Адам ищет Еву, или Сезон дикой охоты - Наталья Андреева

…На следующий день приехал из лагеря Алешка.

– Мамы нет, – сказал Антон, и ему вдруг захотелось заплакать.

Сын вел себя, как настоящий мужчина. Мать Антона, приехавшая, чтобы забрать Алешку на остаток летних каникул к себе, начала задавать кучу вопросов. Что, да как, да что теперь делать? Терзала сына весь вечер, пока тот не сорвался:

– Да не знаю я! Понимаешь?! Ничего не знаю!

А следующим утром его мать и сын уехали в провинцию. Антон надеялся, что к началу учебного года родители Регины немного придут в себя и найдут силы, чтобы заботиться о единственном внуке. Ведь его отцу по-прежнему надо зарабатывать деньги, чтобы кормить семью.

А потом наступила наконец суббота. Выходной день. Впервые он не знал, чем заняться, куда себя деть. Работой? Там вроде все налаживается. Еще немного усилий, и жизнь войдет в привычную колею. Вернется на место все, кроме прежних отношений с женой. Не будет больше нормальной полноценной семьи.

«Нет, все-таки я должен найти ее!» За много лет Регина приучила его к полной определенности. И тут раздался телефонный звонок. Антон сразу понял, что это следователь Лиховских.

– Да. Слушаю.

– Ну, как сын? Проводил?

– Проводил. В провинцию, к родителям.

– Это правильно. В Москве сейчас жара. Слушай, у тебя дача есть? Что-то шашлычков захотелось. И искупаться бы не мешало.

– Однако у тебя аппетиты! А разве у Милы нет дачи?

– Свят-свят-свят! Есть, конечно! У ее родителей! Я сказал, что загружен работой. Все никак не могу решиться. У них там вроде крыша течет.

– Ну так тем более надо помочь.

– Как же! Если ты что-то начинаешь делать по дому, значит, ты уже вроде как член семьи. Ну его. Не хочу. Боюсь я. Глядишь, дети пойдут.

– Знаешь, а у меня дачи нет, – злорадно сказал Антон. – Только у родителей Регины. Мы туда ездили. Но к ним ведь ты не поедешь?

– Нет, не поеду. Но я тебя могу пригласить на дачу к известному нам пластическому хирургу.

– А он что, нас ждет?

– В том-то и дело, что нет. Но разве это имеет какое-то значение?

Через час они уже ехали в машине.

– Как бездарно я провожу свой выходной день! – вздохнул Антон. – Гоняюсь за каким-то призраком!

– Кстати, я пытался с ним поговорить, – зевнул Лиховских.

– С кем? С призраком?

– С хирургом. Вызвать его на откровенность. В конце концов, почему он так держится за эту клиентку?

– И почему?

– Да похоже, что он ее любит!

– Кого? Регину? Алису? Или ту, кого он сам сотворил недели три назад?

– Вот это я и хотел бы узнать! Соседи по квартире в один голос твердят, что к нему регулярно приходила блондинка. То есть Алиса. Но это естественно! Ведь она же была его квартирной хозяйкой! Но в то же время он мог на даче встречаться с брюнеткой! Она тоже была его постоянной клиенткой!

– С моей женой, ты хотел сказать.

– Что-то ты подозрительно спокоен.

– За три недели можно привыкнуть к любой мысли. Ты что, соседей по даче хочешь опросить?

– Я хочу очень осторожно узнать, кто была любовница хирурга. Не может же такой молодой мужик обходиться совсем без бабы!

– А если это была не Регина и не Алиса?

– Ну, тогда он мог с ней откровенничать о своих личных делах. И эту женщину в любом случае не мешало бы найти. Может, за ней какой-нибудь грех водится, и тогда будет, чем его прижать, этого гения. Господи, ну почему бы ему не влюбиться в эту милую Таню и не завести кучу детей!

Доехав до поселка, где, как сказал Лиховских, находилась дача хирурга, Антон невольно вспомнил место, где нашел недавно Дмитрия Егоровича Стомашевского. В отличие от деревни Мочилово, в этом дачном поселке все было новенькое, с иголочки, только что отстроенное, и здесь еще витал запах свежеструганых досок, масляной краски и лака, которым покрывают дерево.

– Похоже, вон он, его дом! – Лиховских показал на самое заметное на улице строение: высокий двухэтажный особняк, крашенный под мореный дуб и покрытый импортной синей черепицей.

– Почему ты так думаешь?

– А кто у нас еще тут богатенький Буратино? Да мы сейчас спросим.

Они притормозили у ворот дачного поселка. Мимо шла женщина с букетом полевых ромашек. На ее длинной юбке также пестрели многочисленные цветы.

– Вы нам не подскажете?

– Подскажу, – охотно улыбнулась она. – Кого-то ищете?

– Да. Андрея Ильича, пластического хирурга.

– А, доктора! Вон тот крайний дом!

И она указала совсем в противоположную от особняка под синей черепицей сторону.

– Который? – напрягся Лиховских. Взгляд никак не цеплялся за неприметный стандартный дом под железной крышей.

– Тот, у которого белый кирпич сложен. Доктора у нас тут все знают. Стариков много, иногда кого-нибудь прихватывает. Пока «Скорая» приедет! К кому бежать? Конечно, к Андрею Ильичу! Он купил этот домик недавно, года полтора назад. А до него наши жили, из института. Это ведь преподавательские дачи!

– Да-да, – прервал Лиховских словоохотливую дому. – А он один сюда приезжал? Или с женщиной?

– По-всякому.

– То есть женщина была?

– Она и сейчас есть. Только не показывается. Андрей Ильич недели три назад привез ее сюда на такси. Я видела только, что голова у нее забинтована. Бинты, а на них косынка. Он пожил здесь с неделю, видимо, пока она поправлялась, а потом уехал. Но в выходные приезжал. На такси. Ведь он даже оставил ей свою машину.

– Что?! – удивился Антон. – Он же сказал мне, что не водит машину!

– Андрей Ильич? – удивилась их собеседница. – Конечно, водит! У него иномарка.

– Какая иномарка? – тупо спросил Антон.

– Молодой человек, для меня любая не наша машина просто иномарка. Знаю только, что у доктора она зеленого цвета.

– Вранье на вранье! – не выдержал Антон.

– А почему вы, собственно, интересуетесь Андреем Ильичом? – вдруг подозрительно спросила женщина.

– Мы из полиции, – успокоил ее Лиховских. – Вот мое удостоверение.

– Из полиции?! – Она неуверенно повертела документ в руках, но так в него и не заглянула. Вернула обратно.

– Видите ли, поступила жалоба, что дачи грабят, – пояснил Лиховских. – Мы проверяем всех подозрительных людей. То есть посторонних.

– Вы хотите сказать, что женщина, которая с ним приезжала… Нет, не может быть! Такая молодая, хорошо одетая дама! То есть их было две. Но обе очень интересные. Одна блондинка, другая брюнетка.

– Что, они обе сюда приезжали? Одновременно?