Биография Шерлока Холмса - Ник Реннисон

78

«Знак четырех».

79

Доу – одномачтовое каботажное судно. Подобные суда, легкие, но прочные, издревле совершали плавания в прибрежных водах Аравийского полуострова, Индии и Восточной Африки.

80

По сообщению Уотсона, Холмс утверждает, будто нанес краткий, но интересный визит халифу в Хартуме. На самом деле халиф основал новое поселение в Омдурмане, в нескольких милях от Хартума, где погиб генерал Гордон. За очень короткий срок поселение превратилось в процветающий город с населением более ста тысяч человек. Очевидно, Холмс это знал, но, возможно, подумал, что Уотсон, плохо знакомый с суданской географией, скорее узнает старое название. – Автор.

81

Уотсон почти наверное ошибался. Хотя Холмса возмущала вульгарность внимания, которое принесли ему рассказы доктора, все свидетельствует, что он наслаждался славой. – Автор.

82

Балморал – замок в Шотландии, резиденция королевы Виктории. – Ред.

83

Перья принца Уэльского – геральдическая эмблема; три белых пера, исходящих из золотой короны и перевитых под ней лентой с девизом «Ich dien» («Я служу»). – Ред.

84

Игра слов: немецкий глагол dien в девизе принца заменен английским deal, означающим «сдавать (карты)», так что вместо «Я служу» получается «Я сдаю».

85

Роберт [Стивенсон Смит] Баден-Пауэл (1857–1941) в ходе Второй англо-бурской войны участвовал в 217-дневной (с октября 1899 по май 1900 года) осаде Мафекинга, как называлась тогда столица Северо-западной провинции Южной Африки, что принесло ему славу национального героя. Однако наибольшую известность он приобрел как основатель движения скаутов.

86

«Одинокая велосипедистка».

87

«Загадка Торского моста».

88

На коварном действии лауданума основана фабула его книги «Лунный камень», признанной некоторыми критиками «первым и лучшим английским детективным романом». – Ред.

89

Опубликованный вариант рассказа «В Сиреневой сторожке» служит очевиднейшим примером ненадежности Уотсона в отношении дат. «Я читаю в своих записях, что было это в пасмурный и ветреный день в конце марта 1892 года, – начинает он свое повествование. – Холмс получил телеграмму, пока мы сидели за завтраком, и нацарапал ответ». В марте 1892 года Холмс находился в Тибете и никак не мог ни получить телеграмму, ни нацарапать ответ на нее. Остается загадкой и то, как Уотсон мог совершить такую ошибку, и то, как Дойл, готовя рукопись к публикации в «Стрэнд мэгэзин», ее пропустил. – Автор.

90

Вымышленное имя для кардинала Уотсону, скорее всего, подсказала не знаменитая опера Пуччини, как мог бы решить современный читатель (ее премьера состоялась лишь в 1900 году), а легшая в ее основу пьеса французского драматурга Викторьена Сарду. Пьесу играли в Лондоне в 1891 году. Сара Бернар в роли Тоски потрясла своей игрой лондонскую публику, привыкшую к более сдержанному исполнению английских актеров. «От криков отчаявшейся Тоски, когда пытали ее возлюбленного, – писал один критик, – весь зал буквально содрогнулся от ужаса». Уотсон, вероятно, видел спектакль в Театре Ее Величества (открывшемся в 1897 году на улице Хеймаркет). Смерть кардинала, случившаяся всего несколько лет спустя, по каким-то причинам вызвала в его памяти бурные эмоции того вечера. – Автор.

91

Холмс, усердный читатель «Справочника Ньюгейтской тюрьмы», не мог не усмотреть сходства между преступлением в Эбби-Грэйндж и убийством в 1813 году пожилого торговца Томсона Боунера и его жены. Не зря же он замечает в «Долине Страха»: «Все повторяется. <…> Колесо повернулось, и мы оказались у той же точки. Все уже было, и все еще будет». – Автор.

92

По иронии (которая могла ускользнуть от Холмса, но не от Уотсона) в рассказах «Воин с бледным лицом» и «Львиная грива», где повествование ведется от лица самого сыщика, стиль изложения зачастую неотличим от манеры его друга и компаньона. Более того, во вступлении к одному из этих рассказов Холмс вынужден признать, что метода Уотсона имеет свои сильные стороны. «Я взялся-таки за перо и, как это ни грустно, – признается он, – сразу понял, что хочешь не хочешь, а вести рассказ надо так, чтобы читатель не умер со скуки». – Автор.

93

Джиллет сыграл и в других пьесах о Холмсе, им самим написанных и поставленных, включая скетч «Тягостное затруднение Шерлока Холмса», в которой немногословный сыщик сталкивается с болтливой женщиной, стремящейся вызвать его на разговор. Ходили слухи, будто Холмс договорился с Джиллетом, что сам сыграет себя на сцене, и вполне возможно, что в той немой роли сыщик появился на лондонских подмостках впервые с 1874 года. – Автор.

94

Карбонарии (букв. угольщики) – члены тайного политического общества, действовавшего в начале XIX века на юге Италии, у истоков которого, вероятно, стояли масоны. Карбонарии выступали за объединение Италии и конституционное и представительное правительство, но более конкретных требований не выдвигали. Как масоны и члены прочих тайных обществ, карбонарии имели собственный ритуальный язык, жесты, церемонию инициации и иерархию. Их революционная лихорадка распространилась из Неаполя на Пьемонт, Болонью, Парму и Модену. Цели каморры, просуществовавшей до конца XIX века, носили скорее уголовный, нежели политический, характер.

95

Главный труд (лат.).

96

«Картонная коробка».

97

«Его прощальный поклон».

98

Этот препарат, впервые примененный армейским врачом во время вспышки холеры в Индии, включал также хлороформ и спиртовую настойку конопли. Пристрастившийся к хлородину издатель обанкротился в 1900 году, и похоронили его за счет лорда Альфреда Дугласа в безымянной могиле. – Ред.

99

Холмс был знаком и с другими издателями из того странного инфернального круга, где несомненная порнография водила компанию с авангардистской литературой. Несколькими годами ранее он столкнулся с человеком, носившим множество имен: доктор Синклер Рональд, Ролан де Вилье, Жорж Фердинанд Спрингмул фон Вайссенфельд. В своем воображении де Вилье наделил городок Уотфорд университетом и выпустил «Сексуальную инверсию» Хейвлока Эллиса и Джона Эддингтона Саймондса под маркой несуществующего издательства «Уотфорд юниверсити пресс». Попытка придать изданию академическую респектабельность провалилась. Книгу признали «возмутительно непристойной» и возбудили дело против книготорговцев, продававших ее. В 1902 году Холмс узнал, что де Вилье проследили до дома на окраине Кембриджа, в котором имелся тайник, скрытый за деревянной обшивкой стен. При появлении полиции, заинтересовавшейся наиболее одиозными из его издательских проектов, де Вилье скрылся в своем убежище, однако его, размахивающего револьвером, вытащил из тайника отважный констебль, догадавшийся, что в доме есть нечто скрытое от глаз. По дороге в тюрьму де Вилье внезапно хватил удар, и он рухнул замертво. Подозревали, что он принял яд, но это не было доказано. – Автор.

100

Кэмдентаунское убийство осталось в истории в основном благодаря работам уже упоминавшегося Уолтера Сикерта. Художник, живший поблизости от места преступления, создал серию мрачных картин, которые как будто отсылают к преступлению. – Автор.

101

С Эдалджи сняли обвинение в убийстве скота, но его по-прежнему считали виновным в отправке написанных от его имени угрожающих писем, хотя Конан Дойл нашел их истинного автора. Зато в Англии был создан апелляционный суд, имеющий право пересматривать дела. – Ред.

102

Слейтер умер в 1948 году, но до смерти подвергся еще одному тюремному заключению. Во время Второй мировой войны его заключили в лагерь для интернированных лиц. – Автор.

103

«Пестрая лента».

104

После суда Этель Ле Нев сменила имя. В 1916 году она вышла замуж и дожила до 1967 года. – Автор.

105

На иллюстрации Пейджета к этому рассказу лорд Беллинджер больше смахивает на Гладстона, чем на Солсбери. – Автор.

106

Уотсон упоминает Джонсона только в одном из своих рассказов («Знатный клиент») и сообщает, что Джонсон «начал свою карьеру, сколь это ни прискорбно, как весьма опасный преступник и даже отсидел два срока в Паркхерсте. Позднее, однако, он раскаялся и стал сотрудничать с Холмсом, добывая для него в темных недрах преступного мира Лондона информацию, которая зачастую оказывалась жизненно важной». Уотсону не нравился Джонсон, «грубоватый, краснолицый цинготный толстяк с живыми черными глазами, которые одни только и выдавали его проницательность и сметку», как доктор его описывает с очевидной брезгливостью. Но он искажает и недооценивает роль Джонсона в расследовании, которое вел тогда Холмс. Пока Холмс проникал в самые черные секреты барона Грюнера, услуги Джонсона, вхожего во «все ночные заведения, ночлежные дома и игорные притоны Лондона», были просто бесценны, однако особенно полезными для Холмса оказались связи Джонсона с анархистской и революционной субкультурами Ист-Энда. – Автор.