говорит Семён.

— Здесь они, а ещё и подросшие щенята с ними, — кивает Виталий.

— Да знаю я, — хмурится Викентий Петрович, — плодятся, словно кролики… медведя бы на их тощие хвосты, — выругался он. — Вот что я думаю, раз отсюда ход не можем найти, попробуем поискать снаружи.

— Ага, ста лет не хватит, — с сомнением произносит Виктор.

— Старая собачья тропа должна сохраниться, её и поищем.

— Ты поищешь?

— Почему бы и нет. Давно пора использовать свои навыки следопыта, — усмехается Викентий Петрович, — а то засиделся в посёлке, размяться надо.

— С тобой пойдут Виталий и Семён, — мгновенно распоряжается Виктор.

— Только мешать будут. Дерутся они более-менее, но ходят по лесу как беременные слоны, — отстранёно произносит Викентий Петрович.

— Спасибо Вик, — криво ухмыльнулись братья.

— Нема за что, учитесь, дети мои, вся жизнь впереди, — Викентий Петрович попытался пригладить несуществующую бороду и вновь огорчился, не ощутив шелковистые пряди волос.

Виктор, заметив его жест, улыбается:- Обратно тянет в священники?

— Рано ещё, как народ успокоится, да детишки начнут рождаться, так рясу сразу и одену, а сейчас буду потеть спецназовцем, бог меня на это благословил, — со вздохом заявляет он и ловко крутит пальцами остро заточенный гвоздь. Затем, неуловимым движением его бросает, пронзив на дереве нахальную муху, но сразу встаёт, с тревогой глядя вдаль:- А ведь это сигнальный дым!

Виктор взлетает на ноги и тоже видит, как со стороны построенного забора с некоторым интервалом взлетают клубы густого дыма, затем зажигается сигнальный огонь на скале, передавая информацию жителям посёлка и вот уже бойцы, ломая кустарник, устремляются вниз.

Уже почти подбежав к забору, Виктор слышит свист и с трудом уклоняется от тяжёлого копья, перелетевшего через верхушки заострённых брёвен. Другое копьё Викентий Петрович отклоняет ладонью и хватает его в руки, прыгает на лесенку и в мгновение оказывается на площадке. У бойницы один из летчиков пытается перезарядить заклинивший автомат, на правом плече у него торчит обломок стрелы, другая — дрожит в боку. Рядом, сражённый в грудь корчится от боли другой пилот, а Толик Белов с яростными криками швыряет вниз увесистые булыжники и горящие головешки.

Викентий Петрович вырывает автомат, ловко перезаряжает, спасительная трель громыхнула над морем и мгновенно слышатся вопли:- Отходим! Прикрывай меня! — ещё одно копьё напоследок втыкается в брёвна и неизвестные люди скрываются в зарослях.

Виктор прильнул к смотровому окну, но увидел лишь качающиеся ветви:- Нашли, злодеи, — он выдавливает горький смешок.

— Ага, это бойцы Идара, одного зацепил. Думаю, далеко не уйдёт, истечёт кровью. Надо организовать погоню.

Виктор отрицательно повёл головой:- А вдруг они ловушек наставили? Местность прочешем позже, а тот участок леса надо бы выжечь, мешает обзору.

— Всё бы не спалить, — ухмыльнулся Викентий Петрович, — но идея верная, тот лесок нам совсем некстати. А вот и бойцы наши подоспели. Стоп, а где Игнат с Гурием? — Викентий Петрович напрягся, словно перед броском. — Где Игнат? — гаркнул он.

— Час назад он с Аней и Гурием в долину пошли, зайцев из силков доставать, — опешил от злого выкрика Павел Сергеевич.

— С Аней, говоришь? — сузил глаза Виктор. — Необычно как-то, Аня ленивая как медуза, а тут соизволила с двумя мужиками скакать по траве. Что скажешь, Вик? — обращается он к Викентию Петровичу.

— К Идару пошли, полезли через собачий лаз, теперь его найду.

— А вдруг он уже знает о секретном ходе? — цепенеет Виктор.

— Не знает, — уверенно произносит Викентий Петрович, — но если его не найдём по горячим следам — узнает.

— Антон, летчиков перевяжи, и срочно переправьте к Алёнке, усиль на берегу охрану и установи наблюдение за долиной. А калаш мы с собой заберём, боюсь, как бы наши друзья с тыла не вдарили, — Виктор спрыгивает с лестницы:- Чего ждём, пошли, Вик, копьё возьми, а я фонарь захвачу.

Трава в долине гуляет под порывами ветра и даже Викентий Петрович призадумался, где искать след:- Как некстати погода портится, — с озабоченностью произносит он, — двигаемся к обвалам, надеюсь, там что-то найдём.

— Как в этой мешанине можно что-то сыскать? — крутит головой Виктор.

— Уже нашёл, здесь они прошли, видишь, — Викентий Петрович раздвигает копьём траву, — стебли изломаны, даже ветром их не перемешало, значит, большая группа людей прошла, как раз укладывается в нашу троицу и… след ведёт в сторону обвалов. Сто пудов, теперь не уйдут, родимые.

Викентий Петрович уверенно идёт по следу и спустя час они утыкаются в осыпи.

— Эх, Анька, дура, мужиков с толку сбила, замутила так, теперь не отмоются. Как их найдём, придётся показательный процесс делать, — с сожалением произносит Виктор.

— Что надумал? — осторожно спрашивает Викентий Петрович.