Гвалактика белая. И только вера. Книга 12 - Наталья Владимировна Бульба

силы, нанеся удар не по двум, а по одному из «лежащих» на их пути секторов, был более чем вероятен, но продолжал оставаться только одним из возможных.

Недостаток информации… Это были его издержки.

- А знаешь… - продолжил он, но тут же «споткнулся», бросив взгляд на уже переступившего через направляющие Аронова. - Как он?

Шорн оглянулся, успев оценить лишь скрывшуюся за закрывающейся тамбурной дверью спину.

Еще недавно казался дурашливым волчонком…

- Злой, - вновь посмотрев на каперанга, ответил ровно. – Смерть жены лишила остатков человеческого. Только холодная ярость и бескомпромиссная ненависть.

- Его можно понять… - задумчиво протянул в ответ каперанг. – За что им такое?! Совсем мальчишки!

- Сам-то старше был? – скривился Шорн.

От скайлов – только внешность и ментальный каркас. Плотное общение с людьми, да маска отступника, которую носил много лет, работая на спецслужбы кангората, изменили до неузнаваемости. Было время – жалел, понимая, что ставший вторым «я» образ осложнит возвращение на родину, теперь…

Теперь все было так, как было. Не важно, под чьи марши сражались с врагом, главное, понимали, за что!

- Не старше, - согласился Шмальков. Он - помнил… И себя, совсем еще беззубым щенком, принявшим тогда свой первый тяжелый, и друзей, какими они остались навсегда. – Что с ребенком?

- Отправили на Землю к родителям Аронова,- Артур горько усмехнулся. - Аршан был против, но подписанный кангором Синтаром брачный договор не оставил выхода.

- Паскудно это все… - Шмальков вновь посмотрел на плотно вбитую в переборку дверь.

Аронов был из тех, кто запоминается. Добродушной бесшабашностью. Преданностью выбранному пути. Честью, которая только с большой буквы. Верностью…

Про злость Шорн сказал точно… Взгляд каптри был жестким, колючим и… белесым, отливая той же сединой, что отблескивала в непослушных вихрах…

Все, что осталось от того Сашки, каким он его знал.

- Паскудно, - кивнув, согласился Шорн.

Смерть при родах физически здоровой женщины, отказавшей себе в праве жить…

Искореженная чужой волей ментальная матрица выбора ей практически не оставила.

- Что собираешься с ним делать?

Шорн ответил задумчивым взглядом, потом криво ухмыльнулся…

Где-то там были разведгруппы домонов, модифицированные архи, появление которых наводило на мысль о том, что вот-вот могла начаться вторая фаза вторжения, а здесь…

- Он – хороший заместитель, но если не дать сбросить то, что тлеет, очень быстро сгорит, - Артур отступил, расстегнул фиксатор воротника…. – Хочу отправить на стажировку к Орловой, потом выставлю на разведку. Должен справиться.

- Не должен, а – справится, - согласно кивнул Шмальков. Потом протянул, с многозначительной усмешкой: - Они опять собираются вместе…

Шорн, который в этот момент думал уже о другом, недоуменно свел брови к переносице.

Лицо разгладилось буквально через мгновение, губы дернулись… чем-то задорным, залихватским:

- Фразин решил продвинуть Стелькова?

- А Соболев – Алябьева. Особая группа, резерв Коалиционного Штаба.

- Прощай Галактика Белая… - фыркнул Шорн, прекрасно осознавая, что будет, когда сбившаяся еще в бытность перехватчиками компания соберется вновь, но тут же посерьезнел: - А если ты прав, и это не кангорат или империя, а Окраины?

Шмальков сделал еще пару шагов, «протянул» взгляд через висевшие над пятью тактическими столами объемки, прищурился, оценивая тоже самое, но уже с другого ракурса.…

Люцении больше не существовало. Две оставшиеся планеты… Домоны давно могли вычеркнуть их из реестра населенных, но тянули, словно давая возможность провести эвакуацию по-максимуму.

Нет, уничтожали и караваны транспортов вместе с сопровождавшим их конвоем, но действовали… лениво, один из десяти.

Скорость продвижения ардонов вглубь Галактики тоже пусть и слегка, но замедлилась. Аналитики считали, что это связано как раз с подготовкой второй фазы вторжения, а вдруг ошибались?!

- Создание в его границах протектората? – наконец произнес каперанг, продолжая рассматривать «дышащую жизнью» картинку. – С учетом давних контактов с вольными – готовый плацдарм для новых ударов.

- И тогда следующим будет кангорат, - выдохнул Шорн. Опустил голову… – Альдоры войдут в режим не раньше, чем через три-четыре месяца…

- А это – уже наша забота, - твердо, категорично бросил Шмальков. – Знаешь, а я ведь раньше встречался с эрари Джоришем, - неожиданно продолжил он, заставив Шорна посмотреть на себя с явным любопытством. – На переговорах.

- Тех самых? – скайл отошел к встроенному в переборку транспортеру. Прихватив бутылку с водой, вернулся к столу. Сделав пару глотков, в ожидании продолжения посмотрел на каперанга. – Он же тогда еще не был лиската?

- Нет, - качнул головой Шмальков. Взгляд скользнул куда-то в сторону… Та стена, в которую уперся, называлась прошлым… – он стал им через месяц. Но решение принял именно в те дни.

- Откуда ты… - Шорн вскинулся… Недоумение сменилось чем-то похожим на горечь, но это вряд ли… – Так вы не просто встречались?

- Корабли эскадры, которой он тогда командовал, защищали «бутылочное горлышко». А моя – его пробивала.

Естественная защита сектора Самаринии… Сложная навигация, непроходимость для тяжелых кораблей, делала систему главной звезды практически неприступной.

Если бы не хитрость и оправдавшйся запредельный риск…

- Джориш тогда просто не успел, - вздохнул Шмальков. – Расчет шел не на часы – на минуты. Голова у него… - он посмотрел на Шорна. – Эрари уверен, что домоны пойдут на Окраины, потому и предложил выставить корпуса так, чтобы двумя-тремя прыжками перекрыть все возможные вектора.

- Но тогда и адмирал Соболев…

Шмальков поднял руку, заставив оборвать реплику. С каждой уходящей секундой выражение лица становилось не столько более мрачным, скорее уж отрешенным, но не спокойствием – готовностью.

- В