Рука в перчатке - Рекс Тодхантер Стаут

жертвы и держать до тех пор, пока та не потеряет сознание, а затем для верности завязать шнур двойным узлом. Кстати, лично я склоняюсь к последней версии. Это по силам каждому, если он очень постарается.

– Ну я не знаю. Не вижу как. – Шервуд, взъерошенный, с мутными глазами, мрачно смотрел на лежавшее поперек кровати скрюченное тело Стива Циммермана, которое не стали трогать до прибытия доктора Фланнера; голова покойного свисала с матраса, на шее двойным узлом затянут шнур от настольной лампы. – Допустим, он лежал и спокойно спал. Интересно, как можно было накинуть ему на шею шнур и затянуть так, чтобы спящий даже не пикнул? Шнур – это вам не проволока. Под шею его так легко не просунешь. Неужели, по-вашему, бедняга не стал бы кричать?

– Быть может, он просто не успел. Посмотрите. – Инспектор показал на стену на уровне пола, справа от изголовья кровати. – Это электророзетка, в которую вставляется вилка от шнура. Ближайшая от кровати. Обычно шнур от лампы идет вдоль стены за кроватью прямо до розетки. Но допустим, вы оказались достаточно предусмотрительны, чтобы сделать кое-какие приготовления. Вы могли прийти сюда заранее, вынуть вилку из розетки, вытащить шнур, протянуть его через кровать и снова воткнуть в розетку. Шнур, протянутый через кровать, можно спрятать под подушками. А если постель уже расстелена, кто там что увидит? Никто. Разве что он станет взбивать подушки. Но в любом деле есть доля риска. И позже, когда жертва видит десятый сон, вы возвращаетесь и вам не нужно просовывать шнур под шею жертвы, так как он уже там. Все, что вам остается сделать, – тихонечко выдернуть шнур из розетки, и этот человек ваш.

– Ваш-то он ваш, но для этого самому нужно быть довольно проворным и довольно сильным.

– Отнюдь не обязательно быть гигантом, – покачал головой Кремер. – Как только шнур окажется на шее жертвы, вы затянете его покрепче и примерно с минуту будете так держать что есть сил. Бедняге останется лишь биться на кровати и хвататься за вас. Хотя он, скорее, будет хвататься за шнур. Это инстинкт такой, когда у вас на шее удавка. А когда он затихнет из-за нехватки воздуха, можете вязать любые узлы, какие душе угодно.

Бриссенден, стоявший в изножье кровати, буркнул:

– Отпечатки на вилке и розетке.

– Конечно, почему бы не попробовать. Но лично я сомневаюсь. В наши дни все знают об отпечатках. Вы ведь обратили внимание, что на арбузе не осталось отпечатков… По крайней мере, будем надеяться, что не осталось. Я тут заметил одну вещь, которая подтверждает мою догадку, как это было сделано. – Инспектор подошел поближе к свисавшей голове трупа с багровым лицом и высунутым языком и нагнулся над ней. – Шервуд, взгляните-ка. Видите вон тот кровоподтек сбоку на шее, на полдюйма выше шнура? Так вот, я скажу вам на этот счет две вещи. Во-первых, это еще одно свидетельство, что мы имеем дело не с самоубийством, ну и, конечно, вряд ли кому-нибудь в мире удастся затянуть столь тугую петлю у себя на шее, а еще швырнуть на пол подушку и перевернуть вверх дном всю постель. Если бы Циммерман собственноручно завязал этот узел, то никакого второго кровоподтека параллельно первому на шее не осталось бы. Но если все происходило именно так, как я и предполагаю, в ходе удушения мог остаться кровоподтек, после чего шнур соскользнул, когда его снова затянули узлом. Хотя, конечно, это вовсе не обязательно. Циммермана могли сперва ударить по голове, чтобы оглушить. Когда наконец появится этот ваш доктор?

– Давайте-ка выбираться отсюда. – Шервуд, который послушно наклонился обследовать кровоподтек, с содроганием выпрямился. – Фланнер будет с минуты на минуту. Надеюсь, вам здесь больше ничего не нужно? – Он поднес руку ко рту, дважды сглотнул и, справившись, повернулся к сержанту. – Квилл, поможешь доктору и остальным, когда появятся, сделать фото и снять отпечатки. Пусть твои люди остаются в холле. Мы спустимся вниз. Полковник, возражений не имеется?

Бриссенден невнятно буркнул в знак согласия и добавил:

– Не забудьте сказать им насчет вилки и розетки. Проверьте всю комнату. – С этими словами он прошествовал вслед за Шервудом с Кремером к выходу.

В главном коридоре полковника остановил полицейский:

– Миссис Сторрс спустилась вниз, сэр. Что делать с остальными?

– Пусть все оденутся. Никто не должен покидать дом.

– Есть, сэр.

В прихожей уже толклась группа полицейских в форме, с кобурой и патронташем. Бриссенден отправил двоих в помощь Квиллу, а еще двоих – найти полицейских, патрулировавших территорию, и, сменив их, отправить в дом. Сержант Талбот был командирован в салон для игры в карты сделать несколько телефонных звонков. Выяснилось, что миссис Сторрс не ждала внизу, а проследовала в сторону кухни вместе с Белденом, который оделся буквально за четыре минуты. Высшее командование прошествовало в салон для игры в карты, где горел свет. Талбот сидел на табурете возле телефона; один из стульев у стола был уже занят. Увидев это, Бриссенден недовольно нахмурился. Шервуд, пригласив Кремера присоединиться, сел, вынул носовой платок и тщательно вытер лицо. Утром, когда телефонные звонки ни свет ни заря подняли его с постели, он был слишком зол и не стал задерживаться, чтобы умыться.

– Мисс Боннер, это инспектор Кремер из Нью-Йорка, – сказал он.

Дол молча кивнула.

– О, значит, это вы нашли перчатки в арбузе. – Кремер достал сигару. – Не волнуйтесь, я не собираюсь ее закуривать. Что ж, чистая работа. Насколько я понимаю, вы детектив.

– Благодарю. Я руковожу лицензированным агентством. – Дол перевела взгляд на Шервуда. – Видите ли, я здесь исключительно потому, что обнаружила тело Циммермана, когда зашла к нему в комнату, и подумала, вы захотите об этом спросить.

– Естественно. – Шервуд с минуту молча сверлил Дол глазами, после чего поинтересовался: – А зачем вы пошли к нему в комнату?

– Собиралась его кое о чем спросить. – Дол коснулась кончиком пальца родинки на щеке. – Быть может, я смогу сэкономить ваше время, избавив от необходимости задавать лишние вопросы. Я безвылазно сидела в своей комнате с десяти вечера до двух часов ночи. Никто ко мне не входил. Я не стала раздеваться, потому что думала об этом деле и мне хотелось раскрыть его раньше вас. Ваших планов на утро я не знала. Но не исключала, что вы можете кого-нибудь арестовать. И поняла: если я хочу как-то продвинуться, то нельзя терять драгоценное время. Я решила начать с Циммермана и узнать у него, зачем он в субботу утром приходил в офис к Сторрсу и что там произошло. Если бы я