Академия магии - Кэролайн Стивермер

— Неужели я должна и здесь терпеть сквозняки? — грозно начала она, потом осеклась и резко спросила: — Кто вы и как смеете врываться сюда без разрешения?

Фэрис выпрямилась.

— А вы кто такая?

Женщина поднялась во весь свой небольшой рост с таким негодованием, что от ее тщательно уложенной короны золотистых волос, казалось, с треском посыпались искры. Она кинулась к шнурку звонка и дернула за него, потом заговорила, сверкая глазами:

— Убирайтесь вон. И не забудьте поплотнее закрыть за собой дверь.

— Я уже послала за дядей. Было бы невежливо уйти до его прихода. А вы, должно быть, Агнес Паганель. Вы мне очень напоминаете вашу сестру.

Женщина молча смотрела на Фэрис враждебным взглядом. За спинами Джейн, Тириана и Рида в дверном проеме появился слуга. Спутники Фэрис посторонились, и он вошел, вкатив перед собой тяжело нагруженную тележку с чайными принадлежностями.

— Отлично. — Фэрис рассматривала ковер. — Теперь мне нужен только рожок для обуви. Принесите, пожалуйста, рожок.

Слуга вышел раньше, чем женщина успела отпустить шнурок и заговорить. Щеки ее горели, но голос звучал спокойно.

— Вы могли бы известить нас о том, что едете домой.

— Зачем, если Бринкер послал за мной? — удивилась Фэрис. — Откуда взялся этот ковер?

Взгляд серых глаз стал ледяным.

— Он мой. А что?

— Просто интересно. Он красивый.

Фэрис и Агнес настороженно смотрели друг на друга. Пока обе обдумывали, какой следующий вопрос задать друг другу, вошел Бринкер Налланин. Он был высоким и стройным, с аккуратной черной бородкой. Правда, сейчас волосы его растрепал ветер, щеки порозовели от холода, и выглядел он, пожалуй, ненамного старше Фэрис.

— Я просто ушам своим не поверил, когда мне сказали. — Его голос был очень низким, словно принадлежал другому человеку, гораздо более крупному. — Добро пожаловать домой, Фэрис.

Фэрис повернулась к нему и с радостью увидела, что теперь она выше его на два дюйма.

— Здравствуй, дядя. Чай стынет.

Бринкер не обратил внимания на ее дерзость и с безукоризненной вежливостью представил ей свою жену. Фэрис воспользовалась рожком для обуви и представила своих спутников без особых церемоний.

Поприветствовав Джейн, Бринкер обратился к Риду:

— Я очень благодарен вам за то, что вы проявили терпение во время нашего воссоединения. Если вы подождете меня в русской комнате, я через несколько минут приду к вам, чтобы заплатить по счету.

Потом он повернулся к Тириану.

— Возникло недоразумение? Я послал чек на ваш адрес в Гринло. — Он окинул Тириана мрачным взглядом и поднял брови. — Почему вы здесь?

Фэрис пристально посмотрела на дядю, потом бросила взгляд на Тириана, который казался еще более бесстрастным, чем обычно. Поездка верхом плохо сказалась на нем: одежда измялась, под глазами залегли тени, а щеки поросли щетиной. Его шляпа давно потерялась, а светлые волосы он не успел причесать.

— Я теперь на службе у самой герцогини, — объяснил он. — Я уже оставил службу у вас, когда согласился сопровождать ее светлость. Я не считаю себя ничем вам обязанным, милорд. — Он поколебался, потом прибавил: — Все равно и раньше в Гринло я был не нужен. Ее светлость — очень способная девушка.

После паузы, которая ясно давала понять, что дядюшка все же не понимает, что здесь делает Тириан и какие такие способности имеет племянница, Бринкер слегка наклонил голову и загадочно произнес:

— Да, конечно. — Он еще несколько секунд пристально смотрел на Тириана, потом снова повернулся к Фэрис.

— Ты, наверное, захочешь занять свою прежнюю комнату. Мы можем разместить Джейн в китайской комнате, если не возражаешь. — Он улыбнулся Джейн. — Она совсем рядом с комнатой Фэрис, а из окна там открывается очень красивый вид. Отправить туда ваш багаж?

Джейн ослепительно улыбнулась ему в ответ.

— Пока нет. Возможно, через несколько дней.

Пока Бринкер и Агнес моргали, глядя на Джейн, Фэрис придвинула кресло ближе к камину и уселась.

— Чай и правда стынет. Вы не нальете нам чаю, тетя? Тириан, если вы с Ридом любезно согласитесь составить нам компанию, мы можем попить чаю без церемоний. Что касается комнат, я займу комнату королевы Матильды. Когда мы здесь закончим, пожалуйста, отдай нужные распоряжения. — Она вытянула ноги в носках к огню и прибавила: — Мой дядя Бринкер прав насчет вида, но должна тебя предупредить, Джейн, эту комнату точнее назвать красной китайской комнатой.

— О боже. — Джейн взяла у Агнес протянутую ей чашку чая. — А она недалеко от комнаты королевы Матильды?

Агнес с ледяной любезностью налила чаю всем четверым прибывшим. Бринкер одобрительно кивнул жене. Она ответила ему немигающим взглядом широко раскрытых глаз, в которых ясно читалось раздражение.

— Нет, не совсем.

Фэрис жевала миндальное печенье и мечтательно смотрела в огонь. Тишина леса все еще не покидала ее, помогая герцогине игнорировать других присутствующих в комнате людей, их слова, их взгляды, ощутимые подводные течения вокруг нее. Она сосредоточилась на самой комнате, которая дарила ощущение спокойной приветливости, такое же утешение, как тепло от камина и аромат чая.

— Комната королевы Матильды, — обратился Бринкер к Джейн после того, как долго, с легким недоумением смотрел на Фэрис, — находится в главной башне. Там нет ни отопления, ни водопровода. Она совершенно непригодна для жилья. — Озадаченный, он снова повернулся к племяннице; — Я думал, ты предпочтешь свою прежнюю комнату.

Фэрис рассеянно рассматривала ковер. С того места, где стояло кресло, узор меньше напоминал решетку, а больше был похож на лиственный лес.

— Моя прежняя комната, — ответила она, поднимая глаза на дядю, — занята. — Увидев непонимающий взгляд Бринкера, она прибавила: — Вашей дочерью.

— Мы не предлагали вам вернуться в детскую. — Агнес снова налила Фэрис чаю. — Хотя это может быть очень хорошей идеей, — тихо прибавила она, будто бы про себя.

— Ни в коем случае, — возразил Бринкер. — Я говорил о розовой комнате.

— Я займу комнату королевы Матильды. — Фэрис взяла еще одно миндальное печенье. — Или комнаты моей матери, если они свободны.

— Мне очень жаль, но они заняты, — ответил Бринкер. — Я бы хотел, чтобы ты хоть раз подумала о других людях. Тебе заблагорассудилось спать в комнатах королевы Матильды, очень хорошо. И все же подумай о той работе, которую придется проделать слугам.

— Кто занял комнаты моей матери?

— Разумеется, мы, — резко ответила Агнес. Она явно была сильно раздражена. — Вы собираетесь съесть все миндальное печенье?