Лимитерия (СИ) - Герда

её грудь то поднималась вверх, упираясь в шею парня, то опускалась вниз. Было очень жарко, несмотря на то, что волонтёры фактически ничего для этого не сделали.

Хог сглотнул. Еле смог побороть хрипоту в голосе, чтобы вымолвить:

— П-перебор…!

— У… гу… — в той же манере ответила ему Юля.

Потом Сахарова обязательно отчитает Лимита за его неспособность контролировать свою злость. Выскажет ему по первое число, лекцию унылую прочитает и, быть может, ущипнёт даже от негодования. Она, разумеется, помягче себя вести будет, не станет воплощением суровой Элли, но этого хватит вполне, дабы волонтёр опосля себя виноватым почувствовал. Но всё это будет потом. А сейчас им необходимо было отдышаться, привести в мысли в порядок и, наконец, вспомнить о том, за чем они вообще пришли в этот клуб.

— Значит, это он?

— Да.

— Ясно.

Юля ещё раз сглотнула, после чего посмотрела Хогу в глаза. Пусть и несильно, но сейчас она выглядела собранной.

— Хог, я говорила, что ты будешь бездействовать, помнишь? Так вот — бездействуй. Сейчас мы поставим точку в нашем с тобой вечере. Просто сделай вид, будто тебе супер обидно стало. Можешь даже выпить на эмоциях. Ну, типа.

— Погоди, а…?

— Я тебе позвоню, когда всё будет готово. А пока сиди здесь и грусти. И… держи себя в руках… пожалуйста.

С этими словами Сахарова легонько толкнула Лимита, и тот плюхнулся на мягкий диван, ноги от изумления растопырив. Сама же девушка рывком вернула себя из горизонтального положения в вертикальное, выпрямляясь в полный рост. Демонстративно поправила причёску, надменно нахмурила брови, поджала губы — и закричала:

— Ну и вали к своей шлюхе, кобелина проклятая! Ненавижу тебя!

…после чего развернулась и нервным шагом двинулась к барной стойке.

Хог быстро смекнул, чего от него хотела Юля, и «злобно» схватился за бутыль, наполняя бокал горьковато-сладким пойлом. Первый раунд. Второй. Третий в ход не пошёл, ибо Лимит и так захмелел из-за предыдущих партий (и после поцелуя). Просто вцепился пальцами в свои блондинистые волосы, свешивая уныло голову со своих плеч.

Сцена данного действа: Джульетта бросает Ромео ради Париса.

Юля действовала согласно поговорке: «На ловца и зверь бежит». В данном случае просто подсела к Печенегу как бы невзначай, а тот ожидаемо обратил внимание на такую миловидную красотку. О чём они разговаривали, Хог не слышал, но понимал прекрасно: Сахарова изящно компонует свой флирт с предысторией о неразделённой любви, которую ищет в ком-то другом. Так, шаг за шагом, мало-помалу подводила омерзительного бандита к идее бросить всё к чёрту и уединиться где-нибудь подальше от клуба. Она, как богатая иностранка, прибывшая из далёких далей, имеет личного шофёра и шикарный домик на берегу моря, что находится за пределами города. Ей несвойственно отдаваться в комнатах особых условий, а уж тем паче — в туалете.

Хог усмехнулся, когда Печенег, клюнувший на такую дешёвую байку, охотно поплёлся за Юлей к выходу. Сам парень не спешил, ибо сцена брошенного Ромео ещё не кончилась. Просто сидел, в уме прокручивая проходящую за кулисами игру. Вот Эс открывает двери машины и учтиво улыбается, будто слуга. Высокомерная стервочка в лице Сахаровой высокопарно отвечает ему что-то, после чего тащит за собой счастливого Печенега, предвкушающего воистину великолепный секс с милашкой голубых кровей. Автомобиль покидает город и едет в лес. И прежде чем бандит начинает задаваться вопросом, почему они едут по дороге, которая ведёт к месту его встречи с Орфеем, в его бок упирается дуло холодного «Стрый-львера». Раз — и маски сбрасываются. Никакие это не богатенькая сучка и её ручной пёсик. Он находится в машине с двумя охотниками-волонтёрами, которым ничего не сможет сделать. Печенег не желает получить пулю из чистейшего воздуха в ребро. Боится без толпы и мага воздуха столкнуться с Силовым Абсолютом, способным его спалить одним дыханием.

Шах и мат. Козырный туз падает на стол последним. Игральные кости выдают одинаковые числа.

Партию не переиграть. Она слишком хороша, чтобы оспоренной быть.

На коммуникатор Хога поступил вызов.

— Не заскучал ещё? Независимо от твоего ответа, мне есть, чем тебя развлечь. Приходи туда, где мы тебя нашли. До встречи! — с этими словами довольная Юля сбросила звонок.

Лимит хмуро осклабился.

Допил коктейль и покинул клуб под пафосный даб-степ.

Эпизод 14: Штурм

Прежде чем отправляться на место встречи, Хог захватил свои и Юлины шмотки. Быстро покидал в рюкзак, а затем побежал к указанной точке.

Забавно, не правда ли? Ещё днём Печенег бодрился, хорохорился, был, казалось, на пике своего величия — а сейчас висит над землёй, за руки подвешенный к ветке дерева. Рычит, отчаянно ругается, плюёт во все стороны, но ничего не может сделать. Эс угорает с бандита, тогда как Юля, окончательно сбросившая с лица маску пылкой нимфы, стоит в стороне — хмурая, недовольная, несколько раздражённая. Сей ухажёр (Печенег) был ей не то, что не мил — откровенно противен. В сто раз хуже, нежели похабный Корт.

Хог добрался до места быстро и оставшийся путь проделал пешком. Просто спокойно шёл, мысленно предвкушая час долгов возвращения.

— О, братан, — Эс первым заметил вынырнувшего изо мрака товарища и приветливо ему улыбнулся. — А мы тут с Юлькой плюшками балуемся. Гляди, какую подвесили.

— Вы знаете, кто я? Да мы вас резать будем! Да мы… Кха-а! — и Печенег стух тотчас, получив ленивый удар Корта по солнечному сплетению (хотя парень махнул несильно, якобы телёнка заигравшегося отпугивал).

— Принёс? — спросила Юля и, получив положительный кивок, улыбнулась. — Наконец-то я избавлюсь от этого отвратительного образа.

— Да ладно тебе, Юлька, ты выглядишь красиво.

— Ага-ага.

Хог отдал Сахаровой пакет, а сам решительным шагом двинулся к Печенегу, одновременно срывая со своей головы парик.

— Ну привет, урод, — холодно поздоровался Лимит. — Не забыл, надеюсь, меня?

Печенег узнал его сразу. Об этом свидетельствовали глаза, вмиг округлившиеся от шока, и рот, что распахнулся будто бы не сдержавшая натиск ветра форточка. Ведь он, несмотря на своё похищение, и подумать не мог, кем может оказаться один из похитителей. Полагал, всё, прибили парня, про него можно забыть… было бы.

— Так это… т-ты, сучий твой рот! — выпалил испуганно и одновременно зло Печенег. — Кхар-х, знал бы я, что ещё раз побачимся — завалил б тя сразу.

— Ну шо, братан, поиграем в оперов при неофициальном допросе? — со хмурой улыбкой уточнил Эс.

— Смотри, чтобы я его не убил, — попросил Хог, опосля тихо добавив: — Бо могу.

Лимит не собирался избивать бандита, хотя страстно пылал жаждой возмездия. Для начала просто