Избранные произведения - Аполлон Григорьев

Хор

И будет плач и скрежет зубов!

Франк

Вот, вот она, развратная сирена,Машина, изобретенная чертом,Чтоб в людях силы истощать, и кровьВысасывать, и чувства притуплять.Что за атмосфера вокруг нее разлита!Она мертвит и поглощает силы,Сама же все прекрасней и прекрасней!.. ВсегдаЕе в объятьях сжимая, умеретьЖелал я… О, беда тому, кто разДозволил в сердце заползти разврату!Сосуд глубокий — девственное сердце.Когда впервые попадет тудаВода нечистая, то целым моремЕе со дна не смоешь… безысходнаТа бездна, и на дне ее — пятно.

Франк

Нет, не хочу я умирать;Я здесь, природа, пред тобоюСтою с подъятой головою,На празднество твое пришел я пировать.Я голоден — изволь же угощать!

(…)

Великолепный божий мир, созданьеБезмерное! везде ли так наго ты?Скажи мне, мать безумная, зачемМеня ты мучишь этой жаждой вечной,Когда сама не знаешь, где источникЖивой воды?.. Есть для травы росаИ пища для орла… Что ж сделал я?За что меня забыла?.. «Видно, былоТак нужно», — пусть так скажут старики;А мне — мне двадцать лет!

(…)

О! если ты умрешь, надежды ангел,В последний раз приди ко мне на сердце,Последний поцелуй мне дай, скажиПоследнее прости! Я молод, жизнь люблю я:Вступись же за меня, проси у небаХоть капли для увядшего цветка;И вместе будем мы, прекрасный ангел,С тобою жить, и вместе мы умрем!

Дейдамия

Плетите венок мне, подруги мои,И грезы мои увенчайте цветами,Накиньте покров на томленье любви…Мой милый придет — лишь солнце зайдет за горами.

Подруги

Дева гор, мы тебя провожаем,Покидает нас счастье с тобой,Мы слезами венок обливаем,Мы из нашей гирлянды теряемТебя — наш цветок дорогой.

Женщины

Мы к воину, дева, тебя приведем,И скинем с тебя мы девичий покров.И скоро от странных, таинственных словРука затрепещет под брачным кольцом.

Подруги

Эхо — песни в горах не услышит твоей,Полотна не раскинешь под медными львами,У которых из пасти стремится ручей,Снег простится с твоими следами.

Женщины

Как сияет чело твое ясноеКрасотою желанья и счастия!Тебя ждет, Диана прекрасная,Твой охотник с безумною страстию.

Дейдамия

А мне тяжело, о подруги мои,Коль я хороша — вы скажите ему,Коль я хороша — я достойней любвиИ счастия милому больше я дам моему,Но с прекрасной бессмертною я не сходна,Как она же, я только бледна,Побледнели от горя ланиты; теклиПо ним мои слезы, и плакало все на земли,Казалось, со мной, когда Карл убежал…Вы скажите ему, как меня он терзал!Вы скажите про слезы любви,Вы скажите, подруги, сестрицы мои.

Горцы

Не умер Франк… То слух лишь был,И тот, кто слух тот распускал,С медведя шкуру продавал,А сам медведя не убил.Но только шутку ж Франк сыграл!И их он славно одолжил.Так некогда, как ГеркулесФарнезский в Тибр низвержен был,На пьедестал его залезДругой, и всякий находил,Что новый лучше и статней.Нет ничего толпы глупей.Но вышел вновь колосс из водИ с самозванцем рядом стал,И разом старого узналКругом столпившийся народ.Так ожил Франк. Не прежний он —Ленивый, мрачный и больной…Он вырос телом и душойВеселый, всякому поклонИ речь приветная в устах;Он храбр, и молод, и здоров.Забыли о его грехах,С ним всякий чокнуться готов.Сегодня с Дейдамией онНавеки будет обручен.Что за девчонка, боже мой,Как он любим ее душой!

(Уходят.)

Франк

И ты меня ждала, моя Маметта,Считала ты с тоскою день за днем,Сидела пригорюнясь на пороге.

Дейдамия

О милый, милый! плакала Маметта!

Франк

День уходил за днем… восход и ночьТебя равно встречали на тропинке,Далеко был твой Карл — а ты, как счастье,Сидела и ждала его у дома.

Дейдамия

Как бледен ты, как голос изменился!Что делал ты вдали от нас так долго?Уж матушка совсем отчаялась в тебе,Но думал ты о нас, скажи по правде?

Франк

Несчастного глупца я знал когда-то;Он прозывался Франком. Нелюдим…Он был противен всем своим соседям;От бедности, от голоду, от горяЕго глаза глубоко впали — костиДа кожа был он весь. Под страшным гнетомПрезренья он сгорбился — и стыд,Сопутник бедности, следил за ним повсюду;Он враждовал с законами вселенной,Ходил печально, медленно, как старыйПастух лениво тащится за стадом,Бродил он по лесам да по горам,Разбоем жил, отвергнутый повсюду,Свою судьбу он вечно проклинал.Как под секирою, всегда склонивши шею,Похож он был на вора, или хужеЕще — на нищего, который робкоДрожит пред преступлением, храняОдин лишь этот страх в себе, в заменуВсего добра… Вот что за человек,Которого знавал я, о Маметта.

Примечания

1

Пусть тебя приветствует тот, кому оказали несправедливость (франц.) — Ред.

2

О, кто бы вы ни были, юноша или старик, богач или мудрец.

В. Гюго (фр.).

3

Старинная сказка? но вечно останется новой она

(немецк., перевод А. Н. Плещеева) — Ред.